Тайная малышка от Генерального. Встреча через время (СИ)

– Конечно… Знаешь, Сонька о тебе без умолку трещит, – хихикнула я. И ощутила, как Марк улыбается на том конце провода.
– Она замечательная.
– Да… – задумчиво ответила я. – Ой, совсем забыла! – шлёпнула себя ладонью по лбу. – Можно заехать к тебе сегодня? Соня забыла своего любимого зайца, спать без него не может.
– Да, конечно, – чуть замешкавшись на пару секунд, ответил мой босс. – Только я ещё в офисе, работы валом. Давай предупрежу домработницу? Она вам откроет.
  
А уже через пару часов мы с дочкой выходили из такси перед роскошным белокаменным особняком в элитном районе города. Большие кованые ворота распахнулись, как только мы их достигли. И, взяв Соньку за руку, мы весело шагали по аккуратно убранной тропинке из мелкого камушка.
– Мам, а как думаешь, мой зайчик там скучал без меня? Или дядя Марк его развлекал, как меня, когда ты болела?
Я усмехнулась.
– Конечно, развлекал, милая. Ты разве ещё не поняла, какой дядя Марк хороший?
– Да, да, – важно затрясла дочка двумя белокурыми хвостиками, полностью со мной соглашаясь.
На крыльце я нажала на звонок раз, другой, третий. Но в ответ тишина. Наверное, горничная просто занята работой? Стоит её подождать? Но вместо этого я повернула ручку двери – и та неожиданно поддалась, открываясь.
Чувствуя себя немного неловко от того, что врываюсь вот так, я аккуратно ступила в белоснежный глянцевый холл, который был абсолютно пустым. Лишь с кухни доносились тихие шорохи.
– Эй… – позвала неуверенно. – Есть тут кто? Здравствуйте…
Но никто не ответил, а Соня вывернула свою ручку из моей ладони и нетерпеливо поскакала вперёд. Здесь она чувствовала себя словно дома. Ребёнку ведь не объяснишь, что мы были всего лишь гостями, когда жили здесь несколько дней.
– Мам! Может, дядя Марк оставил мне шоколадку?! – весело воскликнула крошка и, шустро перебирая ногами, скрылась за поворотом.
– Соня! Подожди! Не бегай!
Но куда там, я вовсе не такая проворная, как моя дочь…
– Соня… – грозно шипела я дочке, которая уже скрылась из виду. – Мы возьмём твоего зайца – и сразу уйдём!
Но я ещё не успела дойти до кухни, как Сонька пулей вылетела оттуда и остановилась посреди коридора с широко распахнутыми глазами, будто её что-то смертельно напугало.
– Мам… – пару раз моргнула, а на длинных ресничках уже повисла капля слезы. – А там… на кухне у дяди Марка… какая-то голая тётя…
Сердце сжалось. В груди похолодело. В голове отчаянно стучала только одна мысль: «Нет. Только не это. Не сейчас, когда я так безоговорочно ему поверила».
Но уже было поздно.
Я стояла посреди коридора в доме Марка, держала дочку за ручку и уже знала, кого увижу на кухне.
Сделать два шага, чтобы посмотреть правде в глаза, было до безумия трудно. Они тянулись для меня бесконечностью.
Я будто шагала к обрыву, за которым таились холод и боль.
Но я это сделала. Подошла к дверному проёму и заглянула на кухню.
Анжела. Я знала, что увижу её. 
Полуобнажённая, босая, в длинной мужской рубашке, слишком хорошо мне знакомой. Голубая мятая ткань еле прикрывала её округлые сочные бёдра. Я скользнула равнодушным взглядом по длинным смуглым ногам, идеально уложенным чёрным волосам, бокалу вина в длинных пальцах.
Анжела лениво обернулась на звук, её взгляд остановился на мне, и в уголках пухлых губ появилась насмешливая полуулыбка.
Она не удивилась. Не смутилась. Напротив – с видом кошки, поймавшей добычу, медленно наклонила бокал. Красивый глянцевый жест. Показательный. И, конечно, презрительный.
– Девушка, а вы к кому? – её голос был вкрадчивым, бархатным, но с нотой металла.
Я стояла молча. Секунду… вторую… Дышать тяжело.
– Где… Марк?… – наконец хрипло выдавила. Горло сдавило обидой. – Марк Александрович?
Анжела пожала изящным плечом:
– Марк? В душе. Он только что вернулся с работы. А у вас… – окинула меня цепким взглядом, – назначена встреча? Марк меня не предупредил. У нас с ним сегодня были другие планы. Хотите его подождать? – лениво закончила.
Будто подтверждая её слова, где-то в глубине дома послышался звук воды.
«Из ванной комнаты Марка…» – пронеслось у меня в голове.
Я словно окаменела. Больше не нужно было ничего говорить, ничего объяснять. Всё стало ясно. Больно. Чётко. Бесспорно. Он приехал домой. К ней. С ней… У них были другие планы. А я…
Я просто не вовремя.
Внутри всё сжалось, пульс застучал в ушах. Меня накрыло волной стыда. Нет, не злости – стыда. За свою наивность, за глупость. Как я вообще умудрилась подумать, что между нами что-то возможно? Что он мог заботиться не просто из жалости, а из-за чувств?
Господи, что же я себе напридумывала? Он ведь никогда не скрывал, что у него есть Анжела. И даже, когда она пришла к нему в офис, выставил меня в тот же миг без зазрения совести, ясно дав всё понять.
И сейчас… нет, он не забыл, что я должна приехать за Сониным зайцем. Он совершенно спокойно разрешил мне приехать сюда в этот момент, когда она в его доме. Потому что для него я ничего не значу. Между нами нет ничего из того, что я навоображала себе.
Я просто жалкая глупая дура, которая всё перепутала. Он пожалел меня. А я решила, что это любовь.
Глаза начало предательски покалывать, но я не позволила себе разрыдаться и дать этой хищнице удовольствие лицезреть мою слабость.
Резко смахнула рукой набежавшие слёзы и прошептала:
– Нет, я не буду его ждать.
Анжела равнодушно пожала плечом:
– Ну как хотите. – Сделала глоток из бокала, не отрывая от меня своих глаз.
Я быстро развернулась и, не прощаясь, выскочила в коридор. Сонька всё это время пряталась за стенкой – растерянная, испуганная, со сжатыми кулачками.
– Мамочка… – прошептала дочка тоненьким дрожащим голосом. – Кто эта тётя?
– Это знакомая дяди Марка, крошка, – собрав всю волю в кулак, спокойно ответила дочке.
– А почему она в его рубашке и голая?…
– Соня, малышка, – я взяла дочку за руку, – идём.
– А как же мой зайка?…
– Заберём его в следующий раз, – сказала я дочке, заранее зная, что мы никогда сюда не вернёмся.
– Мам… Но как же я буду без него спать?… – всхлипнула малышка, шмыгая носом.
Я резко села на корточки.
– Соня, пожалуйста, – голос срывался. Внутри бушевал ураган из отчаянной боли. – Просто… пойдём, хорошо?
Дочка не стала со мной спорить. Покорно поплелась за мной следом, повесив голову и тихо поскуливая.
– Мамочка… А почему ты плачешь? – тихо спросила она. – Из-за той голой тёти?
– Нет, малышка, – в такси я усадила её себе на колени и обняла крепко-крепко. – Я вовсе не плачу, просто глаза от ветра слезятся. А хочешь, мы поедем и купим тебе нового, самого красивого зайца прямо сейчас?
  
