Темные пути орбиты (СИ)

— И как? — Крис понял её с полуслова: говорить о том, что было сказано эльфом, она не может, но эльф думает о смерти.
— Обещал подумать.
— Не боишься, что ухаживать начнёт? 
Она остановилась. Мысли были о другом.
— Крис, мы им подчиняемся? Здесь, на этом корыте?
— Ну… Пока только зависим от них.
— Хотя их всего пятеро, — задумчиво сказала Ева.
— Я понял, о чём ты думаешь.
Когда она посмотрела на Криса, чтобы убедиться, что оба думают об одном и том же, она неожиданно для себя звонко стукнула себя по голове. Так сильно и хлёстко, что испуганно полуприсела, оглядываясь, не выскочит ли кто на странный звук.
— Ты что? — поразился Крис.
— Я… блинский бли-ин… Я такая дура! — покаялась Ева, радостно сияя улыбкой. — Крис, мы не будем голодать! У нас есть Остарджи!
Капитан наёмников «уронил челюсть на пол». Опомнившись, нервно сказал:
— Ты бы предупреждала заранее, что именно хочешь сказать, а то я в первый момент решил, что ты хочешь его съесть.
— У Эррамуна недомолвкам научилась, — вздохнула Ева. — Но как тебе моя идея?
— Ангел в качестве координирующего наши действия центра? В качестве прибора, отслеживающего вельботы противника? Очень даже неплохо! Роскошная идея! Мне нравится. Но ты уверена, что он поможет?
— Куда ему деваться? — пренебрежительно спросила Ева. — Поможет, конечно. Он же ничем не рискует, оставаясь на катере!
У самого отсека Крис неожиданно застыл на месте, а потом отвинтил крышку баллона. Заглянул внутрь. Даже посветил фонариком.
— Странно. Я думал — он полный.
Ева подняла брови, глядя на баллон.
— Интересно… — прошептала она. — Он отдал нам свой?
  
Глава 6
 
Им, Крису и Еве, пришлось ненадолго уединиться в том же коридоре, благо он пустовал, и шёпотом или вполголоса обговорить, каким образом использовать Остарджи в важном деле добывания провизии и с чего начать претворять свой план в жизнь. Решили начать с ангела-хранителя: Ева должна была сходить к нему и предложить свою задумку «на рассмотрение». А Крис должен был заговорить зубы своим, чтобы не беспокоились, куда делать Ева. Закончив определяться с обязанностями, Крис вошёл в отсек к наёмникам и занял их разговором о пищевом режиме на трое суток вперёд. Тема была насущной, заинтересовались ею все. Так что из коридора Ева на свободе «стукнула» к Остарджи по неслышной никому связи. Заходить к нему сразу она не хотела: не ровен час — кто-нибудь сидит у него сейчас и будет настаивать на прозрачности беседы с ангелом.
«Остарджи!» — несфокусированно глядя на стену отсека с ангелом-хранителем и стараясь распространить свой телепатический зов на ту его часть, где, возможно, лежит Остарджи, позвала Ева.
«Слушаю тебя, Ева!»
Странно. В голосе ангела неприкрытая радость. Эльфы — что, боятся его слишком часто навещать? Тоже — нашли важную персону. А ему, небось, тошно от одиночества… 
«Ты один?»
«Да».
«Можно, я навещу тебя?»
Перед тем как услышать ответ, она услышала такой счастливый вздох, что усмехнулась и сразу же побежала к двери его отсека.
Чуть не на цыпочках вошла и мягко-мягко закрыла за собой дверь. Едва только дверь плотно въехала в пазы, Ева немедленно подошла к Остарджи.
— Ну, привет! — поздоровалась она. — Давно к тебе приходили?
— Часа три назад, — чуть улыбнулся ей ангел с койки-топчана. 
Приподняться он даже и не пытался. Но похудевшее лицо теплилось радостью. И Ева вдруг подумала: а не перетащить ли Остарджи в отсек к наёмникам? Там ему будет гораздо веселей, чем прозябать в вип-отсеке. Ведь, как ни странно, оборотни ангелов любят — и без лишнего священного трепета к ним, как это бывает у эльфов. 
— Как у тебя дела? — деловито спросила Ева, откидывая от стены сиденье рядом с койкой Остарджи и усаживаясь. Голова ангела, ранее облепленная био-пластырями, теперь выглядела печально-лысой, с порезами. — Раны заживают?
— Всё хорошо. Было бы лучше, если бы подстрелили меня самого, но не крылья повредили, — признался ангел. — С ними-то, естественно, травмирован и позвоночник. Придётся долго лежать. Ты пришла с чем-то интересным? 
 
