Мой властный доктор (СИ)

— Зима ведь… — Валера вздохнул, — Они же в пижамах.
— Ну вот еще и простудятся, — Казанцев усмехнулся, — В общем, благодаря нашему Валере — у нас выговор за нарушения, штраф и … — он сел и откинулся на спинку кресла, — Ну и наверняка господа из минздрава получат свои премии. Ура?
Валера вздохнул:
— Мне писать заявление?
— Заявление, что ты у нас недалекого ума человек? Так мы и без твоего заявления об этом знаем. — хмыкнул Казанцев.
  
— Заявление об увольнении. — уточнил Валера, — Я все понимаю и уйду…
— Уйдет он! — Казанцев посмотрел на Валеру, — Нет, дорогой, будешь пахать, как папа Карло! И не дай бог, я увижу или услышу, что ты…
Валера встрепенулся, поняв, что он остается в отделении:
— Я курить бросил! Вот совсем, правда! — он улыбнулся, — Вадим Петрович, вы не пожалеете.
Все облегченно рассмеялись и Елена Владимировна опять придвинулась поближе к столу.
— И пять дежурств вне очереди. — буркнул Казанцев. А там время покажет, пожалею я или нет. Ладно, все по своим местам. А ты, Валера, теперь под колпаком, помни.
— Конечно, — Валера кивнул и все поспешили заняться делами.
Казанцев устало потер лицо руками, отхлебнул из бокала остывший чай и присел на кожаный диван. Иногда он даже ночевал на этом диване после сложных операций.
Было жалко тратить время на дорогу, да и к больным он заглядывал каждый час, чтобы ничего не упустить.
Казанцев прикрыл глаза — он имел полное право отдохнуть полчаса. Утром была сложная операция, потом консультации, осмотр тяжелых пациентов, это собрание, черт бы его побрал. Казанцев усмехнулся. Пусть и таким образом, но Валеру кажется удалось приобщить к здоровому образу жизни.
Когда Даша заглянула в кабинет, Казанцев мирно спал. Настольная лампа освещала комнату теплым светом, за окном, в свете фонаря, кружились снежинки на фоне вечернего неба.
Казанцев спал, откинув голову на спинку дивана, руки он сложил на груди и Даша заметила, что его чуткие пальцы подрагивают.
Даша взяла плед, лежащий в изголовье дивана и осторожно прикрыла Казанцева.
Она, едва касаясь, самыми кончиками пальцев, прикоснулась к его волосам и сразу же испуганно отдернула руку, боясь разбудить босса. Она видела темные тени под его глазами и понимала, что он устал. Сильно устал.
Даша осмотрелась по сторонам, потом тихо приподняла стул и поставила его к двери, затем уселась на этот стул, с твердым намерением никого не впускать, чтобы Казанцев хоть немного отдохнул. Она вздохнула и приготовилась нести свою вахту.
Эта тоненькая хрупкая девушка с рыжими кудряшками и огромными зелеными глазами охраняла мужчину, который устал. Он воин и ему сейчас нужен отдых, а потом… Потом будет новая битва, а пока пусть он отдохнет, а она последит за тем, чтобы ему не мешали…
Казанцев проснулся и увидел Дашу, которая посапывала, скрючившись на неудобном стуле. Ее рыжие волосы разметались по плечам… Казанцев улыбнулся — такая маленькая, смешная девочка… Она и вправду решила стеречь его сон! Он осторожно взял ее на руки и уложил на диван, подсунув под голову подушку, накрыл пледом и погладил по голове. Даша что-то проворчала и повернулась на бок.
В груди Казанцева потеплело и его каменное сердце чуть дрогнуло от вида этой девочки.
— Спи, маленькая, — шепнул Казанцев и тихонько поцеловал Дашу в макушку, а потом вышел из кабинета, тихо прикрыв за собой дверь.
Он шел по коридору и чуть улыбался себе под нос, вспоминая Дашу, котора сидела на стуле, поджав под себя ноги.
Черт, и как он ее хочет! Его просто прет от желания. Вот, казалось бы ничего особенного, но заводит она его дико. Казанцев попытался сосредоточиться на работе, но образ Даши, спящей в его кабинете, опять и опять вставал перед глазами.
Стойкий маленький солдатик. Такая милая. Такая смешная. Такая…
  
