Сквозь страницы (СИ)

— Полезай в машину! Немедленно!
Меня же охватывает страх. Страх того, что я не могу понять его намерений. Моё запястье, которое сжимает сильная рука Майкла, начинает неметь, из-за чего кончики пальцев неприятно пульсируют.
— Не полезу! — вырывается у меня фраза, пока мной ощущается надвигающаяся паника, которая охватывает всё моё существо.
Продолжая стоять с ним под дождём, я отчётливо понимаю, что мы оба можем легко заболеть, но над каждым из нас властвует гордость, которую никто не в силах перебороть. Я чувствую это нутром и знаю, что кто-то должен уступить другому, однако остаюсь на месте.
— Убавь своё упрямство, детка! Иначе оно убьёт тебя, — цедит он сквозь зубы, и от его фразы внутри меня всё сжимается.
Чувствуя озноб от ливня, под которым мы оба промокаем насквозь, я ощущаю, как учащается моё сердцебиение. Сзади по ногам меня бьёт тёплый воздух, исходящий из салона автомобиля, а Майкл стоит, как статуя, не двигаясь с места и по-прежнему вцепившись в моё запястье. «Что делать?» — задаю я себе же вопрос, ведь гордость не позволяет мне послушаться, но здравомыслие подталкивает к иному решению. Смотря на нависшего надо мной мужчину, я не понимаю, как мне поступить. «Какому соблазну поддаться в этот раз?» — спрашиваю себя, а Майкл недобро щурится, сильнее сжимает моё запястье и уточняет:
— Так и будешь молчать, как рыба?
— Ай! Майкл! — восклицаю я и, терпя изо всех сил, стараюсь сохранить благоразумие. — Отпустите! Мне больно!
— Отпущу, когда сядешь в машину. Тебе всё ясно?
«Принять решение оказалось бы сложнее, если бы на улице была другая погода. Я и правда не хотела бы заболеть именно сейчас, когда от меня требуется выполнение огромного объёма работы», — приходит ко мне осознание и я, смирившись с тем, что он победил, поддаюсь ему. Отпустив меня, мужчина помогает мне забраться в машину и захлопывает за мной дверь. Внутри оказывается тепло, а кожаный салон приятно пахнет чем-то цитрусовым.
Заняв место водителя, Майкл приглаживает мокрые волосы и смотрит на меня. Светодиодное освещение, которое подсвечивает всё в автомобиле, делает профиль Майкла каким-то загадочным. На его лице ещё виднеются мокрые дорожки от капель, а рубашка выглядит насквозь мокрой, но мне до этого нет дела. Повернувшись к нему, я улавливаю во взгляде мужчины еле заметный отблеск злости, который не воодушевляет меня.
— Маргарет не упоминала, что ты упёртая, как баран. — оскалившись, замечает он.
Ничего не отвечая, я лишь молча смотрю на него. Ким же, демонстративно вздохнув, наклоняется так, что его лицо оказывается в нескольких сантиметров от моего. Съёжившись, я машинально выставляю ладони вперёд, чтобы оттолкнуть наглеца, который с каждой секундой пугает меня всё больше и больше.
— Да тише ты, «Lilla Katten», — произносит он, пристёгивая меня ремнём безопасности и отстраняясь.
Переводя дыхание, я слышу, что моё сердце учащенно бьётся. «Он был так близко, что я могла разглядеть его чёрные ресницы, кожу и волосы. И почему мне показалось, что он хотел причинить мне вред?» — интересуюсь у себя, постепенно сгорая от стыда за своё поведение. «Майкл всего лишь предложил меня подвезти. Он просто меня пристегнул ремнём безопасности», — бьётся у меня непрерывное в мыслях, отчего я ощущаю, что мои щеки стремительно заливаются румянцем. «Господи, я полная дура!» — понимаю про себя, пока мужчина пристёгивает свой ремень безопасности и нажимает на газ. Шины визжат, и я краем глаза успеваю заметить довольную ухмылку на его лице.
Выехав с территории офиса, где располагается издательство, мы двигаемся вперёд по магистрали, и он произносит:
— Говори свой адрес.
— Высадите меня у ближайшего метро, — отворачиваясь к окну, прошу у него.
«Всё равно мне неловко ехать с ним вот так вот рядом. Я не знаю, кто он такой, а от того, что Майкл популярный автор, мне легче не становится», — думаю я, едва заметно хмурясь.
— По-моему, ты не уяснила предыдущий урок, — сухо бросает в ответ мужчина.
Тот ведёт машину крайне спокойно, совершенно не превышая скорости, но от того, что он выпил, мне становится не по себе. Мой уровень социальной адаптации душит меня, привнося в разум страшные вещи. «А вдруг мы разобьёмся? Или в нас кто-то врежется?» — задаюсь я вопросом, начиная снова паниковать.
 
— Вы выпили. Это небезопасно, — вслух сообщаю ему.
— Для тебя?
