Танго нуэво

Тереса кивнула.
Феола небрежно пожала плечами.
– Уверена. Берите, девочки, не стесняйтесь. Мерседес, познакомишь меня с мастером?
– Да, конечно. Можно даже сегодня…
– Вот и отлично.
– Ой… – Мерседес поежилась, покосилась на слугу. – Я… то есть я сейчас попробую договориться. Дело в том, что меня ночью опять пытались… не знаю, что хотели.
– А что делали? – уточнила Феола, утаскивая с блюда засахаренную апельсиновую дольку.
– В окно лезли.
– С оружием? Или так?
– Я не знаю, – растерялась Мерседес. – Я окно открыла – и лампой туда навернула…
Феола уважительно осмотрела стати подруги. Тереса присвистнула.
– Враг убежал?
– Да.
– Крепкий попался.
И впервые Мерседес не обиделась за намек на свои объемы, а даже как-то и плечи расправила, гордясь собой! А что?! Она может и навернуть…
– Вчера тебя похищали, – задумалась Феола. – Скорее всего, и ночью хотели похитить. У тебя комната окнами в сад… подумай, тебя можно вытащить из дома? Вот если как груз?
Мерседес послушно представила дедушкин дом. Изящную оградку, любимый сад…
– Можно. Сила нужна, но это вполне реально. Там до забора может, шагов десять-пятнадцать, перелез – и поминай, как звали.
– Особенно если ЗА забором ждал подельник. Или два, с мобилем, – кивнула Тереса. – Феола, а вот вчера… ты про магию обещала рассказать?
Феола кивнула.
– Это не магия как таковая. Я не умею зажигать огонь, я не лечу, я не убиваю. Я просто могу… управлять жизненной силой людей.
Девушки только рты открыли. А Феола принялась объяснять так же, как объяснял ей старый шаман.
– Сила жизни в человеке. Внутри него. Когда она иссякает, человек умирает. Когда человек ложится спать, он восполняет свои силы. Если сил остается мало, цепляются болезни. Если силы восполнить, болезни уйдут. Это очень условно, это целая философия, но я вкратце, ладно?
Девушки кивнули. Им было интересно.
– Что значит – управлять жизненной силой? Если своей, то это полная власть над своим телом. Если чужой, то я могу ее вытянуть, могу вернуть, могу передать от одного человека другому. Но Адэхи считает, что я пока не вошла в силу. Чтобы полностью себя контролировать, мне надо выйти замуж и родить, лучше двоих-троих, тогда я раскроюсь полностью.
– Вчера ты именно это сделала с теми двумя? – поинтересовалась Тереса.
– Да. Я вытянула из них жизненные силы. И кстати, перелила их Мерседес.
– Оххх…
Тереса быстро осознала, к чему это может привести.
– И так можно со всеми? Да?
Можно…
Можно многое, и это страшно. Продлить жизнь одному человеку, за счет другого, третьего, излечить ценой чьей-то смерти…
За такое – убивают.
Это не просто сила, это – бессмертие!
Феола фыркнула.
– Девочки, это магия. И как всякая магия, она имеет свои ограничения. Чужая жизненная сила, на минуточку, может и не прижиться. Или наоборот, убить человека.
Тереса выдохнула.
Так уже было легче.
– Это от чего-то зависит?
– От многих факторов. И могу тебя заверить, бессмертных магов не существует. Именно потому, что так не получится, как ты подумала. Оговорки, условия… я взяла у мужчин самую чуточку и самую капельку перелила Мерседес. И то вряд ли она себя так хорошо чувствовала.
– Я думала, это из-за похищения. И потом…
– Если бы я перелила много, было бы хуже. Намного. Случалось и такое, что умирали оба. И донор, и реципиент. Даже с родными приходится соблюдать крайнюю осторожность.
Тереса кивнула.
– И все равно это серьезно. Тебя могут использовать в своих целях.
– Могут, – согласилась Феола. – Поэтому честно предупреждаю – если что, я от всего откажусь. Я не маг. И точка.
– Магию можно определить, – робко заметила Мерседес, раскусывая орех. – Меня мама водила, но у меня магии не было. А бабушка, когда узнала, так орала… мамина мама в смысле…
– Потому что у тебя не было магии?
– Нет, просто ей это не понравилось.
