Безумный Рудокоп X (СИ)
— Кроме того, Марина, — продолжил Макс. — Мы в нашей гильдии можем принять амбиции других людей и стремление к лучшему, но не можем терпеть предательством. Тем, кто благополучно перешёл в другую гильдию, не нанеся умышленно нам никакого ущерба, предоставь соответствующую компенсацию. Они могут выбрать. Хотят ли они получить прямо сейчас часть средств из своего страхового, жилищного и пенсионного фонда. Либо страховой и жилищный фонд сейчас будут переведены в пенсионный, а в будущем, по достижении ими пенсионного возраста гильдия будет платить им пенсию в соответствии с размерами пенсионного фонда. А те, кто решит пойти на предательство, не получат от нас ни единой копейки! Делать публичное заявление по этому поводу не будем, пусть это будет на совести игроков и послужит им уроком. Продолжаем совещание.
— Я поняла, — кивнула Марина. — Нам удалось выкупить права собственности на доменное имя, а также на соответствующие корпоративные названия в нескольких странах мира. Свободный Банк Надежда успешно проходит ребрендиг. Теперь это просто Банк Надежда. Несмотря на вмешательство со стороны других банков и правительств, на прошлой неделе количество пользователей Банка преодолело отметку в 350 млн человек. Помимо ЕДРК, где пользователями уже стали 97% населения, нашими пользователями становятся жители лагерей для беженцев, граждане многих стран Африки, Азии и Южной Америке. Большое количество пользователей у нас в Сербии и прибалтийских странах. Сейчас мы активно начали продвигать услуги банка в Украине и Польше, но там слишком мутные воды. Проблемы случаются на каждом шагу, несколько раз нам пришлось в срочном порядке эвакуировать персонал. Лично или через третьих лиц почти каждый миллионер на планете зарегистрировал аккаунт в нашем Банке.
— Ммм… — Босс постучал пальцами по столу. — А что там по Украине? Мы можем открыть там промышленные предприятия? Есть ли возможность установить народное правительство?
— Вряд ли… — помотала головой Марина. — Местные, американские и российские олигархи замирились и выступили единым фронтом, едва только мы начали прощупывать почву. Даже китайские олигархи, хотя и не оказывают прямую помощь, но снизили своё конкурентное давление на наших непосредственных противников. Лично я не вижу шансов на смену власти в ближайшее время.
— Понятно… — кивнул Макс. — Но нам нужно усилить нажим. Марина, увеличь активность Банка Надежда в регионе. Светлана, ты займёшься вопросами пропаганды среди местного населения, найди какого-нибудь не глупого человека с приятной внешностью, который переехал в ЕДРК. Сделай из него успешного человека и национального идола. Да, пусть это будет девушка. Но и парень должен быть, но не слишком яркий, чтобы пропаганда не была очевидной. Николай после решения вопроса с нашими игроками в России, отправь лучших вербовщиков в Украину. Пропылесось там рынок труда хорошенько. Деньги я выделю. Матвей и Ира, как решите все вопросы в Польше, также начните активно в Украине набирать детей. Не обязательно талантливых. Можно из детских домов набрать. Прошерстите все до единого. Если можно купить директора детского дома, тогда купите. При обнаружении проблем с детским домом и возможными его связями с работорговцами или чёрными трансплантологами, сообщите в местные органы. Если они не отреагируют, просто вывезите детей. Действуйте нагло. Сила и ресурсы у гильдии есть. Так как эти олигархи продолжают свои подковёрные игры, тогда мы лишим их нынешней и будущей рабочей силы. Но! То, что я скажу дальше, не должно выйти за пределы этих стен…
Макс сделал драматическую паузу и оглядел всех присутствующих.
— Внешне мы всеми силами будем действовать в Украине, чтобы привлечь внимание наших потенциальных противников к региону. В то же самое время, мы не будем делать ставку на этот регион. Основной наш фронт всё ещё находится в Южной Америке. Как там обстановка сейчас?
