Падение сурка. Том 4 (СИ)
Для проверки Жан-Поль взял в руки перочинный нож из иридия и подумал о том, что хочет поместить его в инвентарь. В связи с особенностями мира он мог сделать это только путём открытия портала к карману почти на поверхности кожи. Даже не на ней самой. Для этого пришлось продавить тончайший слой эпидермиса, который опал перхотью в районе соприкосновения с предметом. Со стороны это выглядело так, будто он вдавил сложенный нож себе в живот и там оставил.
В тот же миг в одной из ячеек отобразился ножик. Если сконцентрироваться на нём, то можно увидеть подпись «иридиевый перочинный нож с молекулярной заточкой», а также его объём и вес.
Жан-Поль ликовал. У него получилось. Осталось завершить проверку. Он приложил ладонь к коже на левом предплечье и… в следующее мгновение у него в руке оказался тот же самый перочинный нож, который ни капли не изменился. На пол с руки опала перхоть.
В этом мире работать с инвентарём иначе не получалось. Но Кац предусмотрел работу инвентаря и в нормальных мирах. Там он сможет призывать предметы прямо в руку или рядом с собой, а то и на расстоянии от себя. К примеру, он сумеет вывалить из расширенного кармана на голову противника бомбу, что ему не помешало бы во время войны.
После этого он начал запихивать все свои вещи в инвентарь. Кости богов и поделки из них предварительно покрывались герметичным гелем, который при застывании превращался в твёрдый пластик — очередное достижение цивилизации, плодами которой он пользовался.
И всё равно инвентаря не хватило. Он был забит под завязку, при этом осталось много металлической плоти от последнего противника. При мысли оставить такую ценность Жан-Поля принялась душить внутренняя жаба. Это же и стимулятор для мгновенного пополнения магического резерва, и активатор для серьёзных ритуалов, и вообще, не для того он пространственный карман делал, чтобы оставлять хотя бы крохи своего имущества. В итоге пришлось призывать прочные мешки и распихивать добычу по ним.
Глава 25
Нагруженный баулами, как ишак, Жан-Поль поспешно удалялся прочь из города. Гора из мешков на спине превышала его рост и держалась лишь благодаря сети, созданной с помощью ремонтного металлопластика для заделки щелей на звездолётах. Этот гель Кац использовал в качестве своеобразного сверхпрочного скотча для создания гигантской авоськи. Из этого же геля были сделаны лямки, как у рюкзака, благодаря чему баул удерживался на спине. Несколько сотен килограммов оттягивали лямки и тянули баул к земле, но сетка не рвалась. Если бы она порвалась, то это бы сильно удивило парня. Всё же этим гелем даже внешнюю обшивку космических кораблей чинят, и он после застывания выдерживает высокие нагрузки на разрыв.
Приближение постороннего со спины он почувствовал без ясновидения, которое молчало. Парень приготовился к сражению.
— Эй! — раздался издалека мелодичный голос Лилинаты. — Постой!
Он сбавил скорость и остановился, после чего скинул импровизированный рюкзак на грунт. Внутри раздался лязг металла. Когда Жан-Поль обернулся, суккуба почти нагнала его. Она тяжело дышала, а её лицо было покрыто потом.
— Фух! — смахнула она пот со лба. — Какой ты шустрый, моногамщик. Еле за тобой угналась.
— Зачем?
— Зачем что? — она поправила розовый пеньюар, а вернее, натянула его вниз так, что почти обнажила грудь.
— Зачем ты гналась за мной?
— Как зачем? — округлила она глаза. — Как зачем⁈ Я как увидела, что ты сваливаешь в другой город, так сразу за тобой рванула! А кто мне будет поставлять одежду? Думаешь, так легко в этом мире найти разумного со столь полезной способностью?
— А как ты увидела, что я ухожу из города? — прищурился он. — Ты же живёшь в полукилометре от меня.
— Эй! — обиженно надула она губы. — Думаешь, что я шпионила за тобой?
— Не думаю… — покачал он головой из стороны в сторону, смотря на довольную улыбку, которая расползалась на лице Лилинаты. — Я в этом уверен!
В тот же миг радость суккубы сменилась кислым выражением лица.
— Я не шпионка.
