Двойная измена. Мои (не)истинные (СИ)

— Но как?!
Только ответил не Раймонд, что обнял меня за талию и слегка приподнял, прижимая к себе, а Берг.
— Меня даже почти не пришлось уговаривать. Стар я уже для всех твоих нововведений. Половина из них меня в ужас приводит. Кажется, что ты не место отдыха для женщин организовала, а пыточные процедуры придумала, да еще и продавать это все собралась. Потому решил, что мне достаточно и десяти процентов с прибыли притом, что мои нервные клетки останутся при мне. Да и кошелек не пострадает от твоих идей, чего уж греха таить!
— Так вы добровольно отписали все это мне, — я развела руками, не веря в это.
— Продал свою долю, если уж называть вещи своими именами. За весьма хорошую сумму, — благосклонно пожевал губу Берг. — Так что я умываю руки и отчаливаю в отпуск! Сто лет там не был. Надеюсь, прибыль наша будет только расти.
— Оу! — только и выдохнула я, смотря на Берга, но прижимаясь к Раймонду. Вильям и Джереми благосклонно на все смотрели, отчего я сделала вывод, что те были в курсе. Особенно теперь понятно их желание нанять еще одну бригаду мастеровых.
— Тогда я обязана кое-что сделать! — воскликнула я и освободилась из теплых и надежных объятий. Перескакивая строительный и отделочный материал, ведра с краской, я промчалась к главному мастеру и, указывая на стену, даже обрисовывая ее, показывая примерный размер необходимого проема, потребовала ломать проем. Бедный мастер жалобно посмотрел на моих мужчин. Но я была непреклонна. Мне нужна была эта чертова веранда! У меня тут мечта осуществляется.
— Мой лорд, но ведь уговора не было… на это, — неуверенно спросил тот, снимая шапку с головы и смотря на Раймонда.
— Вика. Я думал, ты хотела как можно быстрее сделать тут ремонт, а не затягивать его? — недоумевал Вильям, но глаза его смеялись.
— Она хочет сделать тут летний ресторан, — сдал меня Берг и хохотнул, был счастлив здоровяк, что это не за его счет и он так вовремя умыл руки!
— Раз так, то пусть ломают, — качнул головой Раймонд.
— Так просто? — моргнула я. — Даже отговаривать не будешь?
— Она вьет из вас веревки, — покачал головой Берг, но не выглядел недовольным.
— А почему нет? Ты теперь тут хозяйка. А мы тебя поддержим, — ответил за всех Раймонд.
— О, мамочки мои! — счастливо выдохнула я. Потом снова повернулась к мастеру. — Только цветы мои не поломайте. Аккуратно выкопайте. Я сама их пересажу. И дайте мне лист бумаги я изображу, то что хочу.
— Ну, начинается. Я пошел, а то несварение заработаю! — простонал Берг и быстренько убежал на кухню. Моим мужчинам пришлось еще часок подождать, пока я бегала по ресторации, прикидывала размеры входной двери, квадратуру площадки, что нужно было сделать из досок. Парочку столбов с резьбой и все же решила поставить еще и крышу. И дождь не страшен, и солнце не напечет. Без резных кованых французских балкончиков по периметру летнего ресторана тоже не обошлось. Даже разметила новую клумбу, куда пересажу розы и гортензии. Так разошлась, что мужчинам пришлось уводить меня. Иначе бы мы все рисковали остаться не только без завтрака, но и без обеда. Убедившись, что работы мастеровым точно хватит с лихвой, мы все же покинули отель.
Успокоиться я не могла и во время завтрака, бурно обсуждала предстоящее строительство. Мужчины слушали и не перебивали, лишь довольно переглядывались.
— И как же ты все это сделал? Это… это… — я всплеснула руками, требуя подробностей этой сделки от Раймонда. Тот отставил чашку и откинулся на спинку плетеного кресла.
— На самом деле это было несложно. Берг практически сразу согласился. Думаю, что со временем мы с парнями выкупим всю его долю. Просто сейчас он решил, пока что еще не отказываться от нее. Но было видно, что это временное его решение.
— Я так рада. Словами не передать! — я потянулась к руке Раймонда через круглый столик на четыре персоны и сжала ее. Хотя хотелось броситься на шею и снова поцеловать. Как и парней, что уже по дороге сообщили о том, что помощь уже отправлена в отель и даже садовника нашли, чтобы тот сама выкопал мои растения и ухаживал за ними.
