Капитан
Их встречали. У трапа поджидал вместительный «Руссобалт» с водителем, доставивший пассажиров прямиком к главному входу в гостиницу, так что на причуды погоды Зимин почти не обратил внимания. Но уже в начале следующего дня каперанг, созерцая сквозь двойные стекла широкого окна утреннюю толчею Невского проспекта и темные воды Екатерининского канала, подумал, что с гардеробом надо что-то срочно делать. Он еще постоял, допивая свой кофе, глядя с высоты четвертого этажа на непрерывный поток куда-то спешащих по широким мостовым автомобилей и целеустремленно вышагивающих по старательно очищенным от мокрого снега тротуарам толп менее благополучных жителей и гостей столицы.
— Да, отвык я от всего этого. Одичал… Ну, ничего, стерпится-слюбится. Время нынче по питерским меркам не лучшее для вояжей. И раз уж я тут надолго, то стоит озаботиться съемом собственного жилья, где-нибудь поближе к Академии. Но начнем с одежды. Являться в штаб в таком виде, положительно, моветон.
Поставив тончайшего фарфора чашку на серебряный поднос, он, уже окончательно приняв решение, набрал номер портье.
— Вот что, любезнейший, созвонитесь с военным ателье Норденстрема, оно тут неподалеку, Невский, сорок шесть, и уточните, смогут ли меня там принять в ближайшее время. Если все подтвердится, немедленно доложите мне. Исполняйте, — с военной четкостью не столько распорядился, сколько скомандовал капитан.
— Такси вызывать? — послышался в трубке предельно почтительный вопрос.
— Не стоит, — покачал головой Зимин. — Это соседний дом.
Март еще до вылета получил от Зимина адрес и название гостиницы, в которой тот заранее оформил бронь для себя. Поэтому первым делом после раннего завтрака (свою роль играла большая разница в часовых поясах: для Колычева уже давно наступил день, для столицы же Российской империи едва забрезжило утро) отыскал в справочнике номер «Европейской» и потребовал соединить его с номером капитана Зимина.
— Доброе утро, Владимир Васильевич. Мы добрались без происшествий. Все в порядке. Какие будут распоряжения?
— Рад тебя слышать, мой мальчик. Нам следует как можно скорее явиться в главный штаб ВВФ. Но для этого определенно требуется пополнить гардероб. Да и погода в Питере, как видишь, не балует.
— Это точно, — поежился вспомнивший вчерашний анабазис Март. — Я тут подумал, может быть, нам приобрети автомобиль?
— Зачем? — немного удивился опекун.
— Чтобы колеса всегда были под руками. Все-таки на мотоцикле по такой погоде не разъездишься. А таксисты дерут немилосердно.
— Что ж, звучит разумно, но я бы не рекомендовал тебе торопиться. Кто знает, надолго ли мы тут.
— Ладно, я еще подумаю.
— Запомни адрес: Невский проспект, сорок шесть, ателье Норденстрема. Сразу же отправляйся туда, я, вероятно, уже буду там.
— Принято.
— Отбой.
В прошлой, теперь уже такой далекой, жизни Вениамин Мартов предпочитал не отягощать себя имуществом и отношениями. Если машина — то в каршеринг, квартира — в аренду, а девушки… — тоже во временном пользовании.
Теперь для Марта Колычева наступили иные времена. Арматор и капитан рейдерского корабля — это только первый шаг, дальше — больше. В очень скором будущем в его планы входило создание собственной корпорации, впрочем, это вовсе не означало необходимость отягощаться избыточной собственностью. И если бы он продолжал жить в теплых краях, всего скорее, ограничился бы привычным «Нортоном 16Эйч».
Еще одним аргументом в пользу покупки стало банальное отсутствие в 1941 году такого рода услуг. Нет, взять машину в аренду было можно, вот только обходилось это очень недешево. К тому же у Марта теперь имелся собственный техник, так что было на кого скинуть при случае заботы об обслуживании машины.
