Джон и Дэйв и Храм Кс'аль'наа''тхутхутху (ЛП)

– Слушай, я несу ответственность за то, что делаю. Это всё, что я знаю. И поэтому я должен…
– Ты уверен?
– Что я несу ответственность? Да.
– Значит, ты только что объявил себя их врагом. Людей-теней, как называет их Дэвид. Они следят за нами. Если ты, как человек, представляешь собой просто сгусток протоплазмы, комок клеток, ползающий по огромному камню, как опарыш по куску мяса – значит ты не представляешь угрозы. Ты всего лишь растение, гриб, бактерия. Для них ты сырьё, которое они выращивают, пожинают и используют.
  
Человек в чёрном замолчал и слегка повернул голову – теперь мне казалось, что он смотрит на меня.
– Но если ты в самом деле способен выбирать, – продолжил он, – как ты только что сказал, значит, ты сидишь на молнии. Воля, детектив. Магическая способность изменять мир, которой, как считают почти все люди, они обладают. Самая сильная магия, известная в этой вселенной. Единственная известная магия. Я видел будущее, детектив. Я видел, как человечество на кораблях покидает эту планету и приземляется на соседней. Затем отправляется в новую солнечную систему, потом – в следующую, и человеческий род распространяется по миру, как пожар. Природа потратила пять миллиардов лет на то, чтобы сформировать мир, а тут приходит человек и в мгновение ока перекраивает его по собственному разумению. По собственной воле. Ты обладаешь свободой выбора, детектив? В самом деле обладаешь? Потому что если так, то ты вбросил фишки в игру с очень высокими ставками. Потому что человеческая воля скоро вспыхнет и озарит вселенную, как водородная бомба.
Человек в чёрном встал с несуществующего стула.
– Посмотри на эту девушку, детектив. У неё нет левой руки. Ты знаешь, что когда человек теряет конечность, у него часто возникают «призрачные» ощущения: боль или зуд в ампутированной части тела. Посмотри, каким заразным оказался этот укус, детектив. Посмотри на её левое запястье. Посмотри туда, где должна быть кисть.
Фальконер посмотрел. Эми заёрзала от неловкости, когда он уставился на покрытый шрамами обрубок, на месте которого когда-то, много лет назад, была рука. Ей хотелось спрятать его от посторонних глаз.
Фальконер промолчал. Затем его челюсть медленно сползла вниз.
– Видишь её? – спросил человек в чёрном.
Фальконер нахмурил брови – видимо, пытался объяснить себе необъяснимое. В который раз.
Фальконер видел руку. Я это знаю, потому что сам могу её увидеть, если захочу. Это не так просто, нужно сосредоточиться. Это как пытаться разглядеть капли воды на лобовом стекле вместо дороги. Я попробовал сконцентрироваться и через несколько секунд увидел у Эми две совершенно здоровые руки. Я моргнул, и левая кисть снова исчезла. Я мог её видеть – по той же причине, по который мог видеть людей-теней или странных существ, пришедших с другой стороны.
– Дух из машины, детектив, – продолжил человек в чёрном.
Фальконер медленно покачал головой, вперёд и назад. Но ничего не ответил. Рот у него всё ещё был раскрыт.
Я спросил человека в чёрном:
– Жукотварь, которая залезла ко мне в кровать – Она пришла за мной? И если да, то почему?
– Она пришла не за тобой. Она пришла из-за тебя.
– Я не понимаю.
– Ты не хочешь понять. Никогда не задумывался, почему тебя преследуют все эти события? Ты любишь повторять, что этот город проклят. Так и есть. Это проклятие – ты.
Фальконер развернулся ко мне, будто у него что-то щёлкнуло в голове.
– Так это всё ты? Ты всё это устроил!
– Нет, нет, нет. Дело не в этом.
– Ты один из них, кто бы они ни были!
Я не ответил. Джон и Эми тоже молчали.
Человек в чёрном сказал:
– Он не виноват. И кстати, ты так и не ответил на вопрос.
– Извини, вылетело из головы. Что за вопрос?
– Когда ты в последний раз ел?
– Я… что? Без понятия. Я думал заехать в автокафе по пути из школы. Мне… Мне надо поскорее свалить из этого ёбаного дома.
