Дочери богини Воды (СИ)
Льен подумал, что Элоиз просто выживет их из деревни, если ее сын останется без ноги.
Из комнаты послышались негромкие голоса — Роанна снова пыталась заставить Варга принять горькую настойку, а тот, видимо, не соглашался. Свою порцию Льен уже выпил, залпом, без возражений и уговоров. Гадость жуткая, противный вкус до сих пор на языке чувствуется, хотя он уже и рот прополоскал и яблоком закусил.
Льен сдался, когда Роанна вернулась на кухню, с громким стуком поставила на стол чашку.
— Рон, тебе нужно отдохнуть. Я сам с ним посижу.
Роанна удивленно приподняла брови.
— Уверен? Вы же с ним как кошка с собакой.
— Думаешь, он встанет и побежит за мной? — возмущенно фыркнул Льен. — И за него не переживай — мстить не буду. — Он решительно взял со стола кружку. — Ненавистью ничего не решишь. Помню.
По правде говоря, когда Льен встречал Варга на улице, его переполняла ненависть. А еще — животный страх оттого, что за встречей последуют в лучшем случае насмешки и оскорбления, в худшем — драка и побои. Где-то внизу живота становилось пусто и холодно, судорогой сводило мышцы, непроизвольно сжимались челюсти и скрипели зубы.
Вчерашний поздний вечер и ночь многое изменили, холод внизу живота прошел, но ощущение тревоги осталось. Льен не знал, ненависть ли это, но сейчас, войдя в комнату, он запрятал это чувство подальше. Потому что Варг выглядел жалко. Его темные, вечно растрепанные волосы слиплись от пота, лицо покрывал лихорадочный румянец, губы растрескались и кровоточили. Возможно, Варг кусал их, когда становилось особенно больно. Руки, лежавшие поверх тонкого одеяла, тряслись в ознобе, были до жути бледны и покрыты тонкой сеточкой синих жил.
— Рон сказала, ты должен это выпить, — у Льена отчего-то руки затряслись тоже, и он чуть не расплескал содержимое кружки. — Почему ты отказываешься?
— Там яд, — хрипло сказал Варг.
— Придурок. Вчера возле елки тоже говорил: «Яд, яд». И что? Отравили мы тебя, да?
— Лучше бы отравили, — зло проговорил он. — Твоя ведьма-сестра сказала, что при плохом раскладе я могу без ноги остаться. Тогда точно лучше смерть.
Льен так и застыл с кружкой в руках.
— Почему? Без ноги можно жить.
— Только не мне.
Он замолчали. Льен видел, что Варг, трясясь и сгорая в лихорадке, исподтишка его рассматривает. Представил, как выглядит после вчерашней драки, и ухмыльнулся про себя. Оба они сейчас хороши. Днем Льена сильно рвало, и Роанна сказал, что это все от удара по голове. Даже вставать не разрешала, он еле упросил. Тяжко целый день лежать, но Варгу, конечно, во много раз тяжелее.
— Моя сестра — не ведьма, — ни с того ни сего сказал Льен. — Зато бабка — да.
Блестящие глаза Варга перестали моргать и слезиться.
— Врешь, — стуча зубами выговорил он, и Льену стало смешно. Он только сейчас понял, что Варг вовсе не считал Роанну ведьмой, дразнил просто, чтобы его, Льена, позлить. А сейчас, когда все чувства Варга обострены и хочется живого участия любого человека в твоей судьбе, пусть даже такого, как Льен, правда ощущается особенно остро. Тем более что Варг, похоже, успел неплохо изучить его за все это время. И понять, что врать Льен совершенно не умеет. — Нет у тебя никакой бабки!
— Думай как хочешь, — Льен пожал плечами и последний раз предложил: — пить будешь?
— Ладно, — неожиданно согласился Варг, — давай сюда вашу отраву.
***В дверь снова стучали — тяжело и, видимо, уже долго. Роанна подняла голову, посмотрела на окна, за которыми было темно, ветрено и дождливо. Значит, все еще вечер, и она снова заснула. И снова на столе.
Откинув ржавую заедающую щеколду, Роанна приоткрыла дверь. За дверью стоял господин Карпентер, и вода крупными каплями стекала с его широкополой шляпы, падая сначала на длинный черный плащ, а затем — на крыльцо.
— Добрый вечер, госпожа Хилл. Могу я войти?
Вежливый какой. Она кивнула и отошла в сторону, пропуская позднего гостя.
