Измена. (не ) Его невеста (СИ)

И голод уверенно потащил меня вниз, где я рассчитывала чем-нибудь поживиться.
Время к полуночи. Если муж и вернулся домой, я этого не слышала. Но какая-то крохотная частичка моего беспокойного сознания почти надеялась, что я столкнусь с ним на кухне.
Не столкнулась.
Зато на моём рабочем столе обнаружилась песочного цвета коробка.
Вернулся мой загадочный Аноним!
На какое-то время эта радостная мысль затмила для меня всё остальное. Я подскочила к коробке и сорвала украшенную тонким рисунком крышку. На присыпанной пищевым золотом подложке высился бархатный шоколадный рулет. Аромат от него шёл убийственный.
Я выхватила из верхнего ящика десертную вилку и, едва успев щёлкнуть включатель на чайнике, вонзила зубцы в угощение.
Шоколад таял на языке — горьковато-сладкий и пряный. Я не сдержалась и застонала, закатывая глаза к потолку.
— Боже, это готовил не человек. Это готовили ангелы, — пробормотала я, не забывая жевать.
— Я передам Маттео. Ему будет приятно.
Моя вилка застыла в воздухе. Из теней, сгустившихся за порогом, вышагнул мой теперь уже не аноним.
— Что… ты тут делаешь?
Широкие плечи поднялись и опустились:
— Напрашиваюсь на чай. И кое-куда приглашаю.
Глава 51
Я поспешно дожевала остатки рулета и пробормотала:
— Куда? Ночь ведь на дворе…
— Не страшно, — его взгляд опустила на мою дурацкую пижаму — просторную футболку и штаны со звёздами и медведями. — Обещаю не выпускать тебя из машины.
Хорошо, что рулет я дожевала. Потому что после такого ответа он точно полез бы не в то горло и эффективно меня придушил. Слова Уварова прозвучали настолько двусмысленно, что я пока никак не могла сообразить, они меня напугали или… или наоборот.
— Подожди… — на время меня всё-таки отвлёк внеземной десерт, который так и манил плюхнуться в него прямо лицом, наплевав на всякие вилки, — так это… это всё твоих рук дело?
Муж вышагнул из теней на свет, но к столу приближаться не стал. Так и стоял у порога, уцепившись большими пальцами за ременные петли на поясе джинсов. Меланжевый свитер грубой вязки, кажется, делал его плечи ещё шире и всю фигуру — внушительнее.
— А у тебя были какие-нибудь варианты?
Я похлопала глазами. Теперь все мои догадки казались мне совершенно дурацкими.
— Ну… я думала, может, это Ирина Геннадиевна…
Уголок чётко очерченного рта приподнялся в усмешке:
— Ирина неплохо здесь зарабатывает, но уж точно не столько, чтобы без особого ущерба для семейного бюджета время от времени отсылать личный самолёт для доставки свежей итальянской выпечки в Москву.
Моя челюсть наверняка отвисла сама собой. Какое-то время я просто молчала, позволяя информации осесть в мозгу. Вы только посмотрите на него — впечатлить, что ли, пытается?..
— Выпендрёжник, — тихо пробормотала я, разглядывая заморский десерт.
Просто в голове не укладывалось…
— Грешен, — пожал плечами супруг. — Проклянёшь меня за это позже. Можем ехать?
Преодолев нечеловеческое искушение, я отложила-таки вилку и в большой нерешительности уставилась на свою пижаму.
— Слушай, не знаю, что ты задумал, но… не в этом же я поеду?
Взгляд Уварова странно потемнел, и он качнул головой:
— Не переодевайся. Серьёзно. Нет необходимости.
И я почему-то не стала больше задавать никаких вопросов, пусть приглашение — особенно после всего случившегося — звучало до безумия странным и неожиданным.
Но от него веяло обещанием приключения. Я это чуяла каким-то шестым чувством. И оно меня не подвело.
Спустя полчаса езды по ночной трассе мы оказались в том самом посёлке, где недавно смотрели первый готовый коттедж.
С тех пор количество готовых к сдаче домиков выросло, включая какие-то безумно люксовые модели. К одному из таких вела романтично подсвеченная фонариками дорожка.
— Хозяйская вотчина, — пояснил муж, приглашая внутрь.
Вокруг стояла ночная уютная тишина. Но в паре строений горел свет и мелькали тени рабочих — стройка здесь велась круглосуточно.
Интерьер соответствовал экстерьеру — тёмное дерево, тёмный камень, матовые поверхности, вставки из металла под бронзу. Бесконечно уютный дизайн.
 
Коридор с квадратными нишами, в которых мерцали жёлтым пузатые светильники, вывел нас в громадную кухню с не менее громадным окном на веранду. Отсюда открывался роскошный вид на весь коттеджный посёлок.
— Это… бесподобно, — прошептала я, жадно рассматривая окружившую меня высокотехнологичную сказку.
— Рад, что оценила, — сухо отозвался Уваров, проследовав к гигантскому столу-острову. — Но я не только это хотел тебе показать.
Я подошла ближе. На столе лежал здоровенный чертёж и пара других, поменьше.
— Сейчас мы обдумываем вопросы организации питания. Будет несколько вариантов, но… — один из чертежей он придвинул ближе ко мне, — я не хотел бы ставить тут какую-нибудь попсовую блинную или кафе, да и в целом заводить сюда сторонний бренд.
Всё ещё недоумевая, о чём он вообще говорит, я разглядывала чертёж, когда он опустил поверх него эскиз — аккуратное одноэтажное строение под старину, с вывеской в виде пышного кекса и надписью по фасаду «ПОЛИНА».
Что-то булькнуло у меня в горле. Я рассматривала красивый пастельный рисунок и чувствовала, будто выскальзываю из реальности:
— Это…
— …что-то вроде сети именных кондитерских.
— Сети?.. — прохрипела я.
Уваров кивнул с таким отстранённым видом, будто и не он вовсе дарил мне мечту. Будто он был всего лишь посланником.
— Это просто набросок, чтобы ты понимала. Тут всё можно менять. Цвет, вид, вместимость, мощности… время есть. Её необязательно открывать к сдаче объекта. Но в рекламе мы кондитерскую укажем как эксклюзивный бонус — разогреем аудиторию интригующими промо, а позже устроим для неё отдельную церемонию открытия.
Сложно, очень сложно всё это было охватить за раз. Очень сложно сообразить, зачем, как и почему он всё это делал. У меня натурально земля из-под ног уползала от одной только мысли…
— Я не… прости, я не понимаю.
— От тебя никаких особых навыков не потребуется. Но ты всегда можешь включиться в работу на любом из этапов. Если тебя тут что-нибудь заинтересует помимо готовки. Франшиза — твоя. Выстраивается под тебя.
Нет, сейчас я окончательно отключусь.
Я отвернулась от чертежей и попыталась перевести дух. Может, если я не буду на них таращиться, смогу хоть на секундочку вернуться к реальности.
Медленно помотав головой, я приготовилась заглянуть мужу в глаза
— Я не об этом. Я… я не пойму, откуда всё это и… и зачем. Это же царский, совершенно невообразимый подарок! Почему тебе вообще пришло в голову его мне дарить?
И наконец-то отважилась поднять на него взгляд. Муж смотрел на меня пристально, почти жадно.
— Боюсь, ответ тебе не понравится.
Глава 52
Не понравится. Вот, значит, как…
Беда только в том, что его слова можно истолковать тысячей разных способов, а он не торопился их расшифровать.
— Мне придётся долго гадать, — наконец сподобилась я, продолжая невольно коситься на чертежи и эскизы. Боже, до чего же красивый рисунок! Нежный, уютный, притягательный в своей кажущейся простоте.
— Ты так и не сказала, что по этому поводу думаешь.
Уваров не мог и не умел идти на компромиссы. Но только я сегодня не в настроении вот так запросто отступать. Я всё ещё не знала, сердиться или радоваться тому, что тайна моего анонима оказалась разгадана, а значит, разоблачителю и разоблачённому в едином лице придётся платить за содеянное.
Поэтому на его предложение я упрямо покачала головой.
— Нет. Так не пойдёт. Сначала дай мне тот самый ответ, который мне не понравится.
Муж усмехнулся:
— Спешишь разрушить наше внезапное перемирие?
— Вовсе нет. Просто хочу лучше тебя понимать.
Кажется, он совсем не ожидал такого ответа. Потому что вдруг сделал то, чем вообще славился редко — отвёл от меня свой пристальный взгляд и опустил его на чертежи.