– Подумай хорошенько, детектив. Это не праздный вопрос, – человек в чёрном шагнул к нему и спросил снова: – Когда ты в последний раз ел? Вспомни.
Фальконер отмахнулся и зашагал к выходу. На полпути он остановился.
– Прошло уже больше двадцати четырёх часов, верно? – спросил человек в чёрном.
– Я… Мне не хотелось есть. Тут столько всего происходило…
– Посмотрись в зеркало, детектив.
И теперь, после этих слов, на лице детектива проступил страх. После всего произошедшего я впервые видел его таким.
– Зачем?
– Как твой палец? Тот, который укусило существо.
– Что?
– Почему ты не подойдёшь к зеркалу? Тебя очень удивит то, что ты увидишь.
Фальконер стоял, наверное, чувствуя то же, что недавно чувствовал я. Я придерживал рукой дверь.
Наконец он ответил:
– Пошёл к чёрту.
Он развернулся, зашагал прочь и, хлопнув дверью, вышел навстречу проснувшемуся дню. Еще через мгновение послышался звук открывающейся двери автомобиля.
– Это ты приходил ко мне во сне? – спросил я у человека в чёрном. – Ты показал мне труп Фрэнки. Он в школе?
Человек в чёрном поднял руку, чтобы прервать меня. Я замолчал. Мы стояли какое-то время в тишине, словно ожидая какого-то звука.
На улице раздался выстрел.
Мы застыли на мгновение, соображая, что делать – спасаться или спасать. Как обычно, решение принял Джон. Следующей из дома выбежала Эми, последним – я. Мы бросились к «Порше».
Снаружи, через стёкла, было видно Фальконера, завалившегося на бок. Джон обежал вокруг машины и рванул дверцу со стороны водителя.
Эми охнула. Кровь стекала с кожаного подголовника водительского сиденья.
Фальконер покончил с собой. Похоже, выстрелил себе в рот. Джон сделал вид, что проверяет пульс, но было ясно, что детектив мёртв.
– Зачем? – воскликнула Эми. – Зачем он так? Дэвид, зачем он так?
– Может быть, они… что-то с ним сделали. Заставили его. Не знаю. Джон, как ты…
Джон наполовину залез в машину, склонившись над телом Фальконера. Глаза покойника были широко раскрыты. Джон опёрся рукой о подлокотник пассажирского сиденья и почти вплотную приблизил своё лицо к лицу Фальконера.
– Джон, прекрати…
– Охренеть! Дэйв, только посмотри!
– Я совершенно точно не собираюсь смотреть.
Джон вылез из машины и посмотрел на небо. Похоже, собирался дождь.
– У него во рту такой же жук!
– Что? Нет, нет, мы бы заметили.
– Проверь сам.
Однако меня уже посетила идея получше: вернуться в дом и как следует врезать человеку в чёрном. Я повернулся и направился через двор ко входной двери.
В доме никого не было. По крайней мере, я никого не видел. Джон и Эми вошли следом.
– Каков засранец, – проговорил Джон.
– Значит… он оставил нас вместе с отрубленной головой полицейского в ванной и трупом целого полицейского в машине перед домом? – спросила Эми.
– Вот что бывает, когда прогуливаешь занятия.
– Ну, нам ведь нечего предъявить по обоим случаям. Как мне кажется. Если только тюрьма… ну, сам понимаешь…
– В любом случае, надо добраться до школы раньше копов, – ответил я.
– Согласен.
Джон повернулся к Эми и сказал:
– Нам нужно, чтобы ты открыла коробку.
Я приставил руку к его груди.
– НЕТ.
– Дэйв, у нас нет выбора.
– Нет, Джон.
– Я беру всю ответственность на себя. Ну же, соседи наверняка уже позвонили насчёт выстрела.
Он зашагал на кухню, сорвал со стены ключ от сарая и вышел через заднюю дверь. Эми неуверенно посмотрела на меня и последовала за Джоном.
Я вышел за ними.
Джон уже открыл сарай и вытащил на лужайку зелёную коробку размером с походный холодильник. Я огляделся, чтобы убедиться, что никто не смотрит. Вдали послышался раскат грома.
Выше я говорил, что на коробке не было видимых защёлок. И это правда. Но была невидимая.
Я посмотрел на коробку и сконцентрировался. В поле зрения появился небольшой рычаг. И ампутированная рука Эми.