Гори, пламя мое! (СИ)

Нужно будет как-то узнать, сколько людей пострадало от сегодняшних взрывом. Не бандитов, а самых обычных прохожих. И число фавнов. Конечно, людей гораздо больше в столице Мистраля, но и фавнов много. Возможно, следует подкупить журналистов, чтобы они как-то упустили из виду пострадавших фавнов. Не стали говорить о них, будто задело только одних людей.
— О чём задумался, Лонг? — похлопав по плечу, привлёк к себе внимание Керей.
Я поднял голову и слегка улыбнулся:
— О мире во всем мире!
— Хороший же ты парень, приятель! — искренне улыбнулся мне в ответ Керей. — Как минимум к нам относишься нормально!
(***)
Учебная неделя пролетела довольно быстро. В пятницу Малахит доставили письмо. Его содержимым был локон чёрных волос, фото того, у кого он срезан, и само послание, гласящее, что лидеру банды Паук следует явится на один из складов на окраине города в субботу ранним вечером. Обязательно одной.
Благодаря наблюдению за Малахит в течение нескольких месяцев смог спрогнозировать её поведение довольно точно. Она, конечно же, не пришла одна. Захватила с собой практически целую армию, которая и штурмовала склад, когда в него заехала чёрная тонированная машина. Склад вместе с армией Малахит взлетел на воздух. Сканеры Праха членам группировки Паук не помогли. Взрывчатка вновь была сделана мной самим. Полиция, к слову, до сих ломает голову, как я замаскировал такую гору Праха в разных точках города.
В самой машине никого не было. Специально изготовил аппаратуру для дистанционного управления через свиток. Тривии понравилось. Написала, что это лучшая детская игрушка в её жизни. А фейерверк вообще вызвал восторг. Роман косился на неё, как на сумасшедшую.
Прямо во время взрыва новый курьер, ибо старого запытали, доставил ещё одно послание во временный штаб Малахит. На этот раз в конверте содержался палец, новое место встречи и дата. Под конец было напоминание, что, если ещё раз нарушатся условия переговоров, Малахит принесут голову одной из дочерей. На девушек в общем приходится пальцев сорок. От одного не обеднеют. Тем более они в моем представлении даже не дети. Ровесницы той же Тривии.
На следующий день Малахит прибыла на буллхеде к бункеру-лабиринту, где проводилось испытание Хейвена для поступления в Академию. Место это было выбрано специально. В нём очень легко затеряться. И своей силой, не боясь на этот раз раскрыть всю её мощь, я могу сделать дополнительные проходы.
Возле входа в бункер-лабиринт Малахит встретил Роман. Женщиной она была низкой и тучной. Имела, в отличие от своих дочерей, светлые короткие волосы. Опять же, в отличие от них, красивой её назвать было нельзя. Казалось, что она даже намерено портит свою внешность неподходящей одеждой и макияжем. Как таковых боевых навыков не демонстрировала. Но я не обманывался. Главой одной из крупнейших банд Мистраля не стать, если не уметь постоять за себя.
На этот раз свою внешность было решено не скрывать. Но, как я и предполагал, Малахит изначально думала на Романа. Его костюмы очень запоминающиеся. И ещё в последнее время в преступном мире он приобрёл какую-никакую известность. Занимался скупкой интересных мне вещей, покупал и торговал информацией, нанимал заинтересованные лица для определённых видов работ и прочее. Все эти дела он проворачивал под моим чутким контролем и прикрытием Тривии поначалу. Мне не хотелось как-то глупо терять исполнителя. Поэтому обучал его и страховал. Короче говоря, он примелькался в преступной среде и за неделю по описанию выживших был опознан. Правда, Малахит с членами своей группировки не могли знать, работает Роман на себя или просто рядовой член таинственной группировки. Вообще, в народе рыжий получил неоднозначную репутацию. На кого работает — неизвестно. Чего добивается — непонятно. Какие имеет ресурсы — сказать сложно. За это всё он и получил в преступной среде своё прозвище…
 
— Мутный, — с едва сдерживаемой злостью произнесла Малахит, впиваясь своими ногтями в ладони. — Так это всё же ты стоишь за похищением моих дочерей? Где они⁈ Что тебе надо⁈
— Не я, — довольно спокойно произнёс Роман, опираясь на трость.
Вообще, когда тебе часто угрожают смертью, можно неожиданно приобрести навык оставаться всегда спокойным в стрессовых ситуациях. Или сойти с ума от этого самого стресса. Трость, на которую сейчас опирался рыжий, была его недавно изготовленным оружием. Сейчас, когда весь Мистраль ищет людей, что устроили взрывы по всей столице, у Торчвика и Тривии неожиданно появилось время, чтобы сконструировать себе оружие. Роман завершил свой образ франта тростью. Она ему действительно подходила.
— Что надо? — Рыжий развёл руки в стороны. — Вот это уже спросишь у моего босса. Он особо не делился планами на твой счёт. Пошли в бункер.
Не особо опасаясь удара в спину, рыжий повернулся ко входу в бункер-лабиринт и быстро зашагал по известному ему пути. Разместились мы не прямо возле входа. Надо было пройти как минимум минут двадцать, чтобы достигнуть нас. Это дало бы время на побег, если кто-то попытался бы проследовать за Малахит.
Малахит во время пути пыталась вызнать побольше информации у Романа, но тот продолжал всю дорогу упорно молчать, либо в редких случаях просто говорил, что ничего не знает.
Роман привёл лидера Паука в тот зал, в котором находился я. Отойдя к стене, он попросил пройти дальше. К незанятому стулу. На втором уже расположился я.
— Это не мой ребёнок.
— Конечно я не ваш. Ваши дети в другом месте, — ответил Малахит.
— Ты не выглядишь так, будто тебя тоже похитили, — сказала Малахит, осторожно присаживаясь на стул в нескольких метрах от меня. Она бросала время от времени взгляды на Романа, но полностью терять меня из виду тоже не стала. Я был, по её мнению, подозрительным.
— Прекратите смотреть на Романа. Он обычный исполнитель, — Малахит сузила глаза, когда услышала мои слова. В последний раз посмотрев на рыжего, она увидела, что он кивнул. Затем женщина перевела свой изучающий взгляд на меня.
— Тогда кто ваш босс?
— Я и есть босс.
— Не шути так со мной, мальчишка!
Она подскочила со своего места и чуть ли не кинулась на меня, но, заметив подозрительный пульт в моих руках с одной-единственной кнопкой, который я резко прекратил вертеть, замерла. Ещё помнила то, что мы любим устраивать взрывы с незаметными для детекторов бомбами.
Я раскрыл и бросил Малахит свиток. На нём велась трансляция. Дочери лидера банды были прикованы к стулу, а на самих девушках висело очень много взрывчатки.
— Если нажму на кнопку, они умрут. Надо объяснять, от чего? — Малахит криво улыбнулась. Я понял ход её мыслей. — Да, вы правы. Если не нажму, взрыва не будет. Но вы помните некую Тривию Ваниле? Очень запоминающаяся девочка… Особенно взгляд. Розово-коричневая гетерохромия. Так вот… Она сидит в соседней комнате и наблюдает за происходящим тут, с вон той камерой, — я указал на камеру. — Если со мной что-то случится или запись неожиданно прервется, ваши дети умрут от её рук.