— Не стоило приходить в такую погоду, господин Карпентер. Неужели вы пешком?
— Пустяки, всего пара миль, — отмахнулся мастер, снимая шляпу и вешая на гвоздь плащ, под которым сразу же натекла приличная лужа. — Тряпка у вас есть?
Зачем ему тряпка? Роанна силилась проснуться, но выходило плохо. Она знала, что нужно просто нормально отоспаться на кровати. Помогло же господину Карпентеру — вон каким бодрым выглядит, и тени под глазами пропали.
Пока она соображала, выглянул Льен — проснувшийся и трущий глаза.
— Вот, господин Карпентер, тряпка, — сказал он, зевая и протягивая свою старую латаную-перелатаную рубашку.
— А, Льен, — добродушно хмыкнул мастер, — бросай под плащ, иначе у вас потоп будет. — Варг проснулся?
— Ага, — ответил Льен за Роанну, — и снова заснул. Жар немного спал, кажется. Рон, наверное, твоя противная настойка подействовала.
— Он выпил? — удивилась Роанна, посмотрела на мастера, потом снова на Льена.
— И как тебе удалось его уговорить?
Льен пожал плечами и хитро улыбнулся.
— Постойте, — нахмурился господин Карпентер, стаскивая высокие охотничьи сапоги, — у Варга жар? Ему хуже?
— Сложно сказать, мастер, — ответила Роанна, — если есть жар, значит, есть воспаление, что при таком переломе неудивительно.
— Можно к нему?
— Конечно.
Варг спал, укрытый тонким лоскутным одеялом. На висках его блестели бисеринки пота, но дыхание уже не было таким прерывистым и тяжелым.
— Не буду его будить, — прошептал Арчибальд, тихо вышел из комнаты в кухню и прикрыл за собой дверь. — Госпожа Хилл, мне с вами нужно поговорить.
Льен, стоявший рядом, тут же прошмыгнул за дверь — обратно к Варгу.
— Сообразительный какой, — похвалил мастер. — Варга попробуй, выгони…
— Присаживайтесь, господин Карпентер. Я сейчас воды согрею для чая, — засуетилась Роанна.
Разожгла в печи горстку щепок, подбросила дров. Долила воду в котелок. Села напротив мастера за стол, оперлась локтями, положила подбородок на руки.
— Я понимаю, госпожа Хилл, — начал Арчибальд, — что ситуация складывается не в вашу пользу. Еще и матушка масла в огонь подливает, — он выдержал паузу, задумавшись о чем-то своем. — Но поразмыслив хорошенько, я все же хотел бы еще раз попросить, чтобы вы, как и предлагали, оставили Варга у себя. По крайне мере до тех пор, пока кости не срастутся достаточно крепко, чтобы мы могли его перенести. Делайте, что нужно, занимайтесь лечением. О расходах не беспокойтесь, я заплачу.
Заплатит. Вот как. Вопрос решенный, и вряд ли мастер примет возражения.
Арчибальд посмотрел на Роанну — спокойно, решительно, мягко. Глаза у него были цвета неба в погожий летний день.
— Я поспрашивал в деревне — вас хвалили. Как целительницу.
Интересно, кто хвалил. К ней ходят с опаской и, в основном, тайно. Одни побаиваются слухов, другие — местного вездесущего аптекаря.
— Матушка из Гвида доктора вызвала, — продолжал Арчибальд. — Завтра приедет. Вы не против?
Не против. Кто она такая, чтобы быть против? Удивительно, что вообще ее разрешения спрашивают.
— Матушку я просил как можно меньше лезть к вам с вопросами и нареканиями. Да и к Варгу тоже. — Господин Карпентер запустил ладонь в иссиня-черные волосы, рассыпавшиеся у него по плечам. — Понимаете, у Варга с матушкой сложные взаимоотношения, даже не знаю, как объяснить…
— Не нужно ничего объяснять, мастер, это не мое дело. Лечить Варга я согласна.
Особенно, если он не расскажет про капкан.
От котелка пошел пар. Надев толстые тряпичные рукавицы, Роанна ловко подцепила котелок за ручку и сняла с огня. Достала жестяную банку, в которой у нее хранился самый удачный травяной сбор. Отменяла по ложке, рассыпала в неказистые фаянсовые чашки и залила кипятком.
— Пахнет вкусно, — повел носом Арчибальд.
— Надеюсь, — улыбнулась Роанна, ставя перед ним дымящуюся чашку.
Вытащив из-за пазухи несколько золотых тори, мастер выложил их на стол.