Сбой реальности. Книга 5 (СИ)

— Я ведь говорил, что надо было ехать за ним. Почему меня никто не слушал…
— Не глупи. Мы ничего не знаем. Он всегда был… странный.
— Вот уж точно. Говнюк, лять…
Двое помолчали, не смея больше ничего сказать. Каждый из них понимал, что любая брошенная неосторожно фраза может стать катализатором, и они оба боялись последствий.
Слишком важен для них был Майкл.
— Слушай, ведь Абсолюта достигнет только один. Ну, в чем тогда смысл этого соревнования?
  
— Ответ в вопросе, вроде как. Я не очень понимаю, что ты хотела сказать.
— Почему кто-то, имеющий все шансы его достичь, предпочитает работать на кого-то? Вспомни, как в Хабе на нас напали. Там ведь тоже были топы, и действовали они сообща. Да и мы тоже, если подумать. Пошли за Майклом, он сделал нас такими же. То есть, даровал билет в гонку. Я уверена, есть куча людей, которые отказываются от индивидуализма ради коллективного.
— Хрен знает. — Сплюнул мужчина, а после подвигал ногой, сгибая ее в колене и поднимая вверх, как бы проверяя работу лекаря. — Я, наверное, слишком боялся взглянуть правде в глаза. Это мы тут, в песочнице копошились. А теперь вспомни, что мы по интравидению видели. Его убили, понимаешь? Тупо ради этой цели.
— Мне кажется, заслуга Майкла в том, что мы до сих пор живы, состоит не в том, что он был силен. А в том, как он умело избегал конфликтов на ровном месте.
— Ха, ну да, если вспомнить, как он набычился на урода, забыл его имя, который в Арке стал над нашей группой издеваться.
— Исаак. — Напомнила девушка. — Глава Седогривых.
— Да, точно. И даже тогда он сохранил лицо. Поставил Исаака на место, я видел, как он чуть под себя не нассал. Черт, а теперь он мертв.
— Да твою ж мать, хватит уже! Так и будешь колошматить эту хреновину, и заниматься самоедением? Соберись! — Внезапно взорвалась девушка. Она говорила зло, выплескивая все, что накопилось внутри.
— Это факт! Что ты делать будешь с этим?
— Помоги мне! Ничего не изменилось, мы все еще команда, все еще Странники! Помоги мне, твою ж за ногу, добраться до Абсолюта!
Казалось, что в этом опусе, девушка израсходовала весь свой внутренний огонь. Быстро обмякла, едва ее тирада завершилась, сникла и опустила голову.
Они поговорили. Спокойно и рассудительно. Приняли произошедшее, взвесили свои шансы и дальнейший план. Да, будет непросто. Монстры, забравшиеся глубоко в таблицу топов, могли быть пострашнее той девушки, которая прикончила Майкла. Наверняка будут. И теперь им придется принимать решения самостоятельно.
Как нерадивые дети, сепарировавшиеся от деспотичного родителя. Они способны выжить сами, но у них нет ориентира. Лишь Майкл знал, куда им идти. Они верили в это.
Девушка чувствовала удовлетворение, граничащее с физическим наслаждением. Ее бедра были напряжены, дыхание было сдавленным, едва не срываясь на стон. Она крепко держала свой посох, и смаковала картинку в голове, как голова Майкла разлетается мелким кровавым крошевом по асфальту от ее удара. Она оказалась сильнее того, на кого ставил ее господин!
— Хорошая работа!
— Туда его!
— Ты уже говорила с хозяином?
Ее соратники окружали, обступали, восхваляли. Восхищались. Это добавляло эйфории. Неказистая способность, перенаправлять энергию и хранить ее, вдруг стала ахиллесовой пятой для Майкла. Никто не верил в успех, а вот он, и теперь — заслуженные овации.
— Ты хорошо поработала, моя девочка. — Заговорил с ней человек, показавшийся из своего кабинета. Седой, с мягким, чуть хрипловатым голосом. — Пойдем со мной.
Ее выдернули из толпы, а счастье, заполнившее душу девушки, клокотало и рвалось наружу. Она прошла, с видом победителя, горделиво вскинув голову, через расступившийся народ. Белые стены подземного бункера сейчас казались ей настолько приятными, родными, что она едва сдерживала восторг.
Внизу живота приятно тянуло и было очень тепло.
