"Дева со знаменем". История Франции XV–XXI вв. в портретах Жанны д’Арк

Слава Домреми достигла своего апогея в 1878 г., когда Франция готовилась с размахом отметить столетие со дня смерти Вольтера. Однако по иронии судьбы великий мыслитель умер 30 мая — в тот самый день (хотя и на четыреста с лишним лет позднее), когда была казнена Жанна д'Арк. Как следствие, в стране развернулась настоящая битва между представителями республиканских и католических политических кругов, которая вошла в историю как спор двух Франций [947]. Каждая из сторон открыто высказывала собственные взгляды на историю, и у каждой имелся собственный герой: для республиканцев им был Вольтер, для католиков — героиня Столетней войны, оболганная и осмеянная знаменитым философом в «Орлеанской девственнице» [948].
Накал страстей в стране, и особенно в столице, достиг к весне 1878 г. таких высот, что правительство вынуждено было запретить проведение любых публичных мероприятий, однако власти Домреми, как кажется, полностью проигнорировали данное распоряжение. В мае 1878 г. герцогиня де Шеврез привезла в родную деревню Девы копию знаменитой скульптуры Марии Орлеанской «Жанна в молитве». Ее установили в доме семьи д'Арк [949] (ил. 40). Десятого июля того же года герцогиня организовала перевозку в Домреми бесчисленных букетов и венков, которые ранее предполагалось возложить к конной статуе Жанны на площади Пирамид в Париже [950]. С благословения монсеньора Альбера Бриэ, епископа диоцеза Сен-Дье, к которому относилась деревня, поездка превратилась в настоящее паломничество: в ней приняли участие около 20 тысяч человек. Более того, число посетителей Домреми в этот год также существенно выросло: вместо обычных 2100 человек их насчитывалось 4500 [951].
Ил. 40. Мария Орлеанская. Жанна в молитве. Скульптура, установленная перед зданием старой Ратуши в Орлеане. 1837 г. Фотография автора.
Таким образом, в новое XX столетие Франция вступала, обладая двумя основными местами памяти и почитания Жанны д'Арк: ими стали Орлеан и Домреми. Однако в формировании культа Девы в этих двух населенных пунктах имелось, с моей точки зрения, одно важнейшее различие. Для Орлеана, начиная с XV в. и на протяжении всех последующих столетий, было характерно сугубо религиозное почитание героини Столетней войны. Уже в 1429 г. здесь был учрежден праздник в ее честь, а торжества сопровождались церковными процессиями, молебнами, чтением ежегодных панегириков в соборе Св. Креста, раздачей милостыни прихожанам. Всеми этими мемориальными мероприятиями руководил орлеанский епископат [952]. Домреми, в свою очередь, являл собой пример изначально светской организации культа, в которой главная роль отводилась правительству, лично королю Людовику XVIII и местному муниципалитету. Как следствие, и мероприятия, проводимые в родной деревне французской героини, носили тот же характер.
Только в конце XIX в. в Домреми было положено начало религиозному почитанию Девы. Особенно наглядно об этом свидетельствовала «Золотая книга», большинство записей в которой посетители дома семейства д'Арк изначально посвящали событиям из жизни самой Жанны и особенно ее трагической гибели. В частности, в 1853 г. некий Феликс Этьен, «француз душой и телом», но посредственный поэт, вспоминал лишь о преступлении, совершенном англичанами в отношении его героини:
 
 
Дети леопарда, вы, чьи жестокие законы
 
[позволили] залить костер невинной кровью,
 
Да будут прокляты навечно ваши преступные руки,
 
Позор — тот путь, по которому вы должны идти! [953]
 
 
Однако в 1870-е гг. ситуация изменилась: отныне записи в «Золотой книге» представляли собой просьбы о скорейшей канонизации Девы или молитвы, обращенные к ней как к местнопочитаемой святой. Так, в 1870 г. некий Антуан де ла Тур, посетивший Домреми шесть раз, оставил на память о своих визитах поэму в тринадцать строф, среди которых были такие строки:
 
 
 
Она не вернется [к нам]; уже давно мы более не встречаем
 
среди нас ангелов, сошедших [с небес].
 
Но Г осподь, если Он не желает отдать ее нам, может послать
 
Ее дух нашим командирам, а ее душу — нам всем [954].
 
 
Тем не менее в «конструировании» культа Жанны д'Арк в Орлеане и Домреми присутствовали и общие черты, поскольку ее эпопея именно в XIX столетии сама по себе превратилась в особое «место памяти» для французского общества. Впрочем, раскол во мнениях, спровоцированный в большой степени творчеством Вольтера, так и не был до конца преодолен. Об этом свидетельствовали два памятника, установленные почти друг напротив друга около базилики Дубравы (позднее — св. Жанны д'Арк) в Домреми. Одним из них стало творение Андре Аллара «Жанна д'Арк и ее голоса» — скульптурная группа, торжественно открытая в 1894 г. и носившая сугубо религиозный характер: именно в этот год Ватикан официально признал героиню Столетней войны Блаженной (ил. 41). Рядом же возвышался абсолютно светский «Памятник павшим жителям коммуны» Антонена Мерсье, работа над которым велась в 1890–1902 гг. (ил. 42).
Ил. 41. Андре Аллар. Жанна д'Арк и ее голоса. 1894 г. Фотография автора.
Ил. 42. Антонен Мерсье. Памятник павшим жителям коммуны. 1890–1902 гг. Фотография автора.
На первый взгляд, эти два монумента, безусловно, можно было рассматривать как очередные «портреты» Орлеанской Девы, как еще один элемент конструирования места ее памяти в Домреми, как знак признания ее заслуг перед страной. Однако в еще большей степени они представляли собой символ вечного спора двух Франций — католической и республиканской — о Жанне д'Арк и обстоятельствах ее появления на исторической сцене. Только Первая мировая война и официальная канонизация Девы в 1920 г. в какой-то степени примирили представителей двух давно враждующих друг с другом политических лагерей. И только тогда Домреми окончательно превратилась из места рождения французской героини в место ее религиозного почитания.
  
Глава 10.
 
Королевская лилия
 
 
Вернемся, однако, ненадолго вновь в эпоху Реставрации. Сознательное «конструирование» места памяти о Жанне д'Арк на ее родине, в Домреми, стало в этот период далеко не единственным свидетельством исключительного внимания, которое уделяли новый французский монарх и его окружение героине Столетней войны. Уже в октябре 1814 г., буквально через месяц после официального низложения Наполеона I и вступления Людовика XVIII на престол, в Париже увидела свет драма Ж. Авриля «Триумф лилий. Жанна д'Арк, или Орлеанская девственница» [955]. Согласно титульному листу, автора вдохновила поэма «Орлеанская дева» Фридриха Шиллера, опубликованная в 1801 г. и переведенная на французский уже в 1802 г. [956] Ее издатель Луи-Себастьян Мерсье отмечал в предисловии, что считает знакомство с трагедией необходимым для соотечественников, поскольку она «учит нас почитать Жанну д'Арк и относиться к ней с уважением, какового она заслуживает от каждого француза, который не поддался соблазну и не был испорчен дурным чтением» [957].