Гори, пламя мое! (СИ)

— Эй! — возмутился я для вида.
— … но сильный партнёр, — Беллатрис закончила с печалью в голосе. — Я думала, что сама смогла с ним подружиться и лишь по счастливому случаю оказалась следом в одной команде с этим парнем. Была рада, что он, несмотря на мою принадлежность к фавнам, не отвернулся от меня. Лонг, ты сделал вид, что словно даже не удивлён наличию у меня выдвижных когтей. А то, что заступился за меня в драке, честно говоря, привело в радость. Ты же не глупый… Должен был понимать, что защита фавна дорого обойдётся для твоей репутации, так? Я думала, что смогла найти отличного друга и товарища. Ты не можешь представить, насколько это на самом деле важно для меня. Просто я очень рано открыла в себе другие стороны своего Проявления. Смогла понять, что все очень много врут. Я… устала от лжи. Просто не люблю её. Имея возможность всегда узнать правду, очень сложно считать лгущих тебе в лицо личностей друзьями. На самом деле, я уже долго не могу кого-то искренне принять в качестве своего друга. В родной деревне я зову друзьями нескольких фавнов, но они… Они на самом деле ими не являются. Я по тем или иным причинам сильно разочаровалась в них, — вид у Беллатрис был такой, будто она вот-вот может расплакаться. Девушка всё это время не сводила с меня взгляда. Надеялась, что совершила ошибку и сделала неправильный вывод. — Ты смог весьма быстро возродить во мне веру в людей, в дружбу. Но сейчас… Это же всё было не по-настоящему, правда? Дядя привлёк тебя для моей охраны и помощи в учёбе. Не знаю, чем он тебя подкупил, но ты на него работаешь… Вначале ты помог мне пройти испытание. Смотря на это сейчас, я понимаю, что могла с лёгкостью его провалить без твоей помощи. Потом не отвернулся от меня из-за того, что я была фавном. Следом защитил, вступился за меня в драке с товарищем по команде, не дав разочароваться в Охотниках, в людях… И в конце концов помог в туннелях, где я могла умереть от одной из сторон конфликта…
Роман и Тривия. Беллатрис узнала эту парочку по их «звукам». Первый говорит, что я его босс в открытую, вторая мне подчиняется, что также указывает на моё главенствующее положение в нашей тройке. Она обнаружила их во время слежки. Но не стала ничего предпринимать, ибо была уверенна, что их послал Лайонхарт. Такое впечатление могло сложиться потому, что, вероятно, впервые Беллатрис заметила Тривию на встрече с Лайонхартом. Следом был сделан вывод: если я их главный, а те, по предположению Беллатрис, выполняли указ директора Академии, то и моя персона служит ему. Она действительно считает, что Лайонхарт дал мне задание следить за ней, втереться в доверие, подружиться и защищать. Взамен я должен был получить что-то ценное. Это «разбило сердце» Беллатрис. Девушка изначально полагала, что я полностью с ней искренен, будто бы смогу стать её другом… Сейчас же она считает, что в наших отношениях нет ничего правдивого. Всё построено на лжи.
А ведь получается о её способности определять правду знает не так много людей. Возможно, не в курсе даже сам Леонардо Лайонхарт. Ведь Беллатрис считает, что меня послал именно он, а если бы директор Академии знал, что его агента можно так легко раскрыть, мужчина не стал бы рисковать. Подобное ухудшило бы отношения с ним…
— Кто ещё знает, что ты умеешь определять правду? — очень тихо спросил с таким видом, будто бы вскрылась неприятная… правда.
— Ты первый, — Беллатрис вновь отвела взгляд. — На самом деле, я никому не говорила об этом. Не лгала, потому что не люблю ложь. Просто недоговаривала о своём Проявлении.
Разочарованная девушка, больше от меня ничего не услышав, только собиралась встать, как я усадил её обратно на себя. В её взгляде промелькнуло удивление и немного раздражение.
Если она сейчас пойдёт разбираться с Лайонхартом, у меня возникнут проблемы. Уверен, директору станет очень интересно, почему мои люди следили за его племянницей. Дополнительно следовало выправить взаимоотношения с Беллатрис. Польза от неё ещё не была получена. Жаль терять такой актив, хоть раз его не использовав.
