Гори, пламя мое! (СИ)

— Ты прав… Никто мне этого не позволит, — стремительный удар второй половиной копья Охотник еле успел заблокировать. — Но мне не нужно чужое одобрение.
Не успел он возразить, как с конца палки появился наконечник копья. Противник спешно отклонил голову. Аура Аурой, но, когда что-то острое попадает в глаз, это очень неприятно. Я воспользовался моментом слабости Охотника. Удар на пределе сил в колено заставил мужчину упасть на это самое колено. Не прошло и секунды, как новый сокрушительный взмах достиг его подбородка. Противник совсем растерялся и… пожалел. Его достигла совсем бесчестная атака. Я ударил ногой в пах. Аура защищает, но некоторые части тела гораздо чувствительнее других. Обе руки противника переместились на травмированную область. Я поймал вторую половину своего оружия, выпавшую из его руки. Одним движением оказавшись за спиной Охотника, обхватил его шею и стал применять удушающий. Мужчина захрипел. Когда думал, что победа у меня уже в кармане, он резко поднялся на ноги, а затем оттолкнулся от земли, полетев спиной назад. Почувствовал удар о корпус буллхеда. Хват ослаб. Удар, но уже не такой сильный, повторился. Пришлось выпустить мужчину.
Мы оба упали на землю. Голова немного кружилась. На буллхеде осталась заметная вмятина. Мужчина пытался спешно отдышаться. Даже в темноте я понимал, что он смотрит на меня с ненавистью.
— Ты попал, парень, — прохрипел он, поднимаясь на ноги.
На этот раз я тоже успел произвести внезапную атаку. Собранное копьё должно было своим наконечником поразить голову противника, но он весьма умело увернулся от него. В следующее мгновение я потерял Охотника из виду, чтобы почувствовать невероятно мощный удар в грудь. На буллхеде вновь появилась вмятина. Даже больше прежней. На секунду от боли тело забыло, как вообще дышать.
— Если удары достаточно сильны, защитная оболочка вокруг наших тел, даже при хорошем уровне Ауры, схлопывается на долю мгновения. Большая часть людей этого даже не замечает, ведь Аура чаще всего успевает вернуть защиту, пока серьёзные повреждения не нанесены, но боль от такого пропущенного удара не самая приятная. И всегда есть риск, что Аура всё же не успеет спасти пользователя… Один точный сильный быстрый удар. Именно так всевозможные наёмники убивают пользователей Ауры.
— А ты можешь рассказать того, чего я не знаю? — произнёс, с трудом поднимаясь на ноги.
— Какой ты начитанный, — с недовольством произнёс мой противник, а затем устало выдохнул, чтобы продолжить уже куда более спокойно. — Ладно, парень, не дури. Мы оба знаем, что я тебе наваляю, поэтому просто сдайся, ок? Мне не хочется делать больно детям.
Я почувствовал, как в зоне моей тепловой чувствительности появилось несколько объектов. Магия огня мной не использовалась по той причине, что мне не хотелось привлекать внимание к аэродрому своим огненным шоу. По плану я желал просто тихо угнать буллхед. Никто не должен был знать, что моя личность как-то в этом вообще замешана. Но появился Охотник. И, похоже, шум сминаемой обшивки буллхеда был очень хорошо слышан в ночной тишине. Или всё дело в том мимолетном прикосновении к свитку, которое он успел сделать?
— Наверное, у меня уже нет выбора, — я зажёг пламя, покрывая им свою ладонь. Охотник заметно напрягся, пробормотав под нос слово «Проявление». Из пространственного кармана был извлечен маленький, можно даже сказать, крохотный, пакетик с белоснежными песчинками, ледяным Прахом. Он оказался зажат в ладони, и его тут же окутало пламя. Горящий пакетик был брошен в сторону Охотника. Он тут же начал уклоняться от маленького снаряда, но… Пакетик взорвался. Ничего опасного, как, наверное, предполагал Охотник, не произошло. Просто большую часть аэродрома обволок густой туман, из-за которого дальше собственного носа было не видно.
 
— Вот же мелкий паразит! — ругнулся охотник, выйдя из тумана возле здания аэродрома.
— Макс? — к Охотнику обратился мужчина примерно его возраста, за которым стояли ещё два человека. Новые действующие лица моего противника не особо удивили. Кажется, во время нашего «сражения», нажав на кнопку своего свитка, он всё же послал сообщение. — Что произошло? С кем ты столкнулся?
— С нашей целью, — ответил Макс, посмотрев на своего напарника. — Мальчишка был тут. Но как-то почуял ваше появление и смылся.
— Мы провалили настолько простое задание, порученное нам самим директором Теодором? — с хмурым видом поинтересовался другой, что до этого молчал.
— Не беда. Выследим вновь. Теперь мы знаем цель мальчишки.
Охотники некоторое время ещё были на аэродроме. Когда туман исчез, они обыскали на всякий случай все летательные аппараты. Но их навыков оказалось недостаточно для того, чтобы найти меня в одном из них. Должен отметить, они приняли весьма мудрое решение оставить одну пару тут, пока другая пошла прочесывать город.
Я выбрался из-под сидения пилота и сел на него. Мой противник считал, что я убежал. Это было не совсем так. Зачем убегать, когда цель так близка?
Буллхедами я, конечно, управлять не умел, но видел, как это делали профессиональные пилоты. Ещё у меня есть огромный опыт вождения разнообразного транспорта. Поэтому должен был справиться не с самым сложным самолётом в своей жизни. Немного подумав, повернул ключ зажигания и нажал на кнопку, которая больше всего напоминала ту, что активирует двигатели.
«Подогрев сидения включён», — донёсся до меня голос бортового компьютера.
Что же… Все совершают ошибки.
Через несколько секунд, когда я уже привлёк своими действиями дуэт Охотников, что остался на аэродроме, меня резко вдавило в кресло пилота, а буллхед, снеся небольшую часть стены, взмыл в ночное небо.
(***)
На экране возникла фигура директора Академии Бикон, Озпина. Он, как и его коллега, сидел за своим рабочим столом. Но если Озпин был довольно расслаблен и медленно попивал какой-то напиток из большой чашки, то Теодор был похож на взведенную пружину.
— Мои люди не смогли поймать мальчишку, Озпин! — выдал Теодор вместо приветствия. Отношение к подобному началу разговора директора Бикона было сложно понять. Половину лица прикрывала чашка, а глаза — чёрные очки.
Озпин выдохнул:
— Кого конкретно? — Теодор был… не самым спокойным и последовательным человеком. Он мог говорить о ком угодно.
— Лонга. Того самого мальчишку, что копался в моём свитке и пытался вынюхать что-то об Академии Шейд.
Озпин припомнил разговор о слишком любопытном юнце и кивнул, говоря тем самым Теодору продолжить.
— Я послал за ним одну из лучших команд, что была свободна от миссий, но он ускользнул от них. Вначале хорошо показал себя в сражении с капитаном отряда, а поняв, что его окружают, тут же убежал, угнав буллхед команды.
Озпин ещё раз кивнул. Пока особых причин беспокоиться, на самом деле, не было. Сражался с каким-то взрослым Охотником на одном уровне? Бывает. Даже победи он всю группу, это не особо привлекло бы внимание директора Академии Бикон. Он вообще считал, что Теодор связался с ним только потому, что его гордость была уязвлена каким-то мальчишкой. Ах, да, ещё он являлся немного параноиком, и решил об этом тут же напомнить.