Спарринг- партнеры

– Фуллера? Зачем ему работать на такого пройдоху?
– А мне нравится Джимми. В любом случае, Мак хочет встретиться с нами в баре «Мериголд» в шесть.
– У меня на столе лежит четыре кучи дерьма, а с утра в суде неприятный бракоразводный процесс.
– С каких это пор ты стал готовиться к заседаниям?
– И у меня за дверью полно рыдающих женщин, которым нужна моя помощь и утешение.
– Вот уж удивил, так удивил, ничего не скажешь. Но мы действительно не можем отказать ему. Я заеду за тобой в половине пятого.
– Ладно, ладно.
Со своим постоянным ростом вширь и природным отсутствием координации Гарри Рекс не столько садился с пассажирской стороны, сколько плюхался на сиденье, отчего машина вздрагивала. Захлопнув дверцу, он спросил:
– Думаешь, в твоей машине тоже есть «жучки»?
– Сомневаюсь, – отозвался Джейк.
– Как-то странно разговаривать по телефону с ФБР на заднем плане.
– Кому уж как не мне это знать.
– Мне нужно выпить пива.
– Сейчас только половина пятого.
– Ты говоришь прямо как моя жена.
– Которая из них?
– Будешь острить всю дорогу до Тьюпело?
– Не исключено. Есть соображения о санкциях за препятствование федеральному расследованию?
– Разумеется. А у тебя?
– Есть. Я днем покопался в законах и думаю, что мы в порядке. Мы не вмешиваемся в расследование, если оно вообще ведется. Мы просто играем в кошки-мышки с ФБР.
– По мне, так звучит безобидно, если, конечно, нас не поймают.
– Мы едем в Тьюпело, чтобы выпить с Маком, который, насколько нам известно, не находится под следствием. Мы не встречались с ФБР и не знаем, что они замышляют. Получается, все в порядке. Пока.
– Ладно, а зачем мы это делаем?
Гарри Рекс указал на заправочную станцию.
– Остановись там. Хочешь пива?
– Нет. Я за рулем.
– И что? Не можешь рулить с пивом в одной руке?
– Я предпочитаю не делать этого. А едем мы, чтобы выяснить, появятся люди из ФБР в баре или нет, и тогда будем знать, что прослушку установили они.
– Отлично. А как мы узнаем, если и когда парни из ФБР появятся в баре? Попросим их показать свои жетоны?
– Пока еще об этом не думал. Возьми мне диетическую колу.
Гарри Рекс выбрался из машины и отправился в магазин при заправке.
34
«Мериголд-лаунж» был одним из трех известных баров в западной части Тьюпело в округе Ли, где продавалось спиртное. На пятьдесят миль вокруг царил сухой закон. У любителей выпить, живших в маленьких городках и сельской местности, не было иного выбора, кроме как поехать в большой город, где они могли утолить жажду. Вернувшись домой, большинство из них продолжали поддерживать запрет на продажу в своем округе всех алкогольных напитков.
В шесть вечера на мощеной стоянке сбоку от бара было припарковано тринадцать автомобилей. Главный вход располагался сбоку, что позволяло посетителям не быть на виду при входе и выходе. Из тринадцати шесть были седанами, шесть пикапами плюс один белый фургон. Быстрый взгляд на номерные знаки позволил определить, что посетители приехали из четырех разных округов. Внутри фургона два техника ФБР работали с камерами: на одной имелся мощный объектив, а вторая вела видеозапись с высоким разрешением. Через одностороннее зеркальное стекло они делали снимки и видео каждого, кто входил и выходил из бара.
Проблема с фургоном заключалась в том, что на его бортах имелась сделанная прописными буквами надпись «КАСТОМ ЭЛЕКТРИК» с телефонными номерами. Джейк и Гарри Рекс посмеялись над этим, не в силах поверить в свою удачу и безалаберность ФБР.
– Ну-ну, – сказал Джейк, припарковавшись. – Они уже здесь.
– Не улыбайся в камеру, – предупредил Гарри Рекс, когда они вылезли и направились в бар.
