О-ерой, академия для избранных (СИ)

Я приоткрыла глаза и осмотрела место моего пребывания – современная лаборатория, обставленная крутой техникой, насколько я в этом понимаю. Вокруг стояли столы с приборами, какие-то колбочки и скляночки и куча еще всяких непонятных штук. Некоторые из них шипели, свидетельствуя о бурной деятельности их хозяина. Осматривать помещение дальше, лежа на животе, стало проблематично. Я пошевелилась, со спины что-то свалилось и шлепнулось на пол. Полупрозрачные дольки льда рассыпались по белой плитке. Неловко. Я резко села, надо было собрать его, прежде чем он растает, иначе будет лужа, а мне не хотелось обременять своих спасителей. Однако едва перешла в вертикальное положение, как кожу спины засаднило. Рана еще болела, но как уже давно зажившая. Удивительно. А там, на Марсе, казалось, что мне все до костей прожгло.
Поправила распашонку, в которую меня переодели, и попыталась натянуть ее на колени, что оказалось невозможным. Голубая полупрозрачная ткань едва прикрывала перед и завязывалась на спине несколькими хлястиками. А самое ужасное, что под ней больше ничего не было. Надеюсь, в этом меня видел только медперсонал, а не тот парень, что спас.
М-да, я его даже толком не разглядела и имя не спросила. Однако его нужно поблагодарить.
Я спустила ноги на холодный пол и встала. Перед глазами снова все поплыло, но прошло уже через секунду, и я приступила к сборке просыпанного льда. Нашарила пакетик, наклонилась и начала собирать кубики. В этот момент дверь открылась, послышался мужской голос, обладатель которого явно узрел мою голую попку пусть и не во всей красе.
Я резко развернулась и первой кого увидела, так это женщину в белом халате, летящую на меня с криком:
– Ну наконец-то моя подопытная проснулась! – женщина тут же начала светить мне в глаза фонариком, поднимать и опускать конечности, пока другой голос ее не остановил:
– Доктор Хару, она ваша пациентка, а не подопытная!
– Какая разница, Рем, – махнула рукой доктор и, тем не менее, отвлеклась от меня.
А я на всякий случай отошла на безопасное расстояние от странной и довольно эксцентричной особы. Может это и был гениальный врач, но выглядела она пугающе.
Яркая оранжевая майка с надписью: «пожертвуйте труп на опыты», ярко-зеленые штаны и в тон к ним волосы. Огромные очки, которые скрывали половину лица, не добавляли ее образу доброжелательности.
– Большая, на ней вы не имеете права ставить свои эксперименты. Да вы бы хоть представились, прежде чем пугать девушку, – вмешался, вышедшей вперед, парень.
И я его узнала, это был мой спаситель! Даже без летного костюма, а просто в форме защитного цвета, с красивой укладкой волос, у меня не оставалось сомнений, что это именно он. Правда, сейчас парень казался напряженным и немного резковатым. Его блондинистые волосы были гладко зачесаны на бок, будто он только что вышел из парикмахерской прошлого века. Отчего сразу захотелось запустить в его шевелюру ладонь и растрепать эти неестественно уложенные локоны. Сорвать с него маску улыбчивой вежливости, которую он нацепил сейчас. По крайней мере, мне так казалось. Там, на Марсе, он выглядел более раскованным, нежели сейчас, хотя мне могло пригрезиться, кто знает.
– Ох, вечно ты меня пристыжаешь, – доктор всплеснула руками, взяла со стола какие-то бумаги и снова посмотрела на меня. – Меня зовут доктор Хару Изуми. Так, милочка, присядь, – скомандовала она мне.
– Где я? – прежде чем выполнять команды, сначала решила уточнить некоторые детали.
– В моей лаборатории, на Марсе. У старшего курса пилотов АкВоСа здесь полигон и тут проходят тренировки.
– А…
Я хотела спросить, когда меня вернут на исправительные работы и что со мной было, когда в комнату вихрем влетел рыжеволосый парень.
И если Рем выглядел атлетом, то этот экземпляр оказался, как минимум выше его на голову. Зеленые глаза лихорадочно блестели, и, кажется, расчленяли меня.
– Какого черта вы ее сюда притащили? – проорал он так, что даже колбочки, стоявшие на столе, задрожали.
Я выпрямила спину и посмотрела на своего оппонента с вызовом.
 
– Успокойся, Ладлоу!