— С тех пор, как янки свергли на континенте все прошлые правительства и установили там свои марионеточные режимы, регион стал полностью неуправляем, — сразу же сообщила Марина. — Сейчас это самое хаотичное место на планете. Туда даже торговцы людьми и органами боятся сунуться. Никто не знает, к какой группировке принадлежит та или иная сила. Города и даже деревни либо частично, либо полностью находятся на самоуправлении. Там существует множество банд, которые, впрочем, не трогают местных, а промышляют грабежом иностранцев и иностранных компаний. Трудно определить их к какому-то лагерю, сегодня они — националисты, защищающие политические и экономические интересы местной национальной группы, завтра они помогают американцам свергать власть в соседнем городе, после завтра они помогают ЮАНОА жечь американские военные колонны, а ещё днём позже они простые бандиты на дороге. С деньгами сейчас у всех туго. Точнее, не с деньгами, а с продовольствием. Десятки тысяч мелких и крупных банд потребляют много продовольствия, как и безработные жители городов. Плантации сейчас почти все в частной или кооперативной собственности банд или местных жителей. И с них кормятся только местные жители. Но управление неэффективное, техники, удобрений или даже зерна для посадки не хватает. Поэтому урожаи скудные и едва покрывают местное потребление, об экспорте не может быть и речи. Население с новым марионеточным правительством на ножах, как и друг с другом. Там у них всё бурлит и кипит. Даже американские солдаты перестали туда соваться к плантаторам. До нас также доходили сведения, об убитых или ограбленных предпринимателях и инвесторах. В том числе из числа наркоторговцев и торговцев людьми или органами. У местных лютая ненависть к иностранцам. Конечно, мы также очень зорко следим, чтобы никакая банда не сотрудничала с грязными организациями.
— Если всё так сложно, то как мы там уживаемся с местными? — в недоумении спросил Макс.
— Мы прибыли туда в своё время на очень раннем этапе, — начала объяснять Марина. — Помогали местным оружием и продуктами. Кроме того, мы помогли им наладить связь друг с другом через наши телефоны. С тех пор, как регион погрузился в хаос, энергосети и связь оказались отрезаны, а во многих местах и вовсе были срезаны и проданы на металлолом провода и вышки сотовой связи. Кстати, много вышек связи, высоковольтных кабелей и интернет-кабелей купили и мы для ЕДРК. Раз люди продают, почему бы и не купить?
Так вот, связи и электричества у их не было, а спутниковая связь — слишком дорогое удовольствие для маленьких банд. Общение даже между соседними деревнями рухнуло. Анархия и самоуправсто. Никто не знает, что делать, как делать и куда податься. Финансовая система также рухнула. Даже если у человека есть что-то, что можно продать, кому он это продаст и в какой валюте? И тут появляемся мы и даём телефоны частично за золото и другие ресурсы, частично в кредит или бесплатно. Налаживается связь между сообществами и бандами, начинается сначала бартерный обмен, а потом уже и торговля с использованием фьючерсов на энергоны Банка Надежда. Мы пока действуем осторожно, чтобы отторжение не вызвать. Даже комиссию за переводы не ввели и изначально выделяем небольшое количество энергонов бесплатно, чтобы стимулировать использование валюты. То есть, пока что в коммуникативной и банковской сфере у нас потери. Зато наша разведывательная сеть в Южной Америке легко уделывает все другие разведки мира. Это позволяет нам сохранять жизни солдат ЮАНОА и наращивать их численность. По сравнению с Африкой, где много боевиков, с детства путешествующих с автоматом в руках, в Южной Америке десятки лет была более стабильная обстановка, поэтому новобранцев приходится обучать с самых основ. Но ничего, мотивация у них очень серьёзная, поэтому учатся быстро.
Конечно, у ЮАНОА, даже с помощью военных АНОА и ЕДРК, нет ни сил, ни ресурсов выгнать армию и наёмников янки и восстановить стабильность в Южной Америке, но мы сейчