Мозаика сердца (СИ)
Мы снова жадно целовались, он нежно сминал грудь, играл с сосками, сильные пальцы впивались в бедра, а я охотно отвечала на ласки, зарываясь пальцами в его волосы, царапая ноготками спину. Я отзывалась страстно и откровенно, и иногда мой муж отрывался от моих губ или шеи и совершенно ошеломленно смотрел на меня.
— Дарен, — хрипло шептала я, трогала и ласкала его, как хотела сама и как умела, а он тяжело дышал, снова и снова впиваясь губами во все места, до которых мог дотянуться.
— Анна, ты потрясающая, — шептал он. — Ты… дар… небес…
— Дарен, — снова словно в безумии шептала я и нежно покусывала его плечи.
Наконец, Дарен оторвал меня от стены и понес по направлению к кровати, осторожно уложив на неё.
Я смотрела на него широко открытыми глазами, полными желания, — очень хотела продолжения и не скрывала этого.
— Не бойся, я не обижу тебя, Анна, — хрипло прошептал он.
— Я не боюсь, — улыбнулась я. — С чего ты взял? Иди ко мне, Дарен.
Увидела, что его голубые глаза теперь от желания стали как грозовое небо.
— Ты действительно хочешь этого? Ты не пожалеешь? — хрипло прошептал он странные слова — вопрос показался сейчас совершенно неуместным.
— Конечно, хочу, Дарен. Ты же мой муж, — нетерпеливо ответила.
— Что за дрянь дал тебе этот сумасшедший старик? — проворчал он вдруг, а я ничего не поняла.
Дарен снял пижамные штаны и с непонятной злостью отшвырнул их, остался обнаженным, а я впервые увидела мужа полностью без одежды и с интересом разглядывала его. Но он не дал долго себя разглядывать, подтягивая меня к себе и накрывая собой.
Это была жаркая и долгая ночь нежности и любви. Мы любили друг друга, целовались и шептали всякие глупости. Руки Дарена постоянно блуждали по моему телу, а губы жадно и страстно зацеловывали лицо, губы, шею. Он целовал грудь и живот, переворачивал на спину и нежно целовал позвонки, а я выгибалась навстречу его губам, млела и мурлыкала от удовольствия. Он был ненасытен и страстен, горяч и нежен, а я удивлялась, почему так боялась близости с ним, ведь он совершенно замечательный.
Засыпала я на плече мужа в его крепких объятиях, полностью удовлетворенная и счастливая.
Сквозь сон услышала:
— Спи, моя хрупкая девочка, а я буду целовать каждый шрамик на твоём нежном теле, и охранять твой сон.
Я приподняла голову и сонно улыбнулась.
— Дарен, ты самый лучший, — хрипло прошептала я и, засыпая, услышала его еле слышный шёпот:
— Нет, девочка, я говнюк, каких поискать, но тебе не нужно об этом знать… я исправлюсь, обещаю тебе, и тебя в обиду никому не дам, потому что самая лучшая… это ты… моя невероятная девочка.
«О чем он?» — лениво подумала я, хотела возразить и упрекнуть его, но уже не смогла бороться с усталостью и мягко уплыла в глубокий безмятежный сон.
***Проснувшись, я какое-то время лежала с закрытыми глазами. Почувствовала, что полностью обнажена, голую спину накрывали распущенные волосы, а одеяло закрывало лишь до пояса. Я широко открыла глаза и испуганно подскочила, оглядевшись.
Слава Пресветлой, я была совершенно одна в своей кровати, хотя и полностью обнаженная. Приподнялась и увидела в нескольких шагах от кровати ночную сорочку, а через два шага от нее — воздушный белый пеньюар.
Вся комната была заставлена корзинами с цветами, а ведь была зима.
Удивленная, я медленно откинулась на подушки и попыталась вспомнить, что было ночью, но смогла вспомнить только себя, сидящую у зеркала с зажатым пузырьком в руке, и лэрда Дарэна, который просил меня успокоиться и не торопиться.
Та-а-ак, свершилось или нет? Я вспомнила, что говорил лаэрд по поводу консумации, и медленно подняла руки, чтобы осмотреть запястья. Их украшали вторые красивые татуировки в форме узкого браслета из кружев. Значит, все произошло, а я ничего не помню.