– Какого хрена я должен успокаиваться, если ты притащил убийцу моего брата сюда. Тебе нужно было оставить ее подыхать там! – чуть тише, но все еще очень громко произнес он.
А мне захотелось провалиться сквозь землю. Черт! Я никогда не думала, что так скоро столкнусь с членами семьи погибшего парня.
– Успокойся, дружище. Для этого были весьма веские обстоятельства, – попытался оправдаться Рем.
– Это какие же, позволь узнать? Уж не смазливое ли личико и глазки, полные слез?! Пусть ее образ невинной овечки не вводит тебя в заблуждение! – зарычал очень большой страшный волк, именно так бы я его охарактеризовала.
– Подтверждаю слова курсанта, – вмешалась доктор Хару. – Девочка только что очнулась.
– Тогда может вы объясните, какие такие обстоятельства?
Женщина зловеще улыбнулась, поправила очки и выдала:
– Она оборотень, – если бы я не держалась за операционный стол, то точно упала бы.
После этой новости я решила присесть, а то еще упаду в обморок чего доброго.
– Что?! – заорал рыжеволосый парень. – Этого не может быть!
– Может. Я сам видел, когда на нее попал яд гидры, у нее началась трансформация, и как видишь, раны на спине уже затянулись.
– Но это нонсенс, носителями генов являются только мужчины!
Опа, вот это сюрприз! Я вцепилась руками в операционный стол, на котором сидела, дабы точно не грохнуться от неожиданных подробностей.
То-то они всегда прячут своих жен и стараются не обсуждать вопросы, касающиеся особей женского пола. Скрывают, значит, этот факт.
– Да, все верно, – подтвердила доктор Хару слова разъяренного парня. — Убедиться в том, что от нее уже пахнет зверем, ты и сам можешь, просто перестань злиться, Крис.
Ладлоу закрыл рот, сморщил нос и ударил в стену кулаком так сильно, что по голубенькой плитке побежали трещины. А мне стало не по себе, так что я снова попыталась натянуть сорочку пониже, дабы прикрыться. Неужели я так противна?!
– Черт. Да, от нее пахнет зверем, но, похоже, инициацию она еще не прошла.
– Да, – подтвердила доктор Хару. – Мы как раз хотели обсудить этот момент с самой девушкой.
Все взгляды устремились на меня, интересно, а что они от меня ждут? Как будто я знаю что такое инициация.
– Говори, что с тобой произошло? Как ты стала оборотнем? – угрожающе прорычал Крис и начал надвигаться на меня подобно скале, правда милашка Рем его остановил.
– Успокойся, Крис, я сама спрошу у Лакшми. Тебя ведь так зовут? – доктор Хару добродушно улыбнулась, правда от ее улыбки меня бросило в дрожь и появилось желание лучше познакомиться с Крисом. Он по крайней мере меня просто прикопает, а не будет ставить эксперименты.
– Да. Меня зовут Лакшми Савицкая, – как можно бодрее сказала я.
– Ну и имечко, – хохотнул Крис. Рука Рэма тут же впилась в плечо Ладлоу. Парень перестал смеяться и, сбросив ладонь моего спасителя, кивнул и поднял руки в примирительном жесте. А в меня стрельнул еще более злыми зелеными глазами.
Нет, беру свои слова обратно, кажется, он не прочь поглумиться над моим трупиком.
Доктор Хару тоже это заметила и бросила недобрый взгляд на присутствующих, а затем продолжила:
– Ты ведь раньше не была оборотнем и ничего о них не знаешь? – я кивнула в знак согласия.
– И про инициацию тебе ничего не известно, так?
– Совершенно верно, – подтвердила я, стараясь не смотреть на парней и отвечать как можно беззаботнее. – А теперь, доктор, поясните, как я могла стать оборотнем, если меня никто не кусал?
– Хм, как бы тебе сказать, это всего лишь врачебная ошибка не более, – доктор Хару развела руками, а мне захотелось выпить чего-нибудь покрепче.
– Что значит врачебная ошибка? – в один голос спросили мы.
– Что тут непонятного, девочку и Джорджа привезли в одну больницу. Твой брат, Джордж, умер, документы подтверждающие личность отсутствовали, и по новому закону о трансплантации органов их у него изъяли. А Лакшми была при смерти, нуждалась в них. Тут вдруг оказывается, что по анализам они совместимы. Врачи не стали откладывать и сделали операцию на свой страх и риск. Девочка выжила. А тело твоего брата еще сутки лежало в морге пока его не опознали, к тому моменту все совершенно забыли про забор органов.