Необычное путешествие (СИ)

— Вот что может случиться, если по-своему распоряжаться чужими чувствами и жизнью, — Сона закончила повествование.
— Царь тоже виноват, — высказался Лео, — надо было той девушке сразу рассказать о своих чувствах.
— Наверно, он хотел поступками завоевать ее сердце, — возразил Вова.
— Поступками доказывают искренность слов. Не нужно бояться признания.
— Сильные чувства подавлять трудно, думаю, невозможно, — заметила Сона.
— Но бывают такие ситуации, когда слова могут истолковать превратно, — оправдывался Вова, — или вдруг это всего лишь симпатия, зачем врать девушке, что любишь?
— Вот сиди и жди, когда она обратит на тебя внимание, потому что ты еще не уверен в своих чувствах, — пожал плечами Лео.
Вова остановился у заправочной станции и пополнил запас топлива.
После заправки, Соне стало плохо.
— Не люблю запах топлива. Вова, опусти стекло, пожалуйста.
— Странно, — водитель удивился, — запах топлива исключен, такого просто не может быть. Если буду ехать с открытым окном, ты замерзнешь.
— Лучше упасть в обморок?
Вова остановил машину на обочине:
— Лучше прогуляйся, подыши свежим воздухом, а я проветрю машину.
Сона с Лео вышли из внедорожника, Вова открыл двери и окна.
Осеннее солнце приятно грело, дул прохладный ветер.
— Здесь воздух чистый, легко дышится, — заметил Лео.
— Озеро слева, справа горы. Мы находимся на высоте более двух с половиной тысяч метров над уровнем моря.
— И птицам раздолье, — Лео указал на стайки птиц.
— Все же зябко, — Сона направилась к машине.
— У тебя развитая фантазия, все красочно описываешь, можешь стать писателем, — нарушил молчание Лео, как только они тронулись в путь.
— Для этого необходимо учиться, а я не могу, приходится на хлеб зарабатывать.
— Семья и дети — основная работа женщины по жизни, ей суждено быть женой и матерью, — решительно заявил Вова. — Что скажешь, Лео?
— Да, и у нас так же.
— Но сейчас не те времена. Женщина может работать и выбрать почти любую профессию, — возразила Сона.
— Даже летать? — удивился Лео.
— У нас они стюардессами летают, — вставил Вова.
— Стюардессы в воздухе подают воду и еду, — объяснила Сона. Лео смотрел на нее удивленно. — Говорят, и летчицы встречаются — управляют летающей машиной.
— А у вас, Лео? — спросил Вова.
— Вова, — Сона прервала его с упреком в голосе, — ты обещал не задавать лишних вопросов.
— Что в моем вопросе страшного? Пусть ответит.
— Я не хочу, считай мою настойчивость капризом.
— Да уж, ты и правда капризная. Почему ты темнишь, скрываешь, напускаешь туман таинственности?
— Кстати о тумане, впереди перевал, там бывает плохая видимость, пожалуйста, будь внимательнее, не торопись.
Перевал встретил густым туманом.
Десять минут спустя дорога пошла на спуск и туман рассеялся.
— Вова, пожалуйста, останови машину где-нибудь, отсюда красивый вид, — попросила Сона.
Водитель нашел удобное место для стоянки и остановил внедорожник. Они надели теплые вещи и вышли из автомобиля. Их взору открылась прекрасная панорама дальних гор и близлежащих холмов.
— Здесь особый воздух, — Сона втянула воздух в легкие, будто хотела наполнить их впрок.
Фантастические горные пейзажи словно просились на бумагу. Лео устроился на камне и что-то заносил в блокнот.
Вова и Сона стояли в стороне и любовались пейзажем.
— О чем он всё время думает? — вдруг спросил Вова. — Тебе он не кажется странным? Я думал художник рисует то, что видит, а он во всё всматривается, вслушивается, наблюдает, рассматривает.
— Он думает о вечном, о том как устроен окружающий мир, — улыбнулась Сона.
— Мнит себя ученым, — сердито буркнул Вова.
— Хочет проникнуть в тайны природы — прекрасное желание. Разве тебе тоже не интересно многое?
— Человек может изучать что-то одно и быть хорошим специалистом в конкретной области.