Глава 8
 
— Вадим Петрович, хотите чаю? — дежурная сестричка улыбнулась Казанцеву, — Мы свежий заварили, как вы любите — крепкий, и конфеты есть вкусные, с орехами.
— Спасибо, Надя, в другой раз — дела. а конфет много не ешь, а то зубы лечить придется— Казанцев резко развернулся и торопливо пошел к своему кабинету.
— Хорошо, — хихикнула Надя, глядя вслед Казанцеву. Ой, как жалко, что он отказался выпить чай. Надя вздохнула и пошла в сестринскую, поправляя челку. Вот ведь столько одиноких мужчин, а встретить свою половинку так и не получается. Хоть бы студентов на практику прислали что ли.
Казанцев распахнул дверь кабинета и бросил взгляд на диван…
Никого. Аккуратно сложенный плед лежал на спинке дивана. Нежный аромат ландышей витал в комнате …
Следующий день начался с совещания у главного врача. У Казанцева разболелась голова, он сидел нервно постукивая пальцами по столу, и с нетерпением ждал, когда наконец можно будет уйти отсюда.
Заведующие отделениями откровенно скучали, слушая монотонную речь главного врача. Тот он говорить много и витиевато. Казанцев заметил, что Карина, заведующая пульмонологией, дремала, прикрывшись большим блокнотом, а Сергей из терапи, чертил на листке бумаги какие-то схемы. Как школьники, подумал Казанцев, невольно зевнул и подумал, что кофе сейчас был бы очень кстати.
— Вадим Петрович, — резкий голос главного прервал размышления Казанцева о чашке эспрессо, — Вы, голубчик, с нами? — главврач не любил, когда его недостаточно внимательно слушали.
— С вами, Кирилл Всеволодович, — поморщился Казанцев, он терпеть не мог такого обращения, но главврач был иного мнения на этот счет, — Слушаю вас внимательно.
— Так вот, — продолжил главврач, — Вы летите на конгресс. Вылетать нужно послезавтра. Подготовьте документы, мой секретарь все оформит, ну и прикиньте, что вы там сможете рассказать о наших успехах, так сказать.
— Какой конгресс? — рявкнул Казанцев, — У меня вообще-то операции есть плановые и…
— Вы, голубчик, не нервничайте, — Кирилл Всеволодович снял очки и протер стекла белоснежным платком, — Вы не один хирург тут и срочные операции проведут без вас, а плановые можно перенести, а на конгрессе клинику должен представлять именно такой специалист, как вы, чтобы нам потом не было, так сказать стыдно.
— Это нельзя отменить? — безнадежно спросил Казанцев, — И, да — конгресс этот ваш где будет? Что-то я не понял.
— Отменить нельзя. — Кирилл Всеволодович придирчиво осмотрел очки и нацепил их обратно на нос, — Конгресс будет проходить в Сочи. Прелесть ведь, правда? Очутиться среди зимы около моря?
— Волшебно просто. — Казанцев хмыкнул, — Обожаю Краснодарский край среди зимы — дожди, хмарь, холодное море, вокруг все с соплями — супер! Сколько дней продлится сие замечательное мероприятие?
— Три дня, голубчик. Три дня у моря, — Кирилл Всеволодович погладил свою лысину и закатил глаза, — Прям завидую.
— Так может вы сами и поедете? — с надеждой спросил Казанцев.
— Не могу, я не кардиолог, как вы помните, а там будет идти речь именно о кардиологии. И еще вот что. От нашей клиники приглашены два специалиста, и вы решайте сами, кого возьмете с собой, так сказать, Виктор Петрович.
— Да? — Казанцев с интересом посмотрел на Кирилла Всеволодовича, — Могу взять любого своего врача? Хм… Ладно, я подумаю.
— Только думайте побыстрее, так сказать. Нужно билеты заказывать и гостиницу бронировать. — Кирилл Всеволодович хлопнул ладонью по столу, — На этом наша встреча закончена. Не смею вас всех задерживать.
— Отдохнешь, Казанцев, от наших галер! — заведующий терапией хлопнул Казанцева по плечу, — Ты нам сувенирчиков хоть привези!
— Ага, Серег, камушков и пальмовую веточку, — мужчины рассмеялись, — Ладно бывай. — они разошлись по своим отделениям.
  
Казанцев сел за стол и задумался. Этот конгресс никаким образом не вписывался в его планы, к тому же он не любил море — не его это стихия. Его всегда привлекали горы, в студенческие годы он даже увлекался альпинизмом, но сейчас все это осталось в прошлом.