– Может, она магов не любит, – пожала плечами Феола. – А моя магия – это, скорее, шаманство. Маги жизни, вы знаете, лечат даже ценой собственной жизни. Я такого желания не испытываю, вот еще не хватало. И лечить не умею.
 
– А кто тебя учил? – заинтересовалась Тереса.
– Шаман. Еще на островах. Между прочим, специально приплыл к нам, пришел к отцу, убедил его, и был официально приставлен ко мне, как охранник.
– Охранник?
– Адэхи спокойно шестерых раскидает. И не запыхается. Я тоже вчера с двумя справилась, – пожала плечами Феола.
Девушки переглянулись.
– А этому можно научиться? – Тереса действительно заинтересовалась. – На земле живем, не в раю. Всякое случиться может.
– Да, – поддержала Мерседес.
– Частично. Я вам покажу несколько точек на теле человека, нажатием на которые его можно вывести из строя. Надолго. Этого, думаю, хватит?
– Пока – да, – согласилась Тереса.
Феола умолчала о том, что точек на теле тысячи и сотни тысяч. И воздействовать на них можно по-разному.
Адэхи учил.
– А почему он с тобой не приплыл? Шаман? – не удержалась Мерседес.
– Потому что он свою работу выполнил, – отмахнулась Феола. – Он меня научил, а дальше я должна идти в большой мир, раскрывать свои таланты, и только потом совершенствоваться. Это так работает.
– Это он тебе дал жемчуг?
Феола пожала плечами.
– В каком-то смысле. Это было мое обучение. Так тоже управляют своей жизненной силой. Спуститься под воду, почуять нужную раковину, достать ее с глубины… это филигранный контроль. Так что это и подарок – и не подарок. Я его честно добыла.
Родители не знали, как ее обучал Адэхи. И слава богу. Не то отца бы удар хватил. Увидь он, как трехлетняя малышка бестрепетно поднимает за хвост здоровенного щитомордника… м-да. И змея вовсе не собирается кусаться, у змеи есть только одно желание – подальше уползти и от шамана, и от его ученицы.
Змеи опасны для детей? А змей вы выслушать не хотите? Им дети тоже совершенно не нравятся. Даже на вкус!
– Если тебя хотели два раза похитить, то вопрос: зачем? И когда будет третий раз? – задумчиво протянула Феола, переключая разговор с шамана на Мерседес.
Ту передернуло.
– Вряд ли для чего-то хорошего. И мама с папой… с ними явно что-то не так. Бабушка с дедушкой нас утром забрали, но…
Тереса хлопнула себя по лбу.
– Твоя фамилия – Веласкес?
– Да.
– Эммм…
– Тереса?
– Сплетни по городу уже поползли. Твою мать обвиняют в убийстве твоего отца. Если мать – Вирджиния, а отец Самуэль?
Если бы не Феола, которая перехватила Мерседес за руку и привычно разогнала по телу ее жизненную силу, девушка упала бы в обморок.
Нашатырь?
Оказывается, чашка кофе, вылитая на платье, действует ничуть не хуже. Тереса с перепугу промахнулась.
– Мерче, прости меня, дурочку! Пожалуйста… я же не думала, что ты…
Мерседес вдохнула. Выдохнула.
Она бы разрыдалась, может, даже в обморок упала или истерику закатила, она сама не знала. Но Феола держала ее за руку. И от ладони подруги расходилось уверенное тепло.
– Я… мама…
Феола вздохнула.
– Я правильно понимаю, ты ничего не знала?
– Н-нет…
– Молодцы твои дед и бабушка.
– Молодцы?! – искрами вспыхнула Мерседес. – МОЛОДЦЫ?! У меня тут… это – МОИ РОДИТЕЛИ!!!
Сейчас бы она и деду, и бабушке головы поотрывала! Это ж надо… ладно – младшие! А она? Ей что – десять лет?! Она дура?! Не разберется?!
Не поймет, как нужно себя вести?!
Да, что-то неладное она заподозрила. Но такого и предположить не могла. Это же папа и мама! А для любого ребенка родители – это то, что будет вечно. Вот вообще вечно-бесконечно… как они могут пропасть? С ними не может случиться ничего плохого, потому что они так нужны-нужны-нужны…
Как оказалось – может случиться.
– Треси, скажи, что именно ты знаешь? – попросила Феола.