Спарринг- партнеры

Сколько раз они могут использовать слово «невероятный»?
– И мы завтракали на открытом воздухе, наблюдая за паукообразными обезьянами и попугаями, когда к нашему столику подошел официант, чтобы налить еще кофе. Он был очень дружелюбен…
– Люди там такие приветливые и любят американцев, – вставила Кэти.
А разве могло быть иначе?
Джин кивнул:
– Мы немного поболтали с ним, он сказал, что его зовут Джейсон, сам он из Флориды, а в Коста-Рике живет уже двадцать лет. За обедом мы снова его увидели и опять немного поболтали. Потом еще несколько раз встречались и всегда наслаждались дружеской беседой. За день до нашего отъезда он пригласил нас выпить по бокалу шампанского в маленьком баре, устроенном на дереве. Он уже закончил работу и хотел нас угостить. Закаты над горами невероятные, и мы отлично проводили время, когда он вдруг стал очень серьезным.
Джин замолчал и посмотрел на Кэти, которая тут же подхватила:
– Он сказал, что хочет сообщить нам нечто очень важное и конфиденциальное. Сказал, что на самом деле его зовут не Джейсон, и что он не из Флориды. Извинился, что ввел в заблуждение. Сказал, что на самом деле его зовут Мак Стаффорд и что он из Клэнтона, штат Миссисипи.
Джейк попытался сохранить невозмутимость, но ему это не удалось. Его рот открылся, а глаза округлились.
Руппы внимательно следили за его реакцией.
– Насколько я понимаю, вы знаете Мака Стаффорда, – произнес Джин.
Джейк выдохнул, не зная, что сказать.
– Господи Боже!
– Он сказал, вы с ним старые друзья, – добавил Джин.
Ошеломленный, Джейк никак не мог опомниться.
– Я просто рад, что он жив.
– Значит, вы хорошо его знаете?
– О да, очень хорошо.
3
Тремя годами ранее город потрясла скандальная новость о том, что Мак Стаффорд, известный адвокат, сошел с ума, подал заявление о банкротстве, развелся с женой и прямо посреди ночи бросил семью. Сплетни не утихали неделями и подпитывались всевозможными домыслами, а когда пыль начала оседать, выяснилось, что большинство слухов, пусть это и удивительно, но иначе как правдой и не назовешь. Мак занимался практическим правом семнадцать лет, и Джейк хорошо его знал. Он был крепким юристом с неплохой репутацией. Как и большинство коллег, он вел текущие дела своих клиентов, и едва держался на плаву. Его жена Лиза работала заместителем директора средней школы Клэнтона и получала приличную и стабильную зарплату. Ее отцу принадлежал единственный в округе завод по производству готовых смесей, что ставило ее семью на пару ступеней выше многих, но все же значительно ниже врачей. Лиза, в общем-то, была неплохой женщиной, но довольно заносчивой и с гонором, отчего Джейк с женой никогда не дружили со Стаффордами семьями.
Когда подтвердилось, что Мак действительно исчез, откуда-то просочилась весть, что он уехал из города, прихватив чужие деньги. При разводе Лизе досталось все имущество, хотя активы пары почти не превышали ее пассивов. Мак свалил свои дела, клиентов и юридическую практику на Гарри Рекса, который по секрету сообщил Джейку, что за хлопоты ему заплатили наличными и что Мак оставил немного денег для Лизы и их двух дочерей. Лиза якобы понятия не имела, откуда у него деньги.
Неожиданный и успешный побег Мака лишь подогрел слухи о том, что он замешан в чем-то неблаговидном, и наиболее вероятным объяснением его исчезновения представлялось воровство денег клиентов. Каждому адвокату доводилось распоряжаться средствами клиентов, пусть даже недолго, и самым быстрым и наиболее распространенным способом лишиться адвокатского статуса было запустить в эти средства руку и немного отщипнуть от «пирога». Время от времени возникали скандальные дела, когда адвокаты, не устояв перед искушением, обнуляли опекунские счета и пускали по миру трастовые и прочие фонды. Обычно потом им удавалось какое-то время скрываться, но в итоге их все равно ловили, лишали прав и отправляли в тюрьму.
Однако Мака так и не поймали, и о нем никто ничего не слышал. Шли месяцы, и Джейк спрашивал Гарри Рекса за кружкой пива, нет ли новостей от Мака. Тот постоянно подтверждал, что нет, и среди местных адвокатов родилась легенда, будто Мак совершил великий побег, разом оставив в прошлой жизни и несчастливый брак, и жалкую работу. А теперь он вовсю наслаждался жизнью, потягивая ром на каком-нибудь экзотическом пляже. По крайней мере, так хотелось думать оставшимся в городе адвокатам.
