О-ерой, академия для избранных (СИ)

– Ненавижу, – продолжила я за Эдриана. За эти пару минут моего замешательства, мои глаза адоптировались к темноте, так что я смогла разглядеть лицо куратора.
– Да, но мои чувства к вам не отменяют доверия, – нехотя продолжила я.
– Доверия? – задумчиво переспросил Блеквел, пытаясь уловить смысл.
– Помните, я нашла первой доктора Изуми Хару.
После этих слов Эдриан нахмурился еще больше, теперь он напоминал изюм.
– Она передала мне кое-что, а вы единственный чье алиби я могу не подвергать сомнению.
– Даже так?!
– Увы.
– И что же это за вещь, что вы не рассказали о ней все сразу.
– Без понятия, – спокойно ответила и протянула флешку.
Блеквел удивленно вскинул брови, потом нахмурился.
– Это всего лишь флешка?
– Да, но что за информация скрыта на ней, мне не удалось узнать, – он как-то странно выдохнул. Будто обрадовался, а потом очень укоризненно посмотрел на меня.
– Лакшми, это все? Может быть, она что-то вам успела сказать или…
Я отрицательно покачала головой, не хотелось мне говорить о том, что мне угрожают. Я надеялась, что убийца узнает об отсутствие флешки и отстанет. Ему ведь ни я нужна, а информация.
– Надеюсь, ты больше ничего не скрываешь? – Эдриан предельно близко подошел ко мне, так что от его дыхания шевелились волосы на моей голове. Чуть склонился и заглянул мне в глаза. – Ты подвергаешь свою жизнь огромной опасности. Стоило раньше отдать флешку и рассказать мне обо всем. К тому же это облегчило бы расследование.
– Я слишком испугалась, – прикрыла свое нежелание делиться информацией.
Блеквел покачал головой, но очевидно принял мой ответ за чистую монету.
– Пойдем, я провожу тебя, – сообщил о своих намерениях куратор. При этом он не собирался натягивать на свое тело майку. Я же слегка покраснела от мысли быть застуканной в его компании очередными фанатками.
– Может не надо? – простонала я, прежде чем смогла взять себя в руки.
– Надо-надо, а то вдруг ваши ухажеры снова посчитают, что я с вами плохо обращаюсь, – ехидно ответил Эдриан.
– Тогда прикройтесь, а то они посчитают, что…
– А вот это ваши проблемы, – прервал меня Блеквел, широко улыбнулся, подхватил под руку и повел прочь из парка.
Нельзя сказать, чтобы я была сильно против. У меня появилась возможность полюбоваться академией и парком, освещенным фонарями, не сильно беспокоясь разглядыванием дороги.
Кто хоть раз гулял ночью по более-менее пустынному парку, меня поймет. Тишина, тусклый свет, стрекот насекомых и звезды. В такой обстановке ощущаешь себя золушкой, вот если бы меня еще за руку держал принц, а не Блеквел.
Конечно, ощущение горячей гладкой кожи, под моей ладошкой, немного волновали меня и мою сущность, поэтому я старалась не задерживаться и идти быстрее. А вот Эндрю, чертов обольститель, наоборот шел вразвалочку, прижимался, словно чувствовал все реакции моего тела.
А у меня возникал вопрос, если я ему не нравлюсь, зачем он флиртует? Просто чтобы позлить?! А может мне все это кажется, и я просто себя накручиваю?
В итоге, в академии я попыталась удрать от настойчивого куратора, но он пристал ко мне, словно клещ. Проводил до комнаты, заставляя курсантов удивленно оборачиваться и шептаться за нашими спинами, будто мне мало проблем. Хотя, если бы я знала, что меня ждет, то сама бы вцепилась в куратора и не отошла от него ни на шаг.
Дверь в мою комнату оказалась открытой, вещи валялись на полу, матрас и подушка жестоко изрезаны вдоль и поперек. Довершала картину, намалеванная на стене красной краской или помадой, угроза: «Я все равно найду флешку, а ты пожалеешь, что усложнила мне задачу!» А под этим был нарисован раскромсанный человек в луже крови.
Я сглотнула подступивший к горлу ком, ноги подкосились, и если бы не твердая рука Блеквела, то сидеть бы мне на полу. Да лишь его тепло удерживало меня от истерики. Все мои крики, ругательства просто застряли в горле.
Эдриан не стал ничего говорить и пенять мне на мою оплошность. Он повел себя как настоящий куратор. Просто вывел меня в коридор, закрыл дверь и прижал к себе со словами:
 