Найдя в углу столик с четырьмя стульями, они сели спиной к стене. Подошла официантка, и они заказали пиво и тарелку с картофелем фри. Музыкальный автомат возле танцпола играл мелодии в стиле кантри. «Мериголд» считался приличным салуном, где не бывало драк и заварушек. За прошедшие годы Джейку приходилось тут бывать несколько раз. А вот Гарри Рекс заглядывал сюда при каждом удобном случае. Сейчас они сделали вид, что погрузились в серьезную беседу и ни на кого не обращают внимания. В четверть седьмого Джейк, взглянув на часы, огляделся. В форме электриков в зале никого не было. Некоторые посетители были даже при галстуках.
 
Ник Лензини сидел за столиком один и потягивал безалкогольный напиток, делая вид, что читает газету. Он никогда не встречал ни Джейка, ни Гарри Рекса, но парни из фургона сообщили ему по рации об их приезде, когда те входили. Ник с волнением предвкушал возможность наконец-то увидеть Мака Стаффорда, но ему удалось принять скучающий вид. Он очень собой гордился, когда сумел убедить федерального судью разрешить прослушивание телефонных разговоров.
Джейк и Гарри Рекс потягивали пиво из охлажденных бокалов, пощипывали картофель фри и, казалось, все больше и больше раздражались. Мак так и не появился.
Бар постепенно заполнили новые страждущие, и вскоре свободных столиков почти не осталось. В половине седьмого Джейк направился в туалет и прошел мимо столика Ника. На секунду их взгляды встретились, и Джейк подумал, что этот парень вполне может быть агентом – без галстука, хороший темный костюм, явно здесь неуместный. Вернувшись, он принес еще две бутылки пива из бара и поставил их перед Гарри Рексом. Оба посмотрели на часы и нахмурились. Тот, кого они должны были встретить, опаздывал. В семь часов они расплатились и вышли из зала, всем своим видом демонстрируя досаду. Фургон по-прежнему находился на месте. Джейк завел двигатель, а Гарри Рекс схватил трубку автомобильного телефона и набрал номер «Кастом электрик». Кому бы телефон ни принадлежал, сейчас он был отключен.
Они вдоволь посмеялись, пока ехали домой, уверенные, что им удалось перехитрить ФБР, ничего при этом не нарушив. Повеселившись, они обсудили, что делать дальше. Федералы совершенно точно выслеживали Мака, что означало одно: готовится обвинительное заключение.
35
На следующий день Джейк поехал к дому Стаффордов с шоколадным тортом, который испекла Карла, и букетом цветов от их любимого флориста. Дверь открыла Марго и пригласила пройти в кабинет. Там была ее бабушка Хани, и Джейк торжественно выразил ей соболезнования. В доме было темно, как в похоронном бюро. Хани и Марго проявили гостеприимство, поблагодарили и пригласили выпить кофе с пирожными. Джейк не хотел оставаться, но ему нужно было переговорить с Марго. Они расселись за кухонным столом и даже пошутили по поводу обилия еды, контейнеры с которой занимали на кухне все свободные поверхности.
– А может, желаете фунт или два жареной курицы? – с улыбкой поинтересовалась Хани.
– Или попробовать хотя бы одну из полдюжины запеканок? – добавила Марго.
Вошла поздороваться Хелен, и Джейк еще раз высказал соболезнования. Все три выглядели так, будто плакали целую неделю, что, вероятно, так и было. Хелен вскоре исчезла, и Хани прошептала:
– Ей действительно очень нелегко. Собственно, как и всем нам.
Джейк не нашелся, что ответить, и положил в рот еще кусок. Зазвонил телефон, и Хани поднялась ответить. Джейк же быстро передал Марго небольшой конверт и прошептал:
– Прочитай это позже. И никому не говори.
Быстро кивнув, она сунула его в карман джинсов.
Джейк доел торт, допил кофе и сказал, что ему нужно вернуться на работу. Хани еще раз поблагодарила его, а Марго проводила до крыльца.
Уезжая, он помахал ей рукой.
В записке говорилось, что ей не следует звонить Джейку по его номерам. Если она захочет поговорить, то пусть сама зайдет в офис или позвонит его секретарше домой. И еще он передал ей номер Мака.
36
Большое жюри федерального суда собралось в здании суда в Оксфорде на очередное ежемесячное заседание. Восемнадцать зарегистрированных избирателей из одиннадцати округов выполняли эту обязанность в течение шести месяцев, и большинство из них не могли дождаться дня, когда, наконец, смогут от нее освободиться.