Гранд-адмирал. Том шестой. Часть 6 (СИ)

Отчасти по этой причине после прохождения каждого минного поля требовалось делать перерыв на отдых.
— Разве этого мало? — удивился Хан. — Эффективность наших сил увеличилась на порядок по сравнению с первыми минными заграждениями.
Толм выстроил такую тактику: Т’ра Саа и Лейя со своей медитацией помогали джедаям, пилотам, артиллеристам и членам команд поражать цели — самодвижущиеся мины — на время прорыва сквозь минное поле, после чего, покинув его, флот не переходил сразу же к следующему прыжку по курсу, а ложился в дрейф, давая отдохнуть разумным.
— В истории Ордена и галактики были разумные, которые могли не только поддерживать свои войска с помощью Боевой Медитации, но и вносить хаос в порядки противника, — пояснил Толм.
— Как-то не по-джедайски звучит — влезать в мозги противника и превращать его в параноика.
— Я и не говорил, что подобным пользовались исключительно джедаи, — заметил Толм. — Среди тех, о ком я говорю, было немало ситов.
— Думаю в ваших словах скрыто то, что раньше эти ситы были джедаями, не так ли?
— Подловили, — одними губами улыбнулся Толм. — Бывало и такое.
— Иными словами, ваша Сила — это лотерея, — хмыкнул Хан, все еще крутя в голове слова Толма об осведомленности Бела Иблиса.
Кажется картина проясняется.
И он очень надеялся, что все не так, как кажется.
— Жизнь и смерть — воля случая или вселенского плана? — поинтересовался джедай.
— Философия — это не мой конек, мастер Толм, — поморщился от раздражения Хан. — С этими забавами вам лучше общаться с моими родственниками со стороны жены.
— Непременно, — одними губами улыбнулся джедай. — Вы — человек войны и неспроста носите этот китель…
Хан посмотрел на свои командные планки с видом, как будто только что узнал об их существовании.
Затем кореллианец заозирался по сторонам, словно не верил, что находится в рубке одного из современных боевых кораблей галактики.
— Это шутка такая? — уточнил он.
— Нет, с чего вы взяли?
— С того, что список моих побед за последние полтора года или около того, не просто близится к нулю, но и ушел в отметки со знаками «минус», — проворчал Соло, скрежетнув зубами. — А теперь Иблис доверил мне операцию, от которой зависит если не судьба всей свободной галактики, то уж спокойствие границ Галактического Альянса — точно.
— Ах, вот в чем дело, — пожилой мужчина добродушно улыбнулся. — Вы слышали когда-нибудь выражение: «Проблемы закаляют характер»?
— Да, слышал, — согласился Хан.
— И как долго вы раздумывали над смыслом этих слов?
— Не знаю, — признался Хан. — Секунд пять, может быть, шесть.
— Потому что услышали ее от меня? — коротко рассмеялся немолодой мужчина с бурным прошлым.
— А вы прозорливы, даром что джедай, — признал кореллианец. — Правда, кому как не джедаю веять оптимизмом в это чудное время, не правда ли?
— Возможно стоило бы брать с нас пример? — предложил Толм. — Несмотря на то, что Орден пал, большая часть наших друзей и товарищей безжалостно истреблена, мы — живы. И пока бьется сердце, или орган его замещающий, в груди последнего из нас, джедаям не положен конец.
— Могу поспорить, что про ситов говорили тоже самое, — хмыкнул Хан. — Мол, всех уничтожили, можно расслабиться.
Толм посмотрел на него внимательным взглядом.
— Самообразование или…
— Сложно игнорировать историю джедаев, когда твоя жена и ее брат — из вашего движения за мир, порядок и демократию, — скривился Хан, посмотрев на свою супругу.
Нет, не заметила и не услышала.
Не то, чтобы Хана в самом деле беспокоило то, что он в разговорах с Люком или Лейей слышал о джедаях против своей воли.
Он все еще не мог отойти от вести о том, что все это время в галактике были живы и трусливо скрывались сотни джедаев.
Сотни!
А возможно, до того, как Вейдер закончил активно на них охотиться, их было еще больше.
