Зачем нам любовь. Том 1 (СИ)

— Аль, так не делается. Это не шутки, и не игрушки. Затронуты не только мы с тобой, но и семейные дела. Есения…
— Ну да, Есения. Куда же без Есении, — едко сказала она, всплеснув руками.
— Этот год…а точнее оставшихся девять месяцев – никуда. И всем будет легче, если ты не станешь искать с ней встреч, и уж тем более прекратишь устраивать диверсии.
— Какие еще диверсии? — фыркнула она.
  
— Прекрати. Роман рассказал о подставе с документами. Ему потребовалось десять минут, чтобы во всем разобраться. После этого он вызвал к себе твою подругу Алису, надавил на нее, и она заложила тебя по всем пунктам. Он ее уволил. Странно, что ты до сих пор не знаешь об этом, а еще страннее, что это вообще могло произойти.
По мере того, как я говорил, Аля краснела все сильнее. Взгляд бегал, как у нашкодившей малолетки.
— Для чего ты это сделала?
Она судорожно втянула воздух, а потом выпалила:
— Я хотела, чтобы ее уволили! Хотела убрать ее оттуда, потому что она везде! Рядом с твоим бывшим другом, который меня терпеть не может, а ее почему-то взял под крылышко. Рядом с твоими браться, родителями. Она везде! Все вокруг считают меня твой бывшей, брошенкой и шушукаются за спиной, мол Ремизов поигрался и дальше пошел.
— Не все ли тебе равно, кто что говорит. Плевать на них.
— Тебе легко говорить, ты на коне. Быстро утешился, нашел мне замену, женился. А я…как дура…вынуждена стоять в стороне и слушать, как другие обсуждают, какая из вас вышла хорошая пара, какие вы молодцы. Вынуждена смотреть, как вы вместе обедаете и мириться с тем, что на ночь ты возвращаешься к ней!
— Она моя жена. Фиктивная. Но для всех – настоящая. И я не буду компрометировать никого из нас, совершая необдуманные поступки и подстраиваясь под твои обиды. Я думал ты изначально понимала и принимала правила игры…
Сложив руки на груди, она вперила в меня сердитый взгляд:
— Пообещай, что ты никогда не станешь с ней спать.
Да ёпрст. Ну сколько можно?
— Аль! Я никогда не собирался с ней спать. Наш брак фиктивный. Фик-тив-ный! — повторил по слогам, надеясь, что так у нее быстрее отпечатается и она прекратит изводить нас обоих нелепыми подозрениями.
— Поклянись, — сквозь зубы прошипела она, — поклянись, что не увлечешься! Не изменишь к ней отношения! Что она никогда не займет моего места!
Я поднялся с дивана, подошел к ней, взял за плечи:
— Аль, я тебя люблю. Ты это прекрасно знаешь. Но если тебе станет легче, то клянусь. Не стану спать, не влюблюсь, и никто никогда не займет твоего места. Довольна?
— Точно-точно? — она поменялась в лице и жалобно, словно маленькая девочка, шмыгнула носом.
— Точно, — с этими словами я привлек ее к себе, прижался щекой к виску, зарывшись ладонью в шёлковые волосы, — точнее не бывает.
Она дрожала словно веточка на ветру:
— Ты мой?
— Твой, — без тени сомнений ответил я.
— Не забывай об этом Марат. Никогда не забывай.
— А ты просто оставь ее в покое, и не усложняй нам всем жизнь. Осталось всего девять месяцев и все это останется в прошлом.
— Хорошо, — прошептала она, уткнувшись мне в грудь, — прости меня за то, что не сдержалась. И перед Есенией извинись. Скажи, что я была неправа, и что больше такого не повториться.
— Договорились.
Она чуть отстранилась, подняла на меня трепещущий взгляд, а потом поцеловала.
В этот раз ее губы были солеными от слез, податливыми и в то же время какими-то непривычно жадными.
И я не стал останавливаться. Растворился в этом поцелуе и том, что было дальше, заставив себя выкинуть из головы грустный образ Есении.
  
