Маленькая красная кнопка (СИ)
— Где Рома? — спрашиваю нервно, а мама смотрит с недоумением и отвечает обыденным тоном:
— Артёмка погулять забрал, около получаса назад.
— Ясно, — выдавливаю из себя улыбку и иду в ванну якобы мыть руки.
Закрываюсь, закрываю рот полотенцем и беззвучно кричу в него, пытаясь выплеснуть всё накатившее отчаяние. Отбрасываю полотенце и решительно выхожу, но тут входная дверь открывается и входит Артём с пустой коляской и сыном на руках. Моё сердце вновь начинает биться, я тут же выхватываю из его рук Ромку и прижимаю к себе сильнее, чем того требовали обстоятельства. Артём разглядывает моё лицо и слегка улыбается:
— Тебе идёт. Мне надо уехать. Любовь Михайловна, до встречи!
— Пока, дорогой! — кричит в ответ мама из комнаты и торопится проводить, но он выходит прежде, буравя меня пристальным взглядом.
Посыл я поняла. Урок уяснила. Но на этот раз последнее слово будет за мной.
Сжимаю в кармане флешку и в самом деле намереваюсь вывести его на разговор.
— Ма, сможешь приехать ещё вечером, на несколько часов? — спрашиваю невзначай. — Хотим с Тёмой немного побыть вдвоём… ужин, свечи без опасности подпалить квартиру…
— Не продолжай! — фыркает мама. — Приеду в семь, прихвачу пижаму.
— Спасибо, — тихо смеюсь в ответ и иду готовить сыну, тут же пряча улыбку.
Посмотрим, как ты объяснишь свою встречу, шантажист!
Но объясняться Артём был не намерен. Я прождала его у дома полтора часа, прежде чем он появился. В костюмных брюках, белой рубашке с закатанными рукавами, вышел из машины с ухмылкой, обошёл и галантно распахнул дверь своей спутнице. HR его компании, Алле, миловидной блондинке с роскошным бюстом. Обнял её за талию, по-хозяйски прижав к себе, она хихикнула и подняла на него взгляд полный обожания. А он увидел меня, стоящую у той самой роскошной детской площадки, мазнул равнодушным взглядом и повёл другую женщину к себе домой.
И через пару минут прислал сообщение.
«Ты сама виновата. Поговорим завтра».
Типа, отвали, любовь моя, я настроился на секс с другой. Мне когда-нибудь повстречается не конченый мудак? Хоть на четвертиночку нормальный, адекватный мужик. Пусть пьёт и курит, но, хотя бы, не вытирает об меня ноги. Пусть будет страшным, как атомная война, но относится ко мне с уважением.
— Всё в порядке? — спрашиваю в трубку, позвонив маме.
— Конечно, что за вопросы? — отвечает возмущённо. — Сейчас буду укладывать. Отдыхай, милая, ты это заслужила!
Кладу трубку и думаю: может, правда заслужила, а? Не ясно только, чем конкретно. И, раз уж у Артёмки сегодня будет горячий секс, чем я хуже? Центр, куча баров работают, а я при полном параде (пришлось придерживаться своей же лжи). Иду по главной улице, разглядываю яркие вывески, понимаю, что не могу определиться, и просто захожу в ближайший.
Ненавязчивая музыка, народу не слишком много, успею занять место у барной стойки и изрядно надраться, прежде чем подкатит кто-нибудь особенно храбрый и уверенный в своих силах.
— Красное сухое, пожалуйста, — говорю бармену и он тут же начинает перечислять весь ассортимент. Свожу глаза у переносицы, шумно вдыхаю и повторяю с улыбкой, глядя ему в глаза: — Сергей, красное сухое.
— Понял, — смеётся бармен и смотрит на меня с прищуром.
А ничего такой. Симпатичный.
Один бокал, второй, третий, народу — не продохнуть. Становится душно, тесно, некомфортно, затея кажется глупой, пытающиеся познакомиться мужчины раздражают, с каждым новым отказом мой голос звучит всё более резко, надменно, а взгляд становится жёстче.
Поднимаюсь и выхожу на улицу, наконец-то вдохнув полной грудью. Немного прогуляюсь и домой, слушать как сладко сопит сын. Улыбаюсь своим мыслям, разворачиваюсь, определившись с направлением, и утыкаюсь в чью-то грудь.
— Простите… — мямлю тихо, хочу сделать шаг назад, но замираю.
Сердце начинает биться реже, но громче. Немая сцена затягивается, ладони начинают потеть от волнения, но я боюсь поднять взгляд. Я знаю, кого увижу. Я узнаю его тело, даже если перед носом будет фрагмент в пару квадратных сантиметров.