Справочник подсказал адрес ближайшего автосалона с широким выбором наличных машин. Им оказалось представительство фирмы «Опель». В оставленной Мартом реальности продукция немецких автомобилистов из Рюссельхайма считалась не самой престижной, но вместе с тем достаточно надежной и практичной. А некоторые злые языки, утверждавшие, что лучше иметь дочь проститутку, чем «Опель» в гараже, как правило, не имели денег даже на велосипед.
В общем, Март решился и через некоторое время переступил через порог внушительного здания в стиле модерн, после чего оказался в достаточно просторном торговом зале. Судя по всему, разгар сезона продаж давно миновал, потому что, пока предупредительный швейцар помогал потенциальному клиенту отряхнуться от снега, рядом с ним выросли целых два менеджера по продажам или, как их чаще называли в этом времени, — маклера.
— Что угодно молодому человеку? — хором поинтересовались они, смерив при этом друг друга недовольными взглядами.
— Э… — немного растерялся перед таким напором Колычев. — Я хотел бы приобрести автомобиль и подбираю варианты…
— Вы очень правильно сделали, что зашли в наш салон! — подпустил патоки левый маклер.
— У нас самый лучший выбор во всей столице! — поддакнул тот, что находился справа.
В это было нетрудно поверить, поскольку весь зал был заставлен автомобилями с молнией на эмблемах, а прямо перед ними блестел хромом роскошный «Опель-Адмирал».
— Вот, извольте видеть, флагман модельного ряда, шестицилиндровый двигатель объемом три и шесть десятых литра!
— Разгон до ста тридцати шести километров в час!
По голосам торговцев было очевидно, что лучше этого автомобиля ничего нет и быть не может, но Март все же не стал спешить. Тем более что представленный образец был кабриолетом.
— А что-нибудь с крышей есть? — осторожно поинтересовался он. — Все-таки на улице не май месяц!
— Ну что вы, — с жаром принялся его переубеждать левый. — Ведь ничего не стоит натянуть тент, получив, таким образом, вполне комфортабельный салон. Зато когда наступит лето, можно будет прокатиться с ветерком, да еще с барышнями.
При этих словах маклер так причмокнул, что Март едва не согласился, но все же из последних сил успел спросить:
— А седанов у них не бывает?
— Бывают-с, — скорбно кивнул менеджер. — Но все имеющиеся уже проданы. Так что только под заказ!
— И долго ждать?
— Три месяца, — почти всхлипнул менеджер и для верности добавил: — Не меньше!
— А сколько будет стоить?
— Шесть с половиной тысяч рублей, а кабриолет можно забрать прямо сейчас за семь… нет, если вы заплатите наличными, за шесть восемьсот!
— Благодарю, — вежливо отказался Март, — но я не могу столько ждать!
На лице левого маклера появилось плохо скрытое презрение, но его правый товарищ пока что и не думал отчаиваться.
— В таком случае, позвольте вам предложить «Опель-Капитан». Очень практичная и надежная модель! Выпускается с двумя типами кузовов. Двухдверный кабриолет и четырехдверный седан. Двигатель тоже шестицилиндровый, но объем несколько скромнее. Всего два и пять десятых литра. Существуют еще и два и восемь, но их теперь нет в наличии. Максимальная скорость сто восемнадцать километров в час! Будете брать?
— Сколько?
— Три тысячи девятьсот рублей за седан и четыре с половиной за кабриолет, — вздохнул торговец.
— Скажите, а есть что-нибудь более бюджетное? — осторожно поинтересовался Март, прикидывая про себя, с какой суммой он готов расстаться.
— Разумеется, — вздохнул правый, проводив взглядом покинувшего поле боя коллегу. — Только они на площадке во дворе.
За домом и впрямь оказалась довольно просторная площадка, сплошь уставленная автомобилями, большинство из которых также были «адмиралами» и «капитанами», и только в самом углу сиротливо жались близнецы четыреста первого «Москвича» из никому неведомой реальности Марта, под названием «Опель-Кадет» и его двухдверные собратья «Опель-Олимпия». Среди них также имелись кабриолеты, но большая часть все-таки имела железную крышу.
— Две с половиной тысячи за открытый и две сто за седан, — пояснил маклер.