Она удостоилась чести посетить кабинет своего хозяина. О подобной награде она и мечтать не смела.
Винтажное дерево, старинный граммофон, устройство, воспроизводящее музыкальные мелодии. Сколько же ему лет? Вайнскот на стенах, плавно переходящий в зеленый бархат, стеллаж с книгами, пара кресел, массивный дубовый стол и кресло, в котором восседал ОН.
Запах виски и табака.
Ее хозяин, ее начальник, ее любовь.
— Ты справилась. — Повторился он, и плавным жестом пригласил присесть у стола напротив своего места.
Девушка повиновалась, отложила в сторону посох, присела, сложив коленки друг к дружке, как школьница.
— Да, хозяин… — Не знала она, что сказать, смаковала каждый миг нахождения здесь. Во вневременном узле, о котором бродили легенды среди прочих претендентов, живущих здесь.
— Ты заметила что-нибудь странное? — Мужчина облокотился на стол, сложил руки замком, пристально взглянул на свою подопечную.
— Я?.. Нет, вроде бы нет, я все сделала, как Вы и приказывали!
Мужчина сделал пару пассов рукой, лениво, едва ее приподнимая над столом. Таблица. В воздухе завис список с именами.
— Что происходит с мертвыми участниками?
— Погибнув в любом из миров, участник состязания теряет жизнь и стирает собственное имя из таблицы. — Ответила она скороговоркой, как прилежная ученица, хорошо выучившая текст.
Мужчина листал список.
Строка триста девяносто четыре.
— Взгляни. — Он обратил внимание девушки на эту строку, указав на нее худощавым пальцем.
— Да, все как и требовалось. Место пока что свободно. Можно переходить к инициации Сая.
[Таблица участников: ]
[Топ 394: —]
Девушка поправила юбку и непонимающе взглянула на указанную строку. Она видела, что она пуста. Но не совсем.
— Что ты видишь?
Триумф, гордыня, удовлетворение смазывались. Хозяин говорит что-то, он хочет какого-то ответа, но она не понимала, что именно должна сказать. Приказ был ясен, как день — перехватить Майкла у Неоновых Осколков, нанести ему поражение. Применить свои способности, чтобы выкачать у него весь Аркданс, которым он бесконтрольно пользовался в последнее время.
— Я вижу стертое имя не оправдавшего надежды. Ему не быть воином.
— А ты бы хотела стать воином?
— Вся моя жизнь отдана одному лишь этому желанию.
— Хватит ли тебе сил убить текущего Абсолюта? Того, кто на первой строчке?
Она знала о нем. Скрытный, идущий наперекор воле хозяина, действующий за гранью дозволенного. Он играет в какую-то свою игру, и хозяин почему-то это позволяет. Он что, действительно избрал ее достойной? Но ведь… Ей еще столько предстоит преодолеть, чтобы назваться Абсолютом.
— Я… Я смогу! Я убью его!
Мужчина рассмеялся. Не так, как это делают, чтобы подчеркнуть неуместность той или иной фразы, а именно что разразился хохотом. Девушка кожей ощущала липкое, неприятное чувство. Оно забралось очень глубоко ей в душу, вытряхнуло ее, вывернув наизнанку, и кое-как запихало обратно.
— Возвращайся. Инициация Сая откладывается, я дам команду. — Сказал седой, отсмеявшись.
В смятении, раздавленная, ничего не понимающая девушка покинула покои хозяина. Дверь за ней закрылась, стоило ей переступить порог. Крепко сжимая посох в руках, она пыталась понять, что же хозяина так рассмешило.
В чистом поле, вдали от городского шума, потрескивал костер, сложенный шалашом. У огня, посреди туманной ночи, на бревнах сидели двое. Мужчина и девушка. Лес позади неприветливо шелестел листвой, плеск нерестящихся налимов дополнял композицию.
— Вы впервые взяли меня с собой… — Сказала девушка, чьи волосы ниспадали на лицо.
— Хотел показать тебе это место. Уголок девственной природы, не тронутый корпоратами. Последний в своем роде. — Меланхолично улыбнулся бритоголовый мужчина.
  
Было прохладно, но костер согревал. Мужчине же, казалось, совершенно без разницы, какая на улице температура. Он всегда ходил в одном и том же, не заботясь о том, как выглядит со стороны. Вне зависимости от погоды.