Глава 14
 
Они сидели в маленькой, но очень дорогой кофейне – Альбина и бестолковая блондинка, которая по каким-то нелепым стечению обстоятельств, оказалась приписанной к категории подруг.
Одна злилась от того, что ее планы пошли по одному месту, а вторая бездарно рыдала и шмыгала красным, опухшим носом.
— Хватит сопли жевать! — жестко сказала Альбина, обращаясь к зареванной Алисе, — никто не виноват, что ты не смогла сделать нормально!
— Тебе-то легко говорить, а меня уволили. Я из-за твоих афер место хорошее потеряла, да еще и Романа Дмитриевича теперь не увижу, — продолжала заливаться слезами бывшая сотрудница ЭльСтильГрупп, — ты бы слышала, как он со мной говорил — будто льдинами завалил. У меня до сих пор мороз по коже! Даже слушать не стал мои оправдания.
— А ты на что рассчитывала? Что меня заложишь и тебя тут же простят и повышение дадут? Похвалят, скажут, что Алисочка молодец и премию выпишут? — ухмыльнулась Аля, вытаскивая бумажные салфетки из пачки, стоявшей на столе.
На самом деле она прекрасно знала, что у такой пустышки, как Алиса нет никаких шансов понравиться Седову. Эта голубоглазый сволочной хрен специализировался на умных и с внутренним содержанием, а не на бестолково красивых. Аля была уверена, что в первый же миг, как он увидел Алису – шансы привлечь его внимание стали равно минус ста. Разборчивый гад.
— Ты говорила, что никто меня не тронет. Что мерзавку эту уволят и все! Если бы я знала, что так все обернется, я бы не стала тебе помогать.
Аля тоже не думала, что так все обернется, что ушлый Седов, в три счета разберется в произошедшем и сразу ответит репрессиями.
Она даже подумать не могла, что у него столько камер, спецов айтишников и возможностей отследить любые действия персонала.
Знала бы, не попалась так бездарно и придумала бы другой, более надежный план, и уж точно бы не доверила его исполнение такой дуре, как Алиса.
Тем временем подруга продолжала стонать и обливаться горькими слезами:
— Ты должна мне помочь! Я из-за тебя вылетела! Поговори с Романом, потребуй, чтобы взял меня обратно.
— Ты издеваешься? Он меня на дух не переваривает. Тебя и приняли-то на это место лишь потому, что он был не в курсе нашей дружбы.
Закончившейся дружбы. Продолжать дальнейшее общение с этой бесполезной пробкой Альбина не собиралась.
— Тогда с бывшим своим поговори. Они же друзья. Пусть он скажет, чтобы меня взяли обратно. Поговори с ним! Попроси! Он обязан тебя послушаться.
Аля поморщилась.
Когда на соглашалась на эту авантюру с фиктивным браком, даже не думала, что будет так беситься от того, что она отныне воспринималась всего лишь как бывшая Марата, а какая-то бледная девка с гордостью носила титул его жены. Пусть временно, пусть фиктивно. Неважно. В глазах общественности она была законной супругой, с которой надо считаться, а Альбина оказалась всего лишь эпизодом, оставшимся в прошлом.
— Никакие они не друзья, — сквозь зубы, процедила Аля, — с тех пор как Роман меня обидел, Марат с ним больше не имеет никаких дел.
Роман ей никогда не нравится – слишком наглый, пронырливый и дотошный. С самой первой встречи он относился к ней настороженно, хотя она всеми силами пыталась произвести хорошее впечатление. Обычно ей это удавалось без проблем, а с ним вышла досадная осечка.
Седов не принял ее, не проникся, и вдобавок начал капать на мозги Ремизову.
Поэтому Аля приложила все усилия, что их пути разошлись, и была очень рада, когда Седов свалил заграницу набираться ума и опыта. Ей было плевать и на ум, и на опыт, но вот то, что он не маячил перед глазами стало огромным плюсом.
А когда он вернулся, через третьи руки устроила к нему Алису. Пришлось постараться, чтобы Роман не заподозрил об их связи, но зато у нее были глаза и уши у него под самым носом.
Именно так она узнала, что Ремизов пристроил свою жену к Седову. И словами не передать, как это ее взбесило.
  
Она столько сил потратила на то, чтобы их развести в разные стороны, но Марат все равно обратился за помощью именно к нему.
Что это, если не закон подлости?
И как теперь узнавать подробности? Как держать руку на пульсе, если Седов на пушечный выстрел не подпустит к своим делам ни Алису, ни кого-то еще из ее круга. Лавочка прикрылась. И все, потому что эта дура не могла нормально ничего сделать.