Первым отходит он. Выдыхаю на мгновенье, но он распахивает дверь стоящей у самого входа машины. Со стороны пассажира.
«Сейчас туда сядет очередная блондинка… — бормочу мысленно и зажмуриваюсь, — ну же, садись уже. Садись, чёрт тебя дери!».
Он молча ждёт, я борюсь с собой. Пытаюсь заставить себя уйти, нет, убежать, сняв туфли, чтобы развить предельную скорость, но ноги ведут меня к его машине. Сажусь, он тут же закрывает дверь с громким хлопком, обходит машину, садится за руль и резко трогается с места. Возможно, он пьян. Я так точно изрядно навеселе, на воздухе показалось, будто отпустило, но это лишь иллюзия. Впрочем, когда он рядом, я всегда как будто подшафе.
Везёт меня к себе. Стыдно признаться, я ни разу не была у него. Моя квартира, офис, туалет в самолёте, где угодно, лишь бы не у него. Видимо, не хочет, чтобы нас случайно увидели вместе. Что ж, логично. А у меня дома маленький ребёнок, тоже не разгуляешься.
Думала, что просто порвёт на мне платье или задерёт его ещё в лифте, но он снял, осторожно расстегнув молнию, уже в квартире, наедине. В глаза не смотрел, да я и сама старательно отворачивалась, обошлись без поцелуев в губы, сосредоточившись на остальных частях тела, не было и громких стонов, лишь сдавленные, вырвавшиеся случайно, его глухое рычание в моменты пика и моё смущение своего обнажённого тела, претерпевшего изменения после беременности и полугода кормления.
Стыд. Единственное чувство, что осталось со мной после тех нескольких часов, проведённых вместе, но я поняла это лишь в такси. В такси, которое он вызвал сам, едва я с него слезла, сделав звонок, чтобы я поняла, что оно для меня, назвав мой адрес конечным. Просто вышвырнул, так ни разу и не посмотрев в глаза, не сказав мне ни слова. Молчала и я. Что я ему скажу? Тупое «привет»? Ну, привет. Я тебя люблю? Не упала ему моя любовь. Ему его собственный ребёнок не нужен был, что уж говорить про какую-то девицу. Не сгодилась даже в роли инкубатора. Так зачем я поехала?
За возможностью прикоснуться. За жаркими объятиями, за щемящими душу эмоциями, за будоражащими нервные окончания поцелуями, за умопомрачительным сексом. Было? Было.
«Вот и не ной» — внутренняя усмешка немного приводит в чувство.
Переспала и переспала. Внезапная встреча, столкновение, накатило, бывает. Жила два года без него, проживу ещё столько же. Потом ещё и ещё, пока не сдохну в гордом одиночестве, выматывая и выбешивая сына звонками из серии «Ромочка, ты покушал?». Характер ему достался от отца. И он так же вьёт из меня верёвки. И он так быстро меняется внешне… так быстро становится похожим на него. Надеюсь, это замечаю лишь я. Тимур. Такое красивое имя и такое идиотское отчество. А по свидетельству о рождении ещё хлеще. Нахрена я на это согласилась…
— Эм… девушка, Вы будете выходить? — неловкий вопрос водителя такси выдёргивает из череды бредовых полуночных терзаний.
— Сколько с меня? — спрашиваю торопливо, доставая бумажник.
— Оплачено, — смотрит с недоумением через зеркало заднего вида, но этого ему кажется недостаточно. Разворачивается ко мне лицом, а я дублирую его неловкость:
— Эм… такси же вызвали по телефону, как это — оплачено?
— Почему по телефону? — бормочет водила. — Через приложение.
Тыкает на телефон на подставке, а я выхожу, буркнув «спасибо». Он что, отменил заказ и вызвал другое такси? Зачем? Неужели чтобы оплатить? И что это значит? Неловкая забота или плевок? Как-то за дёшево я ему отдалась при таком раскладе, надо было тариф заранее обговаривать, что ли.
Захожу в подъезд, начинаю подъем и останавливаюсь лишь на крыше. Снимаю туфли и встаю на парапет. Закрываю глаза и расставляю руки в стороны.
4
Лучше бы я спрыгнула в ту ночь. Не планировала, да и желания не было, просто стояла, ощущала ветер свободы в волосах, но лучше бы спрыгнула.
Ромка начал капризничать ещё когда позвонили в дверь. Как будто чувствовал, как будто предвидел. Обычный звонок, короткий, ненавязчивый, ни я, ни мама, подвоха не заподозрили. Я вожусь с чёлкой, пытаясь выпрямить непослушные волосы, сын то и дело выдёргивает провод из розетки, я не выдерживаю и рявкаю: