Главред: назад в СССР 4 (СИ)

— Теперь предлагаю вернуться к аудиогазете… — я напомнил о теме планерки.
— Аудиогазете? — я впервые произнес это слово, и собравшиеся моментально переключились.
Сначала я долго думал, чем заменить слово «подкаст», а потом решил: зачем изобретать велосипед? Если в этом времени уже есть радиоспектакли, значит, можно использовать этот термин, просто немного переработать. Аудиогазета, аудиожурнал — окончательный вариант мы еще обсудим. Сейчас важнее сам механизм.
— Идея такая, — начал я, с удовольствием наблюдая искренний интерес в глазах коллег. — Во время заседаний клуба «Вече» — ближайшее, к слову, состоится уже завтра — звучит много чего интересного. Затем это в краткой выжимке выходит в газете, но сама дискуссия теряется.
— Но нам же пишут читатели, — заметила Громыхина, блеснув стеклами очков. — Вот и дискуссия.
— Это не совсем то, Клара Викентьевна, — я покачал головой. — Я говорю о дискуссии во время самого заседания. Вопросы оппонентов, просто людей из зала. Представьте, что это идет в эфире телевещания или в радиопередаче. Зрители или слушатели имеют возможность узнать содержание всего разговора, а не только краткую выжимку в газетной колонке.
— То, что ты мечтаешь о телерадиостудии, все уже поняли, — добродушно усмехнулся Хватов.
— Но пока ее нет, — подхватил я, — мы будем выпускать аудиогазету. Как я это вижу. Мы собираемся, например, здесь, в моем кабинете. Дорофей Псоевич, вы нам поможете организовать запись. Я ведущий, приглашаю спикеров… то есть выступающих экспертов. И мы говорим на заданную тему.
— Например… — улыбнулся Хлыстов.
— Например, о пресловутой холере, — кивнул я. — Я даю короткую вводную, задаю вопросы экспертам — той же Варваре Афанасьевне, инфекционисту. Аглае Тарасовне, Василию Васильевичу… Этот наш разговор по существу мы записываем на магнитную пленку, размножаем. А потом раздаем кассеты в кафе и рестораны города. Посетители сидят, кушают и… слушают.
— Интересная мысль, — довольно усмехнулся Хлыстов. — Как радиоспектакль, только на магнитофоне!
— Именно, — подтвердил я.
— Или грампластинки с записью сказок, — Зоя провела другую параллель. — Это ведь тоже как спектакль, только аудио, и слушают его тоже дома. А можно ведь и не только там.
— Может, и неплохо, — все еще с сомнением протянул Хватов. — А будут ли слушать?
— Почему нет? — возразил я. — Газету же нашу читают… Обе газеты. И за дискуссиями в клубе «Вече» тоже следят. А тут еще и нашему тресту ресторанов и столовых плюс. К ним еще чаще ходить будут, чтобы нас послушать.
— И как ты планируешь это внедрить? — Богдан Серафимович поиграл бровями.
— Очень просто, — я улыбнулся. — Напрямую предложить это товарищу Нигматуллиной, начальнице треста. Если нужно, попросим помощи у Анатолия Петровича.
— А ей-то какой резон? — Бродов тяжело откинулся на спинку стула, и тот предательски под ним скрипнул.
— Так я же и говорю, в ее заведения чаще ходить станут, — терпеливо повторил я. — Тем более что мы в газетах будем анонсы печатать и расписание выхода. Чтобы не как попало, а, к примеру, по пятницам и субботам новые выпуски. Причем можно ведь не только о тех же болячках говорить, — меня понесло, — у нас ведь выходят статьи о театре, о кино и литературе. Почему бы той же Марте Рудольфовне Мирбах не пригласить режиссера Филиппа Владимирского и не обсудить с ним современные тенденции в драматическом искусстве? В итоге у нас могут получиться коллекции аудиогазет под разные типы заведений.
— Эх, жаль, к нам актеры кино не приезжают, — вздохнула Зоя. — Никита бы с ними хорошую аудиостатью подготовил. И не одну.
— Можно же по-другому поступить, — сказал я. — Выходит в нашем кинотеатре новый фильм, и Никита собирает, например, того же Сеславинского, директора районного дома культуры, опять же Владимирского, которые в искусстве разбираются. И вот они могут обсуждать достоинства фильма. С недостатками, к слову, тоже.
— И кому интересно слушать мнение какого-то директора ДК? — возразил Хватов, но было видно, что сама идея ему нравится.
 
— Тем, кто его знает, во-первых, — ответил я. — Не просто лично, к примеру, на одной лестничной клетке живет. А тем, кому известно, что он человек с хорошим художественным вкусом и соответствующим образованием. А во-вторых, не все, кто смотрит кино, понимают, по каким законам оно работает. Ведь это же интересно, когда объясняются какие-то сюжетные ходы, приемы. Или трюки в остросюжетных фильмах. В конце концов, у нас сейчас много иностранного кино, вот где раздолье для обсуждений!
— А мне нравится! — Дорофей Хлыстов даже ладонью по столу хлопнул, подергав себя перед этим за усы.
— И мне, — одобрительно кивнула Громыхина.
— Тогда действуй, Кашеваров, — неожиданно и Хватова все-таки проняло. — Ты ведь уже наверняка все продумал заранее?
Я только улыбнулся в ответ.
* * *
Готовить первый выпуск «аудиогазеты» решили сегодня же. Хлыстов привез «Электронику-302», массивный, но надежный магнитофон с подключаемым микрофоном и запасом аудиокассет. Я позвонил Аглае, у которой как раз заканчивалась смена, все ей объяснил и предложил приехать в редакцию вместе с подругой.
— Тем более что ты, можно сказать, уже в штате, медкор Ямпольская, — улыбнулся я.
— Медкор? — мелодично рассмеялась Аглая. — Это от слова «мёд»? Намекаешь на то, что я сладкая?
— Не намекаю, а заявляю об этом официально! — подхватил я ее шуточный тон. — Сейчас я пошлю за вами машину…
— Вот этого не надо, — перебила меня Аглая. — Мы с Варей и на автобусе прекрасно доедем.
— Скромность говорит о нас больше, нежели громкие слова, — пафосно изрек я, мы оба засмеялись, и девушка, попрощавшись, положила трубку.
— Акустика здесь, конечно, так себе, — ворчал Хлыстов, размещая и настраивая свою нехитрую по меркам будущего технику. — Но стены толстые, с обшивкой, мебель опять же… Да и дверь мягкая, толстая. Пойдет, в общем!
— Так, а еще нам надо будет сделать несколько фотографий, — я спохватился. — Сам процесс записи. Опубликуем в вечерке анонс с позволения Зои Дмитриевны, а со снимками он еще более эффективным будет…
Шабанова вновь стала пунцовой, как будто бы я ее на свидание пригласил. Скромничает все-таки по-прежнему — приятно девчонке, что я ее разрешения спрашиваю, непривычно ей.
Валечка с Кларой Викентьевной приготовили кофе и расставили на столе чашки, добавив тарелочки с конфетами и печеньем. Я улыбнулся, вспомнив, как наша парторгша поначалу сопротивлялась такой нагрузке. А теперь вот две разновозрастные дамы даже мило беседуют, и я прям вижу, что не натянуто. Неужели я и впрямь настолько изменил климат в редакции?
Вскоре подъехали Аглая с Варварой, я провел для них подробный инструктаж, рассказал о вопросах, которые планирую задавать. По большому-то счету ничего нового не было — та же тема, что и в газете, и на собраниях клуба «Вече». Но здесь, в «советском подкасте», как я называл про себя аудиогазету, все ведь может пойти по-другому — живая беседа же. На это я в основном и делал упор, чтобы девушки, ежели что, не стушевались.
На первую запись у меня были большие планы — ее я буду показывать Краюхину, а еще Алие Нигматуллиной, суровой тетушке из треста столовых и ресторанов. Местной железной леди. И если Анатолий Петрович наверняка примет мою идею на ура, то вот Нигматуллина дама своенравная, может отказать. Так что надо будет не только рассказать ей о выгодах от рекламы, но и заинтересовать ее саму в регулярной «подписке».
Впоследствии, в девяностых, на волне приватизации и нового русского бизнеса Алия Нигматуллина станет уже не директором треста, а его полноправной владелицей. Сам же трест станет фирмой под скромным названием «Алия» и фактически подомнет под себя весь ресторанный бизнес. Борьба с монополиями в отдельно взятом городе — это мне тоже задача на будущее. А пока надо строить горизонтальные связи с местными акулами капитала. Еще одна сила, которая может ощутимо помочь в воплощении моих планов, если поставить ее на свою сторону.