 
Когда мы допивали вторую чашку кофе, я заметила как Вил и Джер переглядываются и посматривают на часы. Да и я подумала, что уже вполне пора поговорить. Избегать неприятного разговора вечно не выйдет. Но не успела.
— Нам нужно уехать, — сказал Вил и начал подниматься из такого же плетеного кресла. Мы завтракали на улице в уютном дворике.
— Вы к родителям? — уточнила я.
— Да, — ответил Вил. Джереми оплатил счет. Вил помог мне встать.
— Могу я с вами отправиться?
— Хорошо. Мы, в конце концов, семья. Только предупреждаю, что вряд ли ты услышишь что-либо хорошее. Так что подумай. Не хотелось бы, чтобы у тебя сложилось негативное впечатление о нашей семье, — Вил положил мою руку на свой локоть, и мы вышли из небольшого, но уютного дворика, где на территории небольшой кофейницы и завтракали. Раймонд открыл невысокую белоснежную калитку.
— Не переживай. Все будет в порядке. И возможно, что мы все же сможем найти общий язык с твоей мамой и я ей понравлюсь, — Вил лишь странно посмотрел на меня, впрочем, как и Джереми. Было видно, что они не верят в это. Неужели этому есть объяснение?
В машине я настояла на том, чтобы те пересказали мне хоть и короткую, но весьма информативную беседу с матерью и отцом. Мне было больно оттого, что парни прошли через это. Хоть и рассказывал Джер все это, не изобразив ни одной эмоции на лице, я же понимала, какой ураган бушует в его душе. Пусть я не читала их мысли так же хорошо, как они мои, но улавливать их общий настрой могла. Впрочем, мужчины сказали, что со временем наша связь окрепнет как и моя волчица и тогда я еще пожалею об этом. Потому как мой запах, как и я вся, свожу с ума их и волков внутри. А потому мысли их далеки от спокойных.
Добрались до родового особняка семейства Краспери быстро. Это было двухэтажное большое каменное сооружение, больше напоминающее замок, с ажурными черными балконами и красной черепицей. Слуга открыл нам ворота, и мы въехали на подъездную территорию. Вил помог мне выбраться из автомобиля. Раймонд же пока был нашим водителей. Вчетвером мы направились в особняк, что встретил нас какой-то гнетущей атмосферой и тишиной. Или это я просто себе выдумываю? Навстречу вышел дворецкий. Однако, нервозность мужчины и тот, как он постоянно поправлял свой шейный платок, не укрылось от нас. Под ложечкой засосало от плохого предчувствия.
— Лорды, леди, светлого дня вам.
— Где наши родители? — Джереми вышел вперед, пока я сжимала локоть Вила.
— Пройдемте в кабинет. Стоит ли распорядиться по поводу чая и закусок? — уточнил мужчина.
— Не стоит, — оборвал того Джер. Потом мы прошли в просторный кабинет в мрачных коричневых тонах. Мое ожидание встретить тут отца семействами и нормально с ним познакомиться не оправдалось. Кабинет был пуст. Вил отошел от меня и подошел к столу, на котором лежал белоснежный конверт. Он выделялся на темном столе ярким пятном. Почему-то мне показалось, что вряд ли нам понравится то, что мы там обнаружим. Хрустнула сургучная печать. Вил вынул первый листок, развернул его. Мы расселись на свободные места. Я заняла кресло рядом со столом. Джереми занял место за моим плечом и положил одну руку на спинку кресла. Раймонд занял другое гостевое кресло, напротив моего. По мере того, как Вил читал письмо становилось многое понятно.
Старшая ветвь семейства Краспери покинули столицу. Бенджамин Краспери писал, что он увозит свою супругу и она больше не побеспокоит сыновей. Отец лично будет следить за ней. Он раскаивался, что из-за невнимания допустил столь вопиющее действо со стороны супруги и их матери. Он отходит от дел в управлении семенным доходным делом на рудниках. Письма для управляющих несколькими рудниками уже отправлены. Бумаги на передачу в собственность лежат в сейфе. А они уезжают и время от времени будут связываться по артефакту связи. Теперь ничто не будет мешать отцу и матери, наконец, узнать друг друга получше и изменить свою жизнь, которой, как оказалось, они оба были недовольны.