 
4
Кэти продолжила:
– У нас сложилось впечатление, что он здесь что-то натворил, хотя он ничего не стал об этом рассказывать. Я хочу сказать, у такого парня, как он, живущего под вымышленным именем в столь экзотическом месте и все такое, наверняка должно быть довольно яркое прошлое. Но, опять же, от него мы ничего не узнали.
Джин добавил:
– Вернувшись домой, мы немного покопались и нашли пару статей в местных газетах, но там оказались лишь самые общие сведения о его разводе, банкротстве и исчезновении.
– Можем ли мы спросить вас, мистер Брайгенс, совершил ли Мак что-то предосудительное? Он в бегах? – поинтересовалась Кэти.
Джейк не собирался откровенничать с этими двумя незнакомцами, пусть и производящими хорошее впечатление, ведь он, скорее всего, никогда их больше не увидит. К тому же Джейк и сам не знал наверняка, совершал ли Мак что-то противоправное. Он уклонился от прямого ответа, сказав:
– Я так не думаю. Нет ничего преступного в том, чтобы развестись и уехать из города.
Ответ их совершенно не устроил. На несколько секунд повисло молчание, после чего Джин, подавшись вперед, спросил:
– Мы совершили ошибку, поговорив с ним?
– Разумеется, нет.
– Что-то типа «пособничества и соучастия»?
– Ни в коем случае! Без вариантов. Не волнуйтесь.
Они с облегчением выдохнули.
– А теперь главный вопрос: какова цель вашего визита ко мне? – спросил Джейк.
Супруги обменялись понимающими улыбками, и Кэти полезла в сумку. Она вытащила простой конверт из плотной бумаги без марок и штемпелей и протянула Джейку, тот взял его с некоторой опаской. Клапан был заклеен, прихвачен скотчем и дополнительно скреплен степлером.
– Мак попросил нас зайти и передать вам привет. И еще он попросил нас доставить вот это. Мы понятия не имеем, что там внутри. – Кэти снова занервничала и спросила: – В этом же нет ничего особенного, верно? Мы ни в чем не оказались замешаны?
– Конечно, нет.
– Он сказал, вам можно доверять.
– Так и есть. – Джейк понятия не имел, в чем именно ему можно довериться, но не хотел давать им повода для беспокойства.
Джин протянул ему клочок бумаги со словами:
– Это номер нашего телефона в Мемфисе. Мак хочет, чтобы вы позвонили нам через несколько дней и просто сказали «да» или «нет». Ничего больше. Просто «да» или «нет».
– Хорошо. – Джейк взял клочок бумаги и положил рядом с конвертом и фунтом кофе.
Кэти, наконец, сделала глоток из своей чашки, и на ее лице ничего не отразилось.
Они выполнили свою миссию и были готовы уйти. Джейк заверил их, что все будет храниться в строжайшей тайне и что он никому не расскажет об их встрече. Он проводил их до входной двери, вышел на тротуар и смотрел, как они садятся в сверкающий седан «БМВ» и уезжают.
Затем он поспешил обратно в комнату для переговоров, закрыл дверь и вскрыл конверт.
5
Письмо было напечатано на листе простой белой бумаги и сложено втрое вместе с застрявшим в сгибе конвертом меньшего размера.
Мак писал:
Привет, Джейк!
Ты уже познакомился с двумя моими новыми друзьями, Джином и Кэти Рупп из Мемфиса. Они хорошие люди. Перейду сразу к делу. Я хочу поговорить с тобой здесь, в Коста-Рике. Я хотел бы вернуться домой, Джейк, но не уверен, что это возможно. Мне нужна твоя помощь. Я прошу тебя и Карлу взять небольшой отпуск и приехать ко мне в следующем месяце во время весенних каникул. Полагаю, что Карла все еще преподает и что обычно школы устраивают каникулы во вторую неделю марта. Я оплачу ваше пребывание в «Терра-лодж» – на чудесном экотуристическом курорте в горах. Вам понравится это место. Прилагаю 1800 долларов наличными, этого более чем достаточно на два билета туда и обратно из Мемфиса в Сан-Хосе, Коста-Рика. Там вас будет ждать машина, чтобы отвезти на место. Поездка займет около трех часов, и дорога очень живописна. Номера, питание, экскурсии – все за мой счет. Отдых мечты всей жизни. Как только ты придешь сюда, я тебя сам найду, и мы поговорим. Конфиденциальность – это то, что у меня сейчас во главе угла, и уверяю, что о нашей встрече никто никогда не узнает. Чем меньше будет сказано об отдыхе, тем лучше. Я знаю, как в этом ужасном городе люди любят почесать языки.