Вторжение

1. Ничего не строить для окончательного регулирования, но исподтишка подготовить все для этого.
2. Мы подчеркиваем, что мы приносим свободу.
Крым должен быть освобожден от всех чужаков и заселен немцами. Точно так же австрийская Галиция должна стать областью Германской империи.
В настоящее время наши взаимоотношения с Румынией хороши, но никто не знает, как эти отношения сложатся в будущем. С этим нам нужно считаться, и соответственно этому мы должны устроить свои границы. Не следует ставить себя в зависимость от благожелательства третьих государств. Исходя из этого, мы должны строить наши отношения с Румынией.
В основном дело сводится к тому, чтобы освоить огромный пирог с тем, чтобы мы, во–первых, овладели им, во–вторых, управляли и, в-третьих, эксплуатировали…" При этих словах Борман, не отрываясь от бумаги и не глядя на фюрера, заулыбался и продолжал писать: "Русские в настоящее время отдали приказ о партизанской войне в нашем тылу. Эта партизанская война имеет и свои преимущества: она дает нам возможность истреблять все, что восстает против нас.
Самое основное.
Создание военной державы западнее Урала не может снова стать на повестку дня, хотя бы нам для этого пришлось воевать сто лет. Все последователи фюрера должны знать: империя лишь тогда будет в безопасности, если западнее Урала не будет существовать чужого войска. Защиту этого пространства от всяких возможных опасностей берет на себя Германия. Железным законом должно быть: "Никогда не должно быть позволено, чтобы оружие носил кто–либо иной, кроме немцев".
Это особенно важно. Даже если в ближайшее время нам казалось бы более легким привлечь какие–либо чужие, подчиненные народы к вооруженной помощи — это было бы неправильным. Это в один прекрасный день непременно и неизбежно ударило бы по самим себе. Только немец вправе носить оружие, а не славянин, не чех, не казах и не украинец. Ни в коем случае мы не должны проводить "колеблющейся" политики. Англичанин всегда отличается равномерным преследованием одной линии, одной цели. В этом отношении мы обязательно должны учиться у англичан; соответственно тому мы не вправе ставить наши отношения в зависимость от отдельных личностей. И тут примером должно служить поведение англичан в Индии по отношению к индийским князьям: солдат ведь всегда обеспечивает режим.
Новоприобретенные восточные районы мы должны превратить в райский сад. Они для нас жизненно важны. Колонии по сравнению с ними играют совершенно второстепенную (подчиненную) роль.
Даже в тех случаях, когда мы оккупируем отдельные районы, мы всегда обязаны выступать в роли защитников права и населения. Соответственно этому уже сейчас нужно избрать необходимые формулировки. Мы не говорим о новой области империи, а о необходимой задаче, выдвинутой войной.
В частности: в Прибалтике район до Двины по согласованию с фельдмаршалом Кейтелем уже сейчас должен быть взят под управление".
Совещание на время прервали. Гитлер позвал своих коллег в чайную, в которой никакого убранства, кроме лежащих на полу тяжелых ковров, не было.
Стол ломился от закусок и старых выдержанных вин, среди которых преобладали французские и балканские. Для каждого были приготовлены блюда по вкусу. Тщедушный, невзрачный Розенберг наслаждался русской икрой, завезенной перед самой войной. Прикрыв тучный живот салфеткой, Геринг охотно ел все, что ему подавали, и особенно любил сосать кости. Мартин Борман, закусывая, то и дело прикладывался к высокому бокалу с пивом.
Труднее было угодить самому Гитлеру. Вегетарианец, он не употреблял ни мяса, ни спиртных напитков; для него готовили тщательно протертые овощные и мучные блюда.
Появилась Ева Браун. С годами поблекшая, утратившая свежесть и красоту, она ревниво, до злости на самое себя, стремилась быть молодой: носила жемчужные ожерелья и бриллианты, красила губы, перевязывала со лба белые волосы бантом, массировала лицо, хотя у глаз и возле губ пролегли усталые морщинки, особенно выделявшиеся при улыбке: Подойдя к Адольфу, она наклонилась, что–то спросила шепотом и капризно поморщилась. Фюрер окинул быстрым взглядом сидящих и велел впустить фотографа.
 
Раскланиваясь, Пауль Гофман еще с порога щелкнул фотоаппаратом, прежде чем успели гости поправить салфетки. Сняв еще несколько кадров, Гофман, а следом за ним и Ева Браун удалились.