– Я разберусь, не бойся. Они просто хотят тебя напугать, вот и все.
Я же стояла уткнувшись в его грудь, и думала о том, что надо было сразу отдать флешку и не строить из себя Шерлока Холмса. Черт, да я ни на грамм не тяну на героиню, способную в одиночку вынести всех злодеев и отделаться маленькой царапиной. Я трусиха, избалованная дочка богатых родителей. Черт, за что мне все это?!
Внутри меня кипело адское варево из сожалений, злости и жалости, а вот внешне, меня словно превратили в льдинку.
Я просто кивнула и отодвинулась от Эдриана, молча выслушала его указания – переночевать сегодня у подруги. Завтра, Блеквел пообещал, мне поставит дополнительную охрану и выделит кого-нибудь со старших курсов в качестве телохранителя.
  
Глава 42
 
Равнодушно взяла надувной матрас у комендантши тети Вали. Женщина, поворчав для профилактики, выдала, но не удержала своего любопытства, даже в присутствии профессора Блеквела:
– А что это случилось?
– Конфиденциальная информация, – отрезал Эдриан. – И потрудитесь прислать уборщика в комнату курсанта, через час. Так же подготовьте новые постельные принадлежности.
– Что, продала-таки вещи, воровка! Глаза б мои на тебя не смотрели! – выпалила женщина.
– Валентина, если бы за вас не просили, то сейчас вы бы уже были уволены. Это полное нарушение профессиональной этики! Напомню, что ваша работа заключается не в чесании языком и обвинений тех, кто в будущем будет спасать вашу шкуру.
Тетя Валя разом сдулась. Блеквел же более не смотрел на хлопающую ртом комендантшу, он подхватил меня под руку и довел до комнаты Селесты. Дождался пока сонная подруга, в ночной сорочке, едва прикрывающей бедра, откроет дверь и попросил ее позаботиться обо мне. О том, что делал куратор дальше, мне не известно.
Селеста взирала на меня с детским восторгом, и хотела услышать еще одну чудесную историю моих злоключений, но терпеливо ждала, когда меня-таки прорвет.
В себя я пришла уже только к середине ночи. К этому моменту я слопала коробку конфет, раза три попила чай, обустроила себе спальное место, сходила в душ, переоделась и даже легла в постель. Потом резко села и выругалась:
– Нет, ну это ни в какие ворота не лезет! Это что, он обо всем доложит начальству?
– Ну, наконец-то, – выдохнула подруга и включила свет. Снова поставила чайник и скомандовала: – Выкладывай, пока я тут не сдохла от любопытства!
Пришлось рассказать Селесте все мою эпопею от и до, в конце которой она надулась, словно мышь на крупу.
– У-у-у, зараза! Да как ты могла, мы же друзья! Да мы… Мы могли стать настоящими сыщиками и вывести этого убийцу на чистую воду! Хотя еще не поздно, а давай…
Селесту однозначно понесло. Ей не хватало приключений, а вот мне хотелось снова вернуть те дни, когда я беззаботно лежала на пляже, и сломанный ноготь казался огромной проблемой.
– Селл, послушай. Мы не будем в это вмешиваться.
– Что? – подруга надула губки и сложила ладошки.
Но я была беспощадна.
– Пойми, ты вообще не должна знать о случившемся. А во-вторых, ты тоже хочешь подарков от маньяка: изодранную кровать, угрозы и исписанную кровью стену?
Преувеличила, конечно, но цели достигла. Подруга отказалась от идеи стать сыщиком. Пожаловалась на свою скучную жизнь, немного посочувствовала мне, и лишь после этого мы пошли спать.
Надо ли говорить, что утро наступило неожиданно быстро, а едва я выглянула за дверь, как увидела наглую рыжую моську. Его величество Крис Ладлоу, собственной персоной, стоял в коридоре и поджидал меня, сияя, словно выиграл гран-при формулы один.
– Мне поручили охранять тебя, милая, – мурлыкнул он.
Селеста высунула мордочку, словно лисичка, и обиженно заметила: