Измена. Во все тяжкие (СИ)

Оля выгибается в моих руках и окончательно перестает сопротивляться. Ласкаю языком активнее. Чувствую, что теряю контроль, когда Оля сама начинает тереться о меня. И стонет… Громко стонет.
Черт… Сладкая какая… А ведь мог и пропустить мимо, если бы сама не набросилась на меня после ресторана.
Оля трется всё сильнее, всё настойчивее. Понимаю, что она уже на грани. Убираю одну руку с тонкой талии, скольжу по попке вниз.
  
-Саша… - снова испуганно вскрикивает, когда мой палец аккуратно ложится на плотно сомкнутое колечко между округлых ягодиц.
-Т-ш-ш… Я не сделаю тебе больно… - нежно нажимаю на чувствительный участок и одновременно возвращаюсь к ласкам клитора языком.
Оля несколько секунд не реагирует. Замерла, словно испуганная птица. Понимаю, что это совершенно новые ощущения для неё. Стараюсь быть максимально нежным, хоть это и сложно… Очень сложно… Почти физически больно сдерживать себя и не проявлять страсть во всей её бушующей силе.
Постепенно усиливаю нажим… И языка, и пальца. Стон, скромный, почти неслышный, наконец вырывается из Оли. Понимаю, что на верном пути.
Бедра девушки снова начинают плавно двигаться. Это едва ощутимо, но в какой-то момент Оля даже сама слегка насаживается на мой палец. Распробовала и эту ласку…
Не могу больше давить в себе дикую потребность. Переворачиваю Олю на спину и уверенно вхожу в неё на всю длину. Тугие мышцы тут же обволакивают мой член. Женское тело выгибается от сильного оргазма.
А я… Я, глядя на сгорающее в огне страсти красивое тело, замечаю, что на мне нет презерватива. Черт… В кармане брюк… Сейчас… Еще пару мгновений, чтобы насладиться красотой этой девушки в такой миг…
И потом достану резинку.
Глава 41.
-Ольга, зайдите ко мне.
Пытаюсь сдержать улыбку, когда по внутреннему телефону слышу строгий голос Саши. Снова его игры…
Как же я привязалась к этому мужчине всего лишь за каких-то пару недель. Уже совершенно нет перед ним никакого стеснения, зажатости. Единственное, что до сих пор нас разделяет, это моё прошлое. Мы всё еще так и не поговорили на эту тему. Корицкий как-то попробовал завязать данный разговор, но тогда я не была готова. И Саша, моя искренняя благодарность ему, не стал настаивать, дал мне еще немного времени.
Сейчас же я чувствую, что готова. Абсолютно! И, возможно, даже сегодня или завтра расскажу своему мужчине о том, что случилось со мной буквально несколько месяцев назад и почему я живу в чужой квартире.
-Хорошо. Сейчас зайду, Александр Витальевич, - не улыбаться тяжело, но я всё-таки держу лицо – знаю, что Рита внимательно смотрит на меня сейчас.
-Ты куда? К Корицкому? – интересуется коллега, как только я заканчиваю разговор.
Вот черт… Несколько напрягает то, что девушка так пристально следит за тем, когда и сколько я общаюсь с Александром. Надо, наверное, попросить Сашу как-то ограничить наше общение в офисе. Не хватало только, чтобы поползли какие-нибудь грязные разговоры.
Хотя, зная уже категоричность Корицкого в некоторых вопросах, мне кажется, он не согласится с таким положением вещей. Не станет он ограничивать себя в чем-то.
Так и получается...
Когда, войдя в кабинет генерального, я тут же затрагиваю тему нашего с ним частого общения и неудобных вопросов со стороны некоторых личностей по этому поводу, Александр только широко улыбается.
-Давай поговорим о чем-то более важном, чем о том, что болтают сотрудники в туалете, - предлагает, откатываясь на кресле от массивного стола.
-Для тебя это не важно?
-Люди всегда найдут, о чем посудачить. Тебя это задевает?
-Не знаю, - хмурюсь. – Наверное, больше да, чем нет. Хоть я и понимаю, что ты прав.
-Можно в таком случае не скрывать отношения… - усмехнувшись, предлагает Корицкий. – Когда секретов нет, людям становится неинтересно.
-Ты шутишь? – напрягаюсь еще сильнее. Беру со стола ручку, начинаю нервно крутить её в руках. Я как-то даже не думала о том, что о наших отношениях даже чисто теоретически могут узнать окружающие. Известить всех - это прям ответственное решение, несущее в себе какую-то надежду на будущее. А есть ли у нас это будущее? Я пока боюсь об этом думать… Боюсь загадывать.
-Оставь в покое канцелярию. Иди сюда, - Саша откидывается в кресле, явно намекая на то, чтобы я села на него сверху.
Он опять шутит??? Мои глаза, наверное, становятся размером с монету, потому что Корицкий начинает громко смеяться.
-Только дверь на ключ закрой, - просит он.
-Не смешно!
-Я и не шучу. Иди ко мне. Я помогу тебе расслабиться, ты сильно напряжена.
Секс на работе? Черт… К этому ни судьба, ни моя нервная система меня не готовила.
-Саш, я не могу… здесь, - говорю уверенно. Знаю себя.
-Это ты так думаешь.
-Нет… - неосознанно отступаю.
-Ольга, я лишу Вас премии за неподчинение высшему руководству, - глаза Корицкого озорно сверкают.
-Да, пожалуйста, Александр Витальевич, - наконец мне тоже становится смешно. Улыбаюсь Саше.
-И зарплату урежу… - «пугает» дальше.
-Ваше право! – соглашаюсь и с этим. Хотя, конечно, знаю, что ничего из этого не произойдет.
-Оль… - просит Саша уже нормально. – Иди сюда.
Качаю отрицательно головой.
Корицкий больше не уговаривает. Поднимается, проходит мимо меня и закрывает дверь на замок.
-Вот теперь точно слухов не избежать, - вздыхаю я, когда щелчок замка прицельно бьет по моим нервам.
-Забудь… - Саша обнимает меня за талию и тащит к своему креслу. Судя по его взгляду, он уже окончательно проникся идеей, что мы займемся сексом прямо здесь и сейчас.
Сажусь, как он и хочет, сверху. Юбка медленно, но уверенно ползет вверх, обнажая бедра.
-Я соскучился, - шепчет мне в шею. Ведет носом по чувствительной коже.
-Очень быстро, если учесть, что мы расстались только ночью.
-Нужно было, значит, не расставаться, - продолжает исследовать мою шею, ключицу.
Тело начинает реагировать на прикосновения Корицкого, на его слова. Дыхание учащается. Возможно, он прав, и нам, действительно, не стоило расставаться. Нужно было оставаться ночевать у него. Даже не знаю, почему я не сделала этого, почему всё же поехала к себе.
-Саша… - вспоминаю вдруг то, о чем хотела предупредить заранее. – Мне сегодня нужно будет уйти пораньше… - голос становится всё более тихим. Чувства ведут борьбу с разумом и, кажется, начинают побеждать. – Ты не против?
-Подари мне этот час и делай потом всё, что захочешь, - говорит нетерпеливо. Ему явно сейчас не до разговоров.
И еще Корицкий, наверное, не понимает, почему до сих пор рассуждаю я, почему не отдалась целиком во власть чувственного желания. Он тут же принимается исправлять эту оплошность. Медленно расстегивает мою блузу, стягивает вниз лифчик, обнажая жаждущую его прикосновений грудь. Выгибаю спину, подставляясь под настойчивые поцелуи.
-А говорила, что не можешь… - напоминает глухим голосом Корицкий.
Уже могу…
Рядом с ним я, кажется, всё могу!
Глава 42.
Повод для того, чтобы уйти пораньше с работы, существенный. У Маши сегодня день рождения! Самый главный праздник в моей жизни.
Моя девочка… Я не могу не увидеть её в такой день. Не могу не сказать, как сильно люблю, несмотря ни на что. Не могу не признаться, что невыносимо скучаю по ней.
Еду в машине к школе, где учится дочь, и вытираю слезы. Плохого было много… Но почему-то сейчас кажется, что в такой день не может остаться всё также сложно и безвыходно. Всё должно наладиться. Не может ведь так продолжаться дальше. Жить, не участвуя в жизни собственного ребенка, просто невыносимо. Это как незаживающая и постоянно кровоточащая рана.
  
Представляю, как скоро увижу Машу, как распахну свои объятия, как она подбежит ко мне, возможно, расплачется, скажет, что тоже скучала. Слезы всё никак не успокаиваются. Дышу глубже. Всё будет хорошо!