Преданный (ЛП)

Я говорю себе, что это случайность. У нее должен быть какой-то скрытый недостаток. Девушка разбила мне губу и двинула коленом по яйцам. Хотя она отвечала Хейсу, и в этом контексте ее поведение было не только приемлемым, но и оправданным.
Что Хейс находит в ней такого оскорбительного? Ее нежелание спорить с ним? Неумение постоять за себя? Если мой близнец что-то и презирает, так это слабость. Он не знает, что Лиллиан пыталась отправить его яички в горло. Если бы узнал, то зауважал бы ее до чертиков.
— Ну, как все прошло? — спрашивает Райнхард, консьерж, когда я вхожу в вестибюль, мокрый от пота после пробежки. — Почувствовали энергию вихря?
— Конечно, — вру я. — Захватывающе.
Я провел по меньшей мере десять минут, стоя в том месте, где, как предполагается, находится электромагнитная энергия. И не почувствовал ничего, кроме волнения и мучительного вопроса — почему я не попросил Лиллиан пойти со мной? Ей бы понравился вихрь. А мне было бы приятно наблюдать, как она им наслаждается. Может быть, попрошу ее пойти со мной завтра. После того, как она купит нижнее белье.
Кстати…
— Где можно купить женское нижнее белье?
Райнхард усмехается.
— Это не для меня.
Он поднимает руки.
— Не осуждаю.
— Это для моей ассистентки. — Я качаю головой. — Они ей нужны. Я не покупаю их ей в подарок или…
— Как скажете. Это не мое дело. — Он показывает на коридор, который ведет к ряду магазинов. — Магазин женской одежды открывается в десять, но я могу впустить вас, если вы хотите купить то, что вам нужно.
— В десять. — Это через два часа. Мы должны встретиться с гидом в холле для экскурсии в девять тридцать. — Хорошо, давайте так и сделаем.
— Сюда, — говорит он, жестом приглашая меня следовать за ним. — Я позову Дебру из сувенирного магазина, чтобы она помогла вам найти то, что нужно для вашей подруги.
— Она не подруга.
— Я понимаю, — говорит он со знающей ухмылкой.
Я не могу убедить его, что покупка нижнего белья для Лиллиан — дело сугубо платоническое. И понимаю, почему. Она красивая, добрая, у нее улыбка, которая озаряет кажется все ее лицо. А еще веселая, умная и причудливая, что добавляет ее красоте изюминку.
А еще она моя сотрудница. И если есть что-то, что я отказываюсь делать, так это быть похожим на Августа. С самого детства Август использовал «Норт Индастриз» как свой личный бассейн для свиданий. Он переспал с каждой своей ассистенткой — моя мать была одной из них до того, как забеременела. Он забрал ее из приемной и поселил в своем замке.
Влечение к сотруднице, доказало бы, что я такой же, как он.
Мне следовало бы помнить об этом. И почаще.
 
 
Стоя у гостиничного номера Лиллиан, я не могу решить, что будет более странным — оставить пакет с трусиками у ее двери или вручить их ей лично. Поэтому хожу взад и вперед, рассуждая о плюсах и минусах, но когда дверь открывается и Лиллиан предстает передо мной в пушистом халате и тапочках, понимаю, что ждал слишком долго. Ее волосы собраны в пучок на голове, а на лице нет макияжа. Кажется, девушка ничуть не смущается этому.
— Хадсон? Что ты здесь делаешь? — Она оглядывает коридор. — Мне показалось, что я кого-то услышала… — Девушка прищуривается на меня. — Ты разговаривал сам с собой?
 Возможно. 
Ее лицо бледнеет.
— Я что, опоздала?
— Нет, я просто собирался оставить это у твоей двери, но не хотел показаться жутким, а теперь, когда я здесь, то понимаю… — Я вздыхаю и протягиваю ей пакет, мое лицо становится все горячее с каждой секундой. — Нет никакого не жуткого способа сделать это.
Она берет пакет и сразу же заглядывает внутрь.
— Тебе необязательно открывать его…
— Нижнее белье?
О, боже, она совершенно ошарашена. Так и должно быть.
Лиллиан достает из пакета трусики. Телесного цвета, шелковые, кружевные.
— Ты купил мне нижнее белье?
Я провожу рукой по своим потным волосам.
 