— Для всех.
В машине воцаряется тишина. Я чувствую, что всё ещё не согрелась, но пытаюсь сдержать дрожь, которую всё сложнее контролировать.
— Замёрзла? — без лишних эмоций спрашивает Майкл.
— Я в порядке.
Он прибавляет градусов на кондиционере, и пространство начинает заполняться тёплым воздухом. Тихо выдыхая, я чувствую, как тепло постепенно пробирается в моё тело, унимая дрожь и согревая каждую клеточку. «Как же приятно», — размышляю я, позволяя себе немного расслабиться и улыбнуться.
Мы молча едем по дороге, на которой виднеется образовавшаяся пробка перед очередным съездом. На город опускаются сумерки, которые только подчёркивают красоту подсветки на высоких зданиях. Ливень барабанит по машине, отчего в воздухе витает депрессивная атмосфера.
Улавливая последнюю, я ощущаю желание поскорее залезть под тёплое одеяло и не выбираться оттуда до тех пор, пока погода не сменится на другую.
Майкл закуривает сигарету, и салон автомобиля постепенно наполняет сигаретный дым. Он курит приятные сигареты с ароматом вишни или черешни, но я не могу понять, какие именно. Е
сли быть честной, то я оказалась бы тоже непрочь выкурить сигаретку-другую, в особенности после подобного сумасшедшего дня. Кресла в машине Кима ощущаются удобными и мягкими, а ещё с подогревом.
«Наверное, подобный автомобиль стоит целое состояние, которое я не заработаю и за всю жизнь. Такую он на зарплату автора вряд ли мог бы себе позволить. Маргарет вскользь упоминала, что Майкл владеет каким-то автомобильным бизнесом, поэтому частенько их работа двигалась из-за важный встреч. Интересно, что у него за бизнес?» — припоминаю я, но мои рассуждения прерывает радиочастота, которую включает мужчина, настраивая приёмник.
По радио играет песня «Take Me To Church», которая своим мрачным текстом нагоняет на меня лишь ещё большую
— Если ты не скажешь свой адрес, то тебе придётся ехать ко мне.
«Вот лучше бы сидел и молча курил, следя за дорогой», — приходит ко мне мысль, однако я вслух язвлю:
— Не самое худшее, что могло бы произойти.
— Ты так думаешь? — выгнув бровь, интересуется Майкл и смотрит на меня, выдыхая едкий дым, что щекотит мне нос.
«Если он действительно думает, что я останусь у него, то он ошибается. Такому не бывать!» — твёрдо решаю я и, откашлявшись от сигаретного дыма, перевожу взгляд в окно и говорю:
— Я надеюсь…
Мужчина же еле слышно подпевает припев песни, прикрыв глаза. Его бас оказывается мягким, и я замечаю, что тот отлично попадает в ноты. Тихо хмыкнув, ловлю себя на мысли, что он неплохо поёт, если совсем в зюзю, а потом сообщаю ему:
— Проспект Андрова, дом три.
Майкл делает вид, что не слышит меня, продолжая покуривать сигарету с закрытыми глазами. С каждой минутой мне хочется всё быстрее избавиться от его общества. «С одной стороны, я ему благодарна за то, что он унял мою гордость и уговорил с ним поехать, но с другой… Меня сильно напугал его поступок», — думаю я, а моё запястье горит в том месте, где он прикасался к нему. Я не хочу рассматривать в машине травмированное место, но твёрдо знаю, что на утро там должен появиться синяк.
Мы медленно продвигаемся вперёд, и от этого я ёрзаю на месте всё больше. Моя одежда мокрая до нитки, а потому мне отчаянно хочется скорее добраться домой, принять горячий душ и навсегда забыть прошедший день. Я стараюсь не поглядывать на Майкла, но он неведомым образом разжигает моё любопытство. Когда он смотрит на дорогу, то я краем глаза изучаю его профиль, ведь мне хочется знать, с кем в дальнейшем предстоит работать. «Его внешность выглядит достаточно экзотической. Маргарет говорила, что его мать была кореянкой, а отец европейцем, вот только Майкл явно унаследовал многие черты внешности матери. В особенности это заметно по его большим карим глазам и узкому подбородку с высоко посаженными скулами. А вот тонкие губы и не слишком широкий нос с высокой переносицей ему явно достались от отца. Овал лица слегка вытянут, что придаёт ему больше мужества наряду с чертами лица, доставшимися от матушки. Ещё он следит за собой, что видно невооружённым глазом. Его мышцы так и норовят вырваться из-под одежды, чтобы показаться свою силу и мощь. Думаю, Майкл много времени проводит в спортзалах, потому что на фотографиях в Инстаграме все девчонки сохнут от его торса. Признаться честно, я тоже была впечатлена последним, равно как и его татуировками, когда Роуз показала мне фотографию на телефоне», — мысленно констатирую про себя и начинаю смотреть в окно, чтобы немного убавить свой интерес к Киму.