~Глава 22~
 
Марк. 
Гравий приятно зашуршал под шинами машины, когда я свернул на дорожку, ведущую к дому. Всегда любил этот звук – ровный и мягкий, означающий, что рабочий день завершился, а я возвращаюсь домой.
Двор особняка встретил привычной тишиной, солнце клонилось к закату, окрашивая белые стены в мягкий персиковый оттенок.
Но внутри тревожно росло беспокойство. Будто я ещё не знаю, что что-то случилось.
Дни с Катей и Соней будто показали мне, что можно жить по-другому. Легче. Теплее. И каждый день с ними был полон эмоций.
Я однажды уже её потерял. Слишком долго откладывал, убеждая себя, что мысли о ней сотрутся из памяти. Но ни один день с тех пор не прошёл без неё. Без её взгляда. Смеха. И голоса. Как на репите это играло заезженной пластинкой в моей голове.
  
Я любил её. Все эти годы. И люблю до сих пор.
И теперь она снова рядом. Чуть более взрослая, сдержанная. Не такая лёгкая, как была раньше, но материнство и нелёгкая жизнь не могли пройти для Кати бесследно.
Сегодня я понял, что мне, чёрт возьми, совершенно плевать, кто отец её маленькой дочки. Катя имела полное право тогда выбрать не меня, а другого мужчину. Она хотела семью и ребёнка. Но судьба снова благосклонна ко мне – и с другим мужчиной у Кати не вышло.