— Я знал, что у нас не будет времени до встречи с гидом, и консьерж предложил впустить меня в магазин. Я не смотрел на них. Мы попросили женщину из магазина подарков выбрать их.
— Вау. — Она снова заглянула в пакет. — Как ты узнал мой размер?
— Я угадал. — И теперь она знает, что я достаточно изучил ее тело, чтобы предположить ее размер. Это может привести меня в отдел кадров за сексуальное домогательство. — Пойду приму душ. — Я иду к своему номеру. — Встретимся в холле в девять тридцать.
— Хадсон, подожди.
Я останавливаюсь, держа руку на дверной ручке и приготовив ключ. Девушка делает несколько шагов в коридор. Мельком вижу ее бедра сквозь открытый разрез халата. И хочу рявкнуть, чтобы она прикрылась. Хочу завернуть ее во все ткани, какие только смогу найти, чтобы не дать себе заметить, какой гладкой выглядит ее кожа, и представлять, какова она на ощупь.
— Спасибо, что подумал обо мне.
Если бы она только знала, как часто я ловлю себя на том, что думаю о ней. Я внутренне стону и возвращаюсь к разглядыванию своей двери.
— Я думал лишь о нашем плотном графике. Мы не можем позволить себе ненужных прерываний. — Потом открываю дверь и проскальзываю внутрь, убедившись, что она плотно закрыта за мной.
Затем падаю лицом на кровать. Какого хрена я делаю?
 Лиллиан 
— Прости, он сказал «вертолет»? — Я надеюсь, что ослышалась, но не могу вспомнить ни одного слова, похожего на «вертолет». За исключением, может быть, велоцираптора. Так что если это не какая-то хрень из «Парка Юрского периода», то мы полетим по воздуху. В крошечном металлическом пузыре. И единственное, что будет удерживать нас в воздухе, это одна вращающаяся палка. Думаю, я лучше рискну с динозавром.
Хадсон сидит рядом со мной во внедорожнике, который забрал нас из вестибюля сегодня утром. Наш гид объяснил, что мы отправимся на воздушную экскурсию по различным каньонам и долинам, затем остановимся на обед и закончим у руин Анасази.
— Все будет хорошо. Я обещаю. — Он ни разу не поднял голову от своего телефона с тех пор, как мы сели во внедорожник, и его пальцы быстро двигались по экрану.
Я потираю руки о свои брюки цвета хаки, благодарная за то, что положила пару белых туфель-слипонов на случай, если у нас будет свободный день. Потому что ожидала, что поездка будет скорее деловой, чем развлекательной. Хадсон в джинсах, фланелевой рубашке и коричневых ботинках выглядит как только что из каталога магазина одежды для отдыха. Должно быть, он знал, что поездка не будет полностью деловой.
— Понравился ли вам вчерашний ужин в «Йия», — спрашивает наш гид с водительского сиденья.
Впервые Хадсон переводит взгляд на меня.
— Понравился. — Уголок его рта подергивается. — Это было восхитительно.
— Настоящее произведение искусства, — добавляю я.
— Шеф-повар Адакай родом из племени навахо, — объясняет он. — Он покинул резервацию, чтобы поступить в кулинарную школу, и в итоге стал работать в самых престижных ресторанах мира.
— Могу себе представить. — Я отказываюсь смотреть на Хадсона, боясь, что он рассмешит меня, но чувствую его взгляд на себе. — Мы ушли, желая большего.
Хадсон глушит свой смех рукой и кашляет, чтобы прочистить горло.
— Намного большего.
— Приятно слышать. Вы, ребята, можете поесть там сегодня вечером. Шеф-повар готовит специальное блюдо. Айани онишива.
— О, звучит интересно. — Я поднимаю брови на Хадсона, как бы говоря, что мы должны зайти туда на ужин перед ужином. — Что это?
— Яички буйвола.
Хадсон смеется, на этот раз вслух, не пытаясь этого скрыть.
Наш гид не смеется.
— Это деликатес.
— Вкуснятина. — Мой желудок сжимается и переворачивается сам по себе при мысли о том, чтобы вгрызться в яйца буйвола. — Не могу дождаться.
За лобовым стеклом появляется блестящий черно-белый вертолет. Хадсон задает нашему гиду миллион вопросов обо всех частях буйвола и о том, для чего они используются, но я не в состоянии поддерживать разговор, так как в моей голове на первый план выходят образы моей приближающейся смерти.