Вот только сидели и ничего не делали.
Нет, наверняка были и те, кто пытался победить ситов, но, думается, здесь Толм прав — такие плохо кончали.
Но даже так!
Уже шестой год идет после смерти Палпатина, а джедаи начали только-только вылезать изо всех щелей галактики.
 
Ну и кто они после этого?
На большинстве планет галактики называли таких хитрецов «мастера по загребанию жара чужими руками» и сильно не любили.
Нет, Хан не спорил с тем фактом, что в Альянсе повстанцев были джедаи или их ученики или чувствительные к Силе разумные.
Но будь в Альянсе все эти «прячущиеся сотни», насколько меньше хороших людей погибло бы?
Потерял бы Люк руку, если бы его обучили раньше, не заставляя различными сверхъестественными способами лететь на край галактики к умирающему гранд-мастеру Йоде?
Как много бед могло бы обойти их семью и близких стороной, если бы Лейя была обученным джедаем?
История галактики могла бы измениться в корне, если б джедаи не прятались по всем галактическим углам.
Но… к сожалению, прошлого не вернешь.
А Хан очень хотел бы повернуть его вспять и оживить старого-доброго Акбара.
У мон-каламари, конечно, имелись и свои причуды, но он был именно что стратегом государственного уровня, который не шел по головам к идее-фикс, а стремился побеждать с минимальными потерями.
Бел Иблис же…
Это, конечно, кощунство против своего же земляка, но легенда Кореллии, похоже, либо близок, либо уже переступил черту дозволенного в погоне за своими домыслами.
Операция при Камино покажет Хану прав ли он, или все же паранойя стала побеждать кореллианскую удачу.
— Тогда не понимаю вашего пессимизма. Даже самая крупная проигранная битва не является поражением в войне, пока есть те, кто готов сражаться за правое дело.
— Кто ж, как не джедаи знают это в мельчайших подробностях, — хмыкнул Хан, указывая на тактическую голограмму. — А теперь, раз у нас все хорошо с прорывам девятого минного заграждения, уважьте мой пессимизм и скажите, что мне кажется, будто нас ведут в ловушку.
Толм сверкнул единственным глазом и посмотрел на голографический стол, на котором отображался путь флота Альянса под командованием кореллианина, а так же горели иконки нескольких десятков файлов, вытащенных из базы данных центрального компьютера «Эндора».
— И что же натолкнуло вас на эту мысль? — поинтересовался он.
— Кроме того, что Бел Иблис передал под мое командование два десятка джедаев, большой флот, который вырос в два раза перед самой отправкой, да еще и один из джедаев, оказывается может подменить собой тактический суперкомпьютер, какой был у одного нашего перебежчика из Империи? — уточнил Хан. — Нет, совершенно ничего. Ровным счетом.
— Уверены.
— Конечно. Меня совсем не беспокоит, что в столь ответственную миссию отправили именно меня, а не собрали все возможные силы, посадив во главе самого Бела Иблиса. Я бы прекрасно справился с проблемами в секторах Меридиан и Антимеридиан — мофф Гетеллос это отнюдь не проблема уровня Доминиона, — высказался Хан. — А здесь, мы уже которые сутки прорываемся сквозь однотипные минные заграждения…
— И вас насторожила именно однотипность?
— Хатт побери, да! Во главе Доминиона стоит Пеллеон. Он ученик Трауна, а этот малый умел даже астероиды использовать для нескольких целей, — заговорил Хан. — Наши разведчики погибали на границах Доминиона, напарываясь не просто на минные поля на гипертрассах, а на слоеный пирог из мин, замаскированных астероидов, невидимых артиллерийских платформ, оборонительных станций и хатт еще знает что там было — так долго ни один разведчик не прожил. А здесь, по сути самый важный для победы Доминиона объект, и его система обороны — это десять однотипных минных заграждений?
— Говорите так, как будто мы не потеряли несколько кораблей в процессе их преодоления.
— Да никто не тратит десятки, если не сотни миллиардов на такую защиту, чтобы подбить пару кораблей!
— Возможно, что наши враги неумны, — предположил Гарм.