Гори, пламя мое! (СИ)

Прикасаюсь наконечником к полу и использую Прах. Самый высококачественный, что когда-либо видел. Изъятый у Айронвуда. На лице Озпина успевает мелькнуть растерянность, когда он падает на колени. Такой Гравитационный Прах может помочь даже против невероятно сильных Охотников. Кажется, Озпин совсем не ожидал, что у меня он есть и моих навыков по использованию Праха достаточно для его применения.
Защитный купол вместе с самим Озпином падает. Я не медлю ни на мгновение. Тут же совершаю рубящий удар копьём перед собой. Огненный слэш, использующий силу из глубин души, направляется к врагу.
От автора: на Бусти доступна 149 глава! Ссылка на сайт есть в примечаниях автора и в профиле.
 Глава 141 
 RWBY: бессмертный идет убивать часть 6 
Враг принимает удар на свою трость. Ровно секунду она выдерживает огненный слэш, а затем разделяется на две половинки. Запах паленой плоти, и глухой стон противника. Я смог пробить защитную оболочку Озпина, но, к сожалению, он прикрылся левой рукой. Теперь она висит плетью вдоль тела.
Не убил и даже не лишил руки, но всё равно нанёс очень серьёзную травму. Судя по глубине раны, кость повреждена. Пользоваться этой рукой в бою Озпин больше не сможет. Это делает его значительно слабее. Также пострадала его трость. От неё остался жалкий обрубок. Врагу будет непривычно сражаться с помощью него. Не стоило Озпину делать оружие полым. Может быть, тогда смог бы защититься с помощью него и не жертвовать рукой.
— Озпин! — Гудвич на мгновение отвлекается на своего начальника. Этой оплошностью пользуются Охотники. Тот, что договаривался со мной о битве, рубит женщину своим двуручником от плеча до пояса. Приём простой, очень старый и распространённый, но при этом чудовищно эффективный. Он позволяет вложить практически всю силу мечника в удар.
Гудвич могла защититься от него. Банально бы уклонилась. Но Охотник удачно подгадал момент, когда она как раз отвлеклась.
В первые мгновения профессор Бикона держался. Меч скользил по её защитной оболочке. Но по лицу женщины было понятно, что она проиграла. Как минимум осознала своё поражение. Когда клинок достиг её живота, прозвучал треск стекла. Аура не выдержала давления. Следом сразу же в воздухе появились капли крови. От живота до пояса у Гудвич возникла глубокая рана. Её белоснежная блузка быстро начала превращаться в бордовую. Но даже получив рану, преподаватель Бикона не сдался. Или, скорее всего, просто захотел избавиться хотя бы от одного врага. Отомстить.
Женщина схватилась одной рукой за рану, будто ей это поможет остановить кровь, а другой направила свой стек на Охотника с двуручником. Судя по тому, как пространство около «оружия» Гудвич начало дрожать, она хотела ударить чем-то серьёзным. Охотник уже начал было делать новый замах, как преподавателя Бикона… снесли ударом щита. Атака Проявлением полетела в потолок. То самое место, где был часовый механизм.
Гудвич только начала подниматься на ноги, как ранее атаковавший её человек… со всей силы ударил женщину ногой в грудь. Профессор Бикона вновь полетел. Только на этот раз прямо в панорамное окно, которое оказалось тут же пробито. Гудвич устремилась к земле с самой башни Бикона. Крик соратницы Озпина заглушил грохот падения некоторых частей часового механизма.
— Никогда не любила эту стерву, — раздался грубый… женский голос Охотницы, что и избавилась от Гудвич.
— Озпин, — обратился мужчина с двуручником к директору Академии, — тебе есть что сказать перед смертью?
Усталый противник только открыл рот, но его тут же прервали. Это был не я. И даже ни один из Охотников нашей группы.
 
Вновь звук бьющегося стекла. Почти что все в кабинете Озпина повернулись в ту сторону, откуда он прозвучал. Можно было подумать, что Гудвич каким-то образом залетела обратно к своему начальнику или это сделал кто-то из Охотников. Прыгнул с пролетающего рядом буллхеда, например. Но нет. Это был массивный, что от его приземления дрогнул пол, мускулистый, будто является ещё одним экспериментом учёных Мерло Индастриз, Гримм с собачьими чертами и крыльями за спиной, которые для удобства тут же оказались сложены.
Охотники при появлении тёмной твари направили на неё оружие и больше из-за рефлексов, чем осмысленно, хотели атаковать монстра. Собирались это сделать, но замерли, когда Гримм неожиданно для всех заговорил:
— Оз-ма! — монстр смотрел в сторону Озпина, полностью игнорируя наличие в его кабинете других лиц. — Озма! Ты должен умереть!
Озпин застыл. Впервые на лице директора Бикона я увидел нечто похожее на… страх. Даже мой огненный слэш не смог вызвать у противника эту эмоцию, хотя вполне был способен убить его.
Я тоже замер на месте. Озма. То самое имя, которое случайно произнесла Саммер во время нашей беседы о бессмертных. Так выходит, что Озпин?..
Сам не понял, как стилет Бога Тьмы оказался в моей руке, а другое оружие было убрано. Лишь осознал, что между мной и Озпином расстояние гораздо меньше, чем мгновение назад.
Беллатриса и Софи погибли из-за одного из бессмертных. Точнее, скорее всего, из-за их игры. Теперь они гарантированно умрут. Даже если чёрный дракон неожиданно передумает.
Озпин вздрогнул. Мне казалось, что действовал я крайне тихо и быстро, но враг почуял для себя угрозу. Он оторвал взгляд от Гримм, вероятно, посланного самой Салем, и посмотрел на меня. Следом понял, что его привлекло. Враг быстро перевёл взгляд на стилет, который я старался держать таким образом, чтобы его сложно было заметить, для осуществления неожиданной атаки.
Гримм тоже отвлёкся на меня, но быстро потерял интерес. У него словно стояла задача убить Озпина, и ничего другое тёмную тварь не интересовало.
Монстр и я практически одновременно оказались возле бессмертного. Когда наши удары должны были его настигнуть, Озпин использовал своё Проявление, создал вокруг себя зелёную сферу. Она продержалась всего ничего, но позволила врагу отскочить на безопасное расстояние.
Гримм своим новым рывком чуть ли не снёс меня. Пришлось уклоняться от его задних лап. Я смог это сделать, а вот Озпину, на котором тварь и сосредоточилась, повезло не так сильно. На груди второго бессмертного появилась ужасная рана в виде трёх глубоких следов от когтей.
Мужчина с гримасой боли на лице свалился на одно колено и тяжело задышал. Гримм вновь замахнулся своей огромной лапой для завершающего удара… Нельзя позволить ему убить Озпина! Тогда он просто сменит свой сосуд, и мне придётся заново его искать!
Я атаковал тёмную тварь молнией. Удар Гримм пролетел мимо Озпина. Монстру моя магия однозначно не понравилась. Но… эта была лишь боль. Причём короткая. Гримм очень быстро пришёл в себя. И вновь начал замахиваться на бессмертного. Твари было все равно, что ранее кто-то причинил ей неприятные ощущения.
— Не спеши! — с этими словами Охотник с двуручником пробует разрубить заднюю лапу Гримм…
— Озпин наш! — а женщина с щитом пытается его сбить…
Но у них ничего не получается. Оба будто не ударили по тёмной твари, а пытались разрезать и столкнуть целую гору. Гримм словно не заметил их усилий. Возможно, так и было, ведь меч Охотника не оставил даже самой маленькой царапины.