— Ты судишь о нем предвзято, буквально с первой минуты знакомства с ним настроен против него. Я тебя понимаю: он помешал твоим планам, неожиданно вторгся в твой мир, — Сона взяла Вову за руку. — Успокойся и признайся, что тебе наши поездки тоже интересны.
 
— Да, ты права, — прикосновение Соны было приятно, в тот миг все мысли вылетели из его головы. Вова был счастлив.
Девушка посмотрела на Лео, что-то его заинтересовало. Она обратила взор в ту сторону и увидела орла, парящего почти вровень с ними. Неожиданно хищник замер на месте, будто остановился в воздухе. Сона подошла к художнику.
— Поразительно, — Лео обратился к Соне, — смотри, как ему удается остановиться в воздухе, и не упасть?
— Наверное, орел очень быстро машет крыльями, но наш глаз не улавливает его движения.
— Теперь он упал,
— на добычу, которую так упорно высматривал, — закончил фразу подошедший Вова, — не зря говорят: «Зоркий глаз как у орла».
— Я видела орла близко только в зоопарке.
— Где? — переспросил Лео.
— Там в клетках держат зверей и птиц.
— Но птицам так жить невозможно, им нужно летать, — возмутился Лео.
— Ты прав, ужасно жить взаперти.
Стало холодно, путешественники сели в машину и поехали дальше по магистрали.
Через некоторое время указатель на дороге подсказал, что нужно свернуть с основной трассы. Дальше путники поехали по проселочной тропе без асфальта.
— На обычной машине тут не проедешь, твой внедорожник, Вова, здесь необходим, — уважительно заметила Сона.
— Не будь машины, мы могли бы доехать до развилки на маршрутке или автобусе и прийти сюда пешком, — возразил Вова. — Так поступают многие.
Казалось разбитой дороге нет конца, но неожиданно они словно попали в сказку — перед ними выросла крепость Смбатаберд. Гордая и величественная массивная крепостная стена с круглыми башнями свысока смотрела на путников.
— Вот и крепость, я так давно хотела ее увидеть, сюда не просто добраться.
Сона вышла из машины и зашагала по тропинке к лестнице, ведущей к воротам.
С трех сторон неприступные скалы и глубокое ущелье служили естественной преградой неприятелю, лишь с одной стороны тропа вела к крепости, расположенной на вершине холма. По крутой тропинке компания поднялась ко входу в Смбатаберд и вошла. Сона и ее спутники погуляли и осмотрели, что сохранилось. Территория, занимаемая цитаделью, огромна, но уцелели только сторожевые башни и крепостная стена. Внутренние помещения полностью разрушены и заросли густой травой и горными цветами. Троица поднялась на стену.
— Смотрите, там внизу населенный пункт Ехегис на берегу одноименной реки. Он когда-то был городом, даже столицей царства. Внизу стоял дворец, а цитадель построили здесь, чтобы укрываться в ней от врага. Таких крепостей очень много, некоторые в труднодоступных местах, и к ним без проводника не доберешься, — Сона взяла на себя роль гида.
— Раньше я не понимала, почему крепости строили подальше от людских глаз. Я наивно думала, что крепости должны быть преградой врагу, охранять границы страны. Увы, я ошибалась. На самом деле всё очень просто: князья заботились лишь о собственной безопасности и сохранности сокровищ. Богачей не волновала судьба подданных, которые всю жизнь их содержали. Эта цитадель пожалуй одна из самых крупных, где в случае опасности могло спрятаться большое число людей. Глядя на такие основательные стены, возникает вопрос: почему неприступная крепость сдавалась врагу? Действительно, откуда появлялся предатель? Ответ на удивление прост: из крепостей всегда имелись тайные ходы, откуда лазутчики отправлялись для выяснения обстановки, чтобы узнать о планах врага. Шел лазутчик в свою деревню и видел ее разоренной, родных и близких убитыми или взятыми в плен. Возвращался обратно и думал: кто всему виной? Кого они защищают? И решал: раз его дом разорен, пусть виновник о всей семьёй тоже пострадают. В тот момент воин в гневе забывал, что еще тысячи невинных людей, которые здесь с ними внутри крепости, тоже станут жертвами врагов. Разведчик сдавал крепость неприятелю не из-за награды. Нет! Не верю! Он мстил! Как правило, сам становился жертвой.