 
— Ты веришь в любовь с первого взгляда? — спросил я, контролируя своё тело так, будто говорю одну правду и только её. — Я… В один из дней на прогулке вместе со своими знакомыми, рыжим и мелкой, увидел девушку внеземной красоты… — с помощью контроля тела создал румянец на щеках, а также отвёл взгляд, словно мне неловко говорить сейчас. — Моё сердце пропустило удар. Я стоял с открытым ртом и смотрел в одну точку несколько секунд после того, как она скрылась в толпе. Сердце, будто компенсируя пропущенный удар, забилось так сильно, что готово было выпрыгнуть из груди. Сам я к тебе… побоялся подойти. Ты бы посчитала меня странным ребёнком. Рыжий и мелкая решили мне помочь. Они следили за тобой, чтобы узнать, как к тебе можно подступиться, чтобы ты меня не отвергла сразу… Чем больше с помощью них я о тебе узнавал, тем сильнее влюблялся, — я резко перехватил руки Беллатрис и сплел наши пальцы. С любовью во взгляде смотря на неё, продолжил: — Ты даже не представляешь, насколько я был рад оказаться с тобой в одной команде. В ту ночь, несмотря на драку, долго благодарил всех известных мне Богов… Меня не посылал твой дядя. Мои ребята не следили за тобой по его поручению. Да, в лабиринте я нашёл тебя специально. Но лишь из-за искреннего желания наконец познакомиться и помочь всеми силами. Под горой я оказался потому, что действительно хотел освободить фавнов… — замолчал на несколько секунд. Сделал вид, словно на что-то решаюсь. — Беллатрис, д-давай встречаться?
Лицо девушки по мере моего монолога становилось всё более красным. Сейчас, даже с учётом её смуглой кожи, она была похожа на спелый томат. Последние мои слова… Показалось, что в Беллатрис выстрелили. Она дрогнула всем телом. Резко подскочила на ноги. Отвернулась. На негнущихся ногах прошла к двери, открыла её и сорвалась с места в свою комнату. Кажется, до того, как она скрылась в комнате, я успел услышать что-то между визгом и писком.
Ох, думаю, мне придётся играть влюблённого дурачка вторую жизнь подряд.
Хм… Она потом не научится же «слышать» и мысли? Не научится же, да?
 Глава 114 
 RWBY: подозреваемый на бессмертие 
Выйдя ранним утром в гостиную, ощутил, как разит чувством неловкости. Причём чувствовал это даже через стены. Всё благодаря технике ощущения тепла… Вышел я из своей комнаты далеко не первым. Все мои соседи, товарищи по команде, уже успели сделать утренние дела, потренироваться, сходить на завтрак и вернуться к себе. В разный промежуток времени. Между собой не пересеклись. Показательно заперлись в своих комнатах. Стали делать вид, будто вчера вот вообще ничего не произошло. Они не пошли досыпать. Кто-то сидел на кровати и нервно почесывал предплечья, кто-то просто ходил по комнате, намотав уже не малый километраж.
Так получилось, что я решил открыть дверь именно в тот момент, когда на свет божий решила выйти во второй раз и моя напарница. Беллатрис, бросив на меня только мимолетный взгляд, быстро закрыла за собой дверь. Избегает. Отлично. Как минимум, тратить время на какие-либо объяснения не придётся. Предположительно, скоро снова начнём нормально общаться, опять же, сделав вид, будто вчера ничего не произошло. Словно никакого признания с моей стороны не было.
Но шанс того, что и этот состав нашей команды окажется расформирован, всё же есть. Лайонхарт, словно настоящий шпион, за всем следит. Конечно, я сделал так, будто именно после разговора о близнецах Беллатрис покинула мою комнату с красным лицом. Причём на всех камерах именно это и отразилось. Даже если Лайонхарт смотрел всё в прямом эфире. Потому что его этот самый прямой эфир идёт с отставанием на десять минут. Это моё пространство для маневра, если фавн-лев увидит что-то не то. Я успею переделать записи, как это сделал вчера, и скормить ему дезинформацию. Но команду как раз могут распустить не из-за меня. Директору Академии может не понравиться реакция племянницы на других членов нашего отряда. На двойняшек с их очень тесными и весьма нетипичными для родственников отношениями. Хотя… Я ещё не проникся культурой Мистраля. Возможно, на деле тут такое и не порицают. А реакция моей напарницы… Ну, у неё может быть просто другое отношение к… подобной близости.