— Ты не шпионка, — согласно кивнул он, наблюдая за тем, как она снова становится довольной. — Да, ты не шпионка… Ты стукачка. Сливаешь информацию всем, кому тебе выгодно.
— Тебе я тоже продавала информацию, между прочим, — радость окончательно покинула суккубу.
— Именно поэтому мы с тобой всё ещё разговариваем, а не… — он многозначительно промолчал, но по взгляду матёрого убийцы суккуба поняла, что в ином случае с ней бы церемониться не стали. — Итак, мне нужна весомая причина, чтобы оставить тебя в живых, и правдивый ответ на вопрос: как ты узнала о моём уходе?
— Это чистая случайность, клянусь! — в этот момент Жан-Поль следил за аурой девушки в духовном зрении. Судя по ней, она говорила правду. — Я хотела прикупить новых вещей, и заметила, что тебя нет дома. Поскольку мимо моего двора ты не проходил, то я решила посмотреть за городом. Тебя я увидела вдалеке, и побежала следом. Мне сразу стало понятно, что ты решил уйти в другой город.
— И почему ты так решила?
— Всё же очевидно, Жан, — очаровательно улыбнулась Лилината. — Во-первых, баул у тебя на плечах. С таким на «охоту» не ходят. Во-вторых, мне известно о том, что тебя пытается подмять под себя Верховный, а тебе это наверняка не нравится. В-третьих, на тебя постоянно кто-нибудь нападает, как по мне — это полная глупость.
— Странно, почему так другие не думают.
— Вот и мне странно, — покивала она. — После того, как ты убил Ордеса, любому должно было стать ясно, что с тобой лучше не связываться.
— Кого?
— Бог войны, которого ты запёк, словно дичь к столу, — пояснила суккуба. — Ты даже не знал, кто это?
— Неинтересно. Зачем мне знать имена мёртвых врагов?
— Ух! — вдохнула она полной грудью. Её глаза загорелись пламенной страстью. — Какой мужчина! Кончай думать о своей жёнушке — она далеко и недоступна. Лучше возьми меня в жены! — она посмотрела на его равнодушное выражение лица и поправилась: — В Наложницы, — и вновь получила в ответ ледяной взгляд. — Хотя бы в любовницы.
— Неинтересно.
— Ну, хотя бы в спутницы!
— Ты на что планировала покупать одежду? — продолжил Жан-Поль. — У тебя появилась новая интересная информация?
— Точно, — кивнула она. — Возьми меня с собой, и я всё тебе расскажу.
— Сначала информация, потом я подумаю, настолько ли она важная для такой цены.
— Информация касательно Верховного… — поиграла она бровями с намёком на важность сведений.
— И?
— И тебя…
— Лили, либо ты продолжаешь, либо…
— Какой ты сложный эльф, — вздохнула она. — До меня дошли слухи о том, что Верховный решил посадить тебя на короткий поводок.
— А для этого есть способы?
— Конечно, — обворожительно улыбнулась собеседница и плавно провела ладонями по бокам и бёдрам. — Например, привлечь богиню любви.
— И что она может?
— Побольше моего, — с грустью вздохнула она. — Мне неприятно это признавать, но влияние суккубы покажется грубой подделкой по сравнению с воздействием богини любви. Суккубы вызывают страсть и похоть, а эти… Эти могут вызвать настоящее чувство. К примеру, влюбит тебя такая богиня, и сможет вертеть тобой как пожелает.
— А ограничения мира?
— Ограничения мира есть, — кивнула суккуба. — Куда же без них? В этом мире богиня любви может влюбить лишь в себя. Эти шалашовки собирают себе гаремы из сильных мужиков. И хотя они сами из себя ничего не представляют, но при этом являются одной из самых серьёзных сил в любом городе.
— Верховного в себя тоже втюрила какая-нибудь богиня любви?
— Весьма сомнительно, — покачала головой из стороны в сторону Лилината. — Я более чем уверена в том, что нет. Сильные боги и архидемоны могут подобному сопротивляться. Суккубы за счёт своей природы тоже имеют к подобному воздействию сопротивление. Сильные менталисты… Хм… Вот тут я не уверена.
— Если отрезать лишние эмоции или заблокировать нужные воспоминания и связи, то менталист способен себя защитить от подобного. Но…