Замечательно. Второй этап пройден. Осталось через три дня пойти в грот оборотней. Там должен произойти третий этап единения с оборотнем, и после него должна появиться третья татуировка, после которой я смогу почувствовать магию оборотней на себе.
Когда я спустилась к завтраку, оказалось, что муж уже уехал в столицу по срочному вызову императора. И, Слава Пресветлой, я бы очень неудобно себя сегодня чувствовала перед ним, ничего не помня о брачной ночи. Я надеялась, что все прошло быстро, и лэрд Дарен не сильно мучился со мной и с моим страхом близости с мужчиной.
За огромным столом завтракали только я и учёный, который просто пришел составить мне компанию, поскольку давно уже позавтракал. Несколько слуг стояли вокруг стола, предупреждая каждое желание.
— Лэрд Дарен выглядел счастливым с утра, — осторожно поведал мне "дед".
— Наверное, рад, что всё позади, — мудро заметила я, намазывая тост маслом. — Его тоже всё это напрягает.
— Анна, зелье подействовало? — осторожно поинтересовался "дед".
— На сто процентов, — довольно выдохнула я и откусила от тоста. — Я ничего не помню.
— Я очень рад, что смог помочь, — искренне произнес ученый Стонич.
— А что, могло и не подействовать? — вдруг застыла я, а он смущенно улыбнулся.
— Могло. Я ж не специалист в подобных зельях, — виновато признался «дед», а я поперхнулась. Ну, ничего себе!
Позавтракав, я распорядилась, чтобы после обеда приехал дизайнер-оборотень, который сотворил свадебное платье. Теперь нужен был новый гардероб в таком же стиле. Он должен стать одновременно скромным, элегантным и шикарным.
Справится дизайнер или нет? Должен.
***Пока мужа не было, нужно было встретиться с Джейсоном, чтобы объясниться. Я сказала слугам, что буду у себя в покоях вместе с ученым Стоничем и чтобы нас не беспокоили.
У себя я переоделась в подходящее платье и договорилась с "дедом", что он будет здесь меня ждать и прикрывать на случай появления лэрда Дарена. Ему же скажет, что я решила принять ванну, а возвратиться я должна была именно в туалетную комнату.
Я впервые должна была опробовать эликсир перемещения. Вспомнив рекомендации Кира, четко представила себе дом Алана Бродли в тангрийском поселении, а точнее его кабинет, в котором днем, вроде бы, никого не должно быть, и смело выпила эликсир. Голова закружилась, меня затошнило и жутко закрутило, я попала словно в воронку, крепко зажмурилась, а когда открыла глаза, то сидела на полу посредине чужого, но знакомого кабинета. Получилось!
Я осторожно открыла дверь и услышала много мужских голосов внизу, решила переждать, чтобы избежать любопытных ненужных глаз. Голос Джейсона, резкий и хрипловатый, разобрала среди многочисленных мужских голосов.
— Герцог Зарданский дочерей отдал замуж за высших аристократов Марилии, теперь они живут в столице, танцуют на балах и ни о чем не беспокоятся. Отец Элеоноры, словно цепной пёс, до сих пор выполняет его поручения, — прозвучал резкий голос Джейсона.
— Мэром Зардана теперь является марилиец, преданный Марилии, от него тоже никакой помощи… — чужой незнакомый голос.
— Во дворце герцога ни одного тангрийца, только наёмные слуги из Марилии или других империй, он боится нож в спину от тангрийца получить, — презрительный голос Джейсона. — Очень сложно к нему подобраться. Мы уже несколько покушений готовили, его охраняют словно самую великую драгоценность.
— Что тогда говорить об императоре Марилии, — кто-то процедил злобно. — Нужно устроить теракт, взорвать его в экипаже или в театре…
— В общем, нас ждёт серьезная подготовка — долгий и кропотливый процесс, — прервал кровожадного мужчину Джейсон, — и нам нужны деньги, золото, оружие…
— Еще нам нужны маги, которых… кот наплакал… — подал голос Алан.
Я села прямо на пол на верхнем этаже и внимательно слушала мужские голоса. Я просидела так около часа, и, наконец, люди стали расходиться. В конце концов, я услышала внизу только два голоса: Алана Бродли и Джейсона, и осторожно стала спускаться по ступенькам. Времени уже оставалось очень мало.