Оставшиеся, Гитлер и его приближенные, заговорили о том, как быстрее и лучше освоить уже завоеванные русские земли. Рейхслейтер Розенберг заметил, что, по его мнению, в каждом имперском комиссариате должно быть разное отношение к населению.
— На Украине нам следовало бы выступить с обещаниями в области культуры, пробудить историческое самосознание украинцев, словом, их надо бы…
— Мы в первую очередь должны обеспечить себя продовольствием, возразил Геринг.
— Постой, Герман, — перебил Розенберг. — На Украине следует развивать стремление к самостоятельности. И тогда украинцы будут плясать под нашу дудку. Этим можно вызвать раскол и резню между народами в России. Пусть они ненавидят и пожирают друг друга.
Возник обычный вопрос: имеется ли вообще культурная прослойка на Украине и есть ли украинцы, принадлежащие к высшим классам и проживающие вне России, среди эмигрантов.
— Разумеется, — крикнул Розенберг, слывший специалистом по нациям. Колониями проживают украинцы в Америке, в Аргентине…
— Что ж, по–твоему, заманивать их оттуда золотом? — насмешливо спросил Геринг. — Чепуха! На нас поработает Бандера со своими парнями. Он уже точит ножи против русских. Кстати, — обратился Геринг к фюреру, намерены ли мы посулить какие–либо районы нашим союзникам?
— Антонеску хочет получить Бессарабию и Одессу с коридором, ведущим на запад–северо–запад, — ответил Гитлер.
— Верно, мой фюрер, — кивнул Геринг и спросил: — Но будут ли надежны румыны? Не придется ли их брать за шиворот и гнать по этому коридору?
— Вполне возможно, — кивнул фюрер и заметил, что мадьярам, туркам и словакам не было дано никаких обещаний. — В случае нужды я буду им бросать объедки со стола, пусть грызутся…
В это время Розенберг удалился в кабинет, где только что совещались, и принес скатанную в рулон карту, развернул ее перед фюрером. Геринг предусмотрительно придержал край карты, а Розенберг вместо указки вооружился ложкой, стал водить по северным областям России.
— Советское государство напоминает мне огромную пустую бочку, заговорил Розенберг. — Достаточно ударить по обручам — и оно рассыплется.
— Уже разваливается. Советского Союза как такового нет. Это всего лишь географическое понятие, — заметил Гитлер.
— Да, мой фюрер, — согласился Розенберг и продолжал водить по карте. — Вот Прибалтика. Границы ее обширны, подступают к Петербургу у озера Ильмень, затем врезаются клином в земли Московской губернии…
— Это ясно каждому школьнику, — зло бросил Геринг. — Правильнее будет присоединить к Восточной Пруссии различные части Прибалтики, например, белостокские леса.
— Вся Прибалтика должна стать областью империи, — растягивая слова, сказал Гитлер.
— Вот именно, — подхватил Розенберг. — Это первый имперский комиссариат, легко поддающийся германизации. Прибалтика когда–то была нашей древней колонией.
— Там были владения баронов Розенберг? — переспросил Гитлер.
— Да, мой фюрер, вблизи Риги сохранился фамильный замок нашей семьи, — Розенберг ткнул ложкой в карту.
— Я дарю их тебе. Правь своими владениями, — сказал Гитлер.
— Благодарю, мой фюрер, — поклонился Розенберг и счел уместным, как министр оккупированных территорий, развивать свои мысли дальше:
— Второй имперский комиссариат охватывает территорию Белоруссии. Третий — самый большой, — Розенберг провел ложкой вдоль границ Украины. Его мы делим на восемь генеральных комиссариатов. К Украине отойдут Курск, Воронеж, Тамбов и Саратов. Административное управление на Украине возглавляют двадцать имперских комиссаров… И далее Кавказ. Южные народы испокон веков привыкли называть диктаторов своими покровителями. Мы пойдем им на уступки, во главе поставим гаулейтера и назовем его германским покровителем… На Кавказе много различных народностей: грузины, абхазцы, армяне, осетины, сам черт голову сломит, сколько их там развелось!.. Будет неудобно, а политически опрометчиво делать основным, скажем, грузинский язык. Это могло бы вызвать недовольство других народов этих областей. Поэтому стоит подумать о введении немецкого языка в качестве связующего все эти народы. Тем самым значительно увеличится немецкое влияние на Востоке.