Ева предпочла не спрашивать, почему он так думает. Вполне возможно, он так решил, потому что раньше она почти не посещала его отсек. А тут вдруг явилась.
— Я использовала особенности твоего тела, когда мы искали убежище, — повинилась она, нисколько не чувствуя себя при этом виноватой.
— Я рад, что пригодился, будучи даже в таком состоянии, — успокоил её ангел, который уже наверняка считал недавнее прошлое по информационному полю вокруг своего тела. — Кажется, ты хочешь предложить мне что-то ещё из подобного? 
— На этот раз — только с твоего согласия, — серьёзно сказала Ева. — Итак, наше положение таково: объединённая армия Единого мира прибудет сюда фиг знает когда. Это главное, потому что всё остальное — это последствия данного факта. А всё остальное — это постепенное исчезновение пищи, воды и боезапаса на нашем катере.
— Что ты предлагаешь?
— Я хочу использовать твой обзорный взгляд. Мы выйдем за пределы нашего убежища на открытую орбиту, чтобы поискать пищу и воду, а заодно — тех, кто ещё жив и нуждается в нашей помощи. Но на орбите действуют вражеские вельботы.
— Как ты себе представляешь мою помощь?
— Я связана с тобой невидимой нитью. С остальными — обычной личной связью. Ты будешь транслировать мне картинки происходящего вокруг нашего катера, как минимум, и сообщать о местонахождении, например, пищи и воды. Или живых. А заодно — предупреждать о приближении вражеских вельботов, чтобы мы сумели быстро сбежать — или устроить заварушку и уничтожить противника. А я буду передавать твою информацию, подключив к себе связь со всеми нашими десантниками. 
— Выглядит довольно просто и практично, — задумчиво сказал Остарджи.
— Выглядит — да. Но я думаю, мы не будем бросаться в это дело очертя голову, а для начала потренируемся с этим делом на катере, — уже серьёзно сказала Ева.
— То есть я буду передавать тебе информацию прямо здесь, на катере, а ты — дублировать её остальным? Учебная тренировка?
— Именно. 
Остарджи оживился. Лежать три часа не только без движения, но и без дела — не шутка для того, кто привык к активным действиям. 
— С чего начнём?
— Надо найти на катере что-то наподобие каталки для тебя. Или ты не хочешь переехать к оборотням? 
— Хочу! — решительно сказал ангел-хранитель и даже рассмеялся от своей решительности. — С ними хоть поболтать можно.
Первый пункт плана выполнили быстро. 
Клеман ещё шатался, но на ногах стоял, а значит, найденную в медотсеке койку-каталку (ну, почти каталку) вести было легко: Клеман просто наваливался на неё, толкая сзади, в то время как впереди Крис и Ева тянули её за собой. Потом потеряли минут пять, когда Остарджи устраивали между койками Рууда и Марики, потому что оборотни ржали над шуточным похищением ангела, в лицах представляя, как будут таращить глаза эльфы на пустой отсек. Потом пришлось зашипеть на всех, потому как Рууд дохохотался до боли в травмированном животе, и его вынужденно отпаивали обезболивающим. Но Остарджи был доволен, и Ева с Крисом приступили к выполнению следующего этапа своего коварного плана: Ева должна войти в логово Эррамуна и раскрыть перед ним детали плана потенциальных вылазок в открытый ближайший космос — то есть в округе, центром которой будет катер.
А тот созвал совещание.
Обалдевшие эльфы обнаружили, что самый большой отсек, в котором можно «собрать» всех членов вынужденной команды, — это отсек оборотней, в котором внезапно для них оказался ещё и ангел-хранитель. И Тэкито. И два песчаника, которые обрадовались оборотням, как родным, и причём обрадовались так, что забыли включить внедрённые в висок универсальные переводчики и на первых порах достали всех громким, зловещим — на слух оборотней-волков — шипением... Искин, естественно, явился следом за Тэкито.