Мертвое наследие (СИ)

— Успокойся, Колтун, — сказал я. — И вы все. Сначала предлагаю проследить за ним и выяснить подробности. Дальше решим, как нам поступить.
Что ж, глаза не подвели нашего парня, и подмеченный им молодой богатей действительно оказался бастардом владетеля Гариго. Сивый, которого тот не смог бы опознать в лицо, проследил за ним до самого поместья, расположенного в 5 лигах западнее города. Правда, наблюдать пришлось издалека, так как сам дом и территорию вокруг него охраняло по меньшей мере 2 десятка вооружённых людей. И по словам бывшего мрачного, вид у них был не самый честный и достойный.
Но откуда у внебрачного сыночка мелкого аристократа такие деньги? Даже если предположить, что отец дал ему в дорогу сбережения, или же он сам их «взял» после его смерти, то один чёрт не выходит. Все знали, что стоимость жизни в Сияющем граде была куда выше, чем в северных королевствах. Да мы сами убедились в этом сполна, платя серебром за ветхое жильё. Зато на деньги здесь можно было купить что угодно, даже землю и титул. Это-то и манило сюда богатых купцов и наворовавшихся чиновников, решивших, что на их век хватит и пора пожить для себя, больше не рискуя потерять голову на плахе. Но чтобы содержать такое количество охраны, это сколько же нужно регулярно тратить? Тем интереснее было познакомиться с новой жизнью этого ублюдка поближе.
— «А ещё у него может оказаться что-то ценное для нас», — голос Беса, как всегда, взывал к моей алчности. Но в этот раз я был с ним даже согласен.
* * *
Гвидо сидел на стуле, закинув ногу на ногу, и без особого интереса наблюдал за тем, как его подручные со знанием дела избивают связанного человека. Тут главное не перестараться, ведь тогда заказчик может остаться недовольным, окончательно потеряв возможность вернуть свои деньги. А своей репутацией Гвидо дорожил, ведь в этом бизнесе она значила едва ли не больше, чем люди и связи.
Перебравшись в Сияющий град, он быстро понял, что тех средств, которые обнаружились в казне его отца, не хватит даже на пару месяцев роскошной жизни, о которой он так грезил. Сделка с ковеном не состоялась, а значит, и виноградник с поместьем ему не достались. Но Гвидо был из тех людей, которые добиваются своего несмотря ни на что. Не то что местные изнеженные рохли, сколотившие состояния и отправившиеся на покой в благодатный край, позабыв о том, что жизнь — это постоянная борьба. Среди них хватало тех, кто, не рассчитав свои возможности, тратил больше, чем следовало. А долги, как известно, нужно возвращать. Когда за долгами пришли к самому Гвидо, он устроил засаду и убил всех подосланных людей. А позже сам заявился к кредитору, предложив свои услуги взамен тех неудачников.
С тех пор он работал на важных людей города, и те его работой были весьма довольны. Со временем он стал не только выбивать долги, но и сам вгонять в них неосторожных и самодовольных идиотов, тем самым ширя свой бизнес и преумножая собственное благосостояние.
Вот и сейчас он с некоторой ленцой смотрел на очередного неудачника, которому вдруг резко расхотелось платить после бурной ночи. Две забитые им насмерть продажные девки тянули на полсотни золотых. По крайней мере так было указано в бумаге, которую он, будучи вусмерть пьяным, подписал, когда увозил их из Дома удовольствий к себе в поместье для забавы. Ну разве от пары грубых затрещин и ударов розгой кто-то умрёт? Какого же, наверное, было его удивление, когда, очнувшись не самым ранним утром, он обнаружил подле себя их хладные тела.
На вопросительный взгляд одного из своих людей Гвидо положительно кивнул. И тот махнув тесаком, отрубил мизинец орущему парню. Отличительный знак его работы, о котором уже многие знали в городе. Один палец — должник отказался всё решить мирным путём сразу. Два пальца — не собрал нужную сумму в первую декаду. До трёх пальцев доходило крайне редко, так как его заказчики, да и он сам, не работали с теми, с кого нечего было взять.
Оказавшись здесь, перед Гвидо, все эти прогоревшие торгаши и влезшие в долги аристократы вели себя одинаково и кричали об одном и том же. В какой-то момент времени это даже начало утомлять его, и сам он перестал марать руки, доверив грязную работу своим людям. Пожалуй, в последний раз он по-настоящему повеселился, когда судьба неожиданно свела его с тем купцом, Квилькомом. Неудачный для того контракт привёл его прямиком в руки Гвидо, и это стало единственным случаем, когда долг заказчику вернул он сам. Однажды он доберётся и до нанятых купцом наёмников, оставшихся по ту сторону Торгового залива. Судьба обязательно даст ему шанс расквитаться с этим напыщенным Мазаем, посмевшим покалечить его!
 
Может, тоже заказать себе девку поразвлечься? Уж Гвидо-то знал настоящие расценки за такого рода удовольствия, и мог себе их позволить.
С этими мыслями он встал со стула и, не обращая внимание на нытьё и всхлипы лишившегося пальца человека, отправился к себе в кабинет.
О том, что кто-то пробрался в комнату, он узнал почти сразу, как зашёл внутрь. Взгляд не находил никого, но не раз выручавшее его чутью кричало, что он здесь не один. Стараясь не подавать виду, он хотел выйти обратно в коридор, но дверь за его спиной захлопнулась сама собой.
— Не торопись, Гвидо. Ведь мы ещё даже не поговорили.
Спокойный голос казался знакомым и не сулил ничего хорошего.
— Если хочешь что-то сказать, то хотя бы покажись.
Сам он потянул саблю из ножен, готовясь встретить противника. Защитный амулет под шёлковой рубахой холодил кожу и внушал уверенность. Но будет лучше…
— Только не зови гостей, — будто прочитав его мысли, посоветовал неизвестный. — А то разговор получится совсем коротким.
Навстречу из тени шагнула фигура в обычной тёмной одежде. Лицо мужчины было прикрыто повязанным платком, но даже оставшихся открытыми серых глаз хватило Гвидо, чтобы вспомнить, где слышал этот голос раньше.
— Мазай, — хмыкнул он. — А ведь я почти испугался. Думал, кто-то решил серьёзно за меня взяться. А это всего лишь ты.
— Всего лишь? Хм… Помню ты и от всего лишь меня удирал через окошко и бежал потом до дома папочки, просить защитить его обиженного сыночка. Ох и намучался он с тобой. Слышал даже, что он вскоре после твоего возвращения домой и вовсе внезапно умер. Уж не ты ли его так отблагодарил?
— А если и я? Что с того? Неужто ты за него мстить собрался?
— Зачем? Вы стоили друг друга, и наверняка скоро встретитесь. Меня больше интересуют камни, которыми вы приторговывали. Вот, решил убедиться, не осталось ли у тебя чего с тех самых пор. И ведь не зря!
В руках наёмника появилась шкатулка, которая до этого была спрятана в тайник. Уж кто-кто, а Гвидо знал, как жизнь может поворачиваться к тебе то одним, то другим местом. Хотя бы по опыту всех его «клиентов». А потому под одной из половиц хранил последний жертвенник, который он решил приберечь на чёрный день, а вместе с ним десять золотых и несколько крупных самоцветов. Тайник, конечно, был не единственным, но всё же…
— И что ты этим хочешь мне сказать? Что если отпущу тебя с находкой, то ты уйдёшь с миром?
— Знаешь, подобные мысли действительно могли бы прийти в мою голову. Но до меня дошли слухи… Что не так давно у тебя состоялась встреча с ещё одним нашим общим знакомым, купцом Квилькомом. И он эту встречу не пережил.
— Выходит, что и разговор был зря? — спросил Гвидо, сам уже продумывая план отступления.
Мазай — слабенький маг, и без поддержки своих бойцов мало что сможет сделать. А вот люди Гвидо придут по первому его зову, нужно лишь крикнуть погромче. К тому же новый защитный артефакт был на порядок сильнее прежнего, и выдержит несколько ударов полноценного боевого мага, а не то что этого недоучки. Даже странно, что он так уверенно себя ведёт, будучи пойманным на краже. Блефует?
— Зря? Но почему же? Просто я подумал, вдруг ты поделишься со мной информацией, где спрятал остальное? Тебе оно всё равно уже ни к чему.
— Вот как? Что ж, ведь я тоже буквально недавно вспоминал о тебе и твоих людях. Кстати, они тоже где-то здесь? Нет? Что же ты не привёл их с собой? Одному тебе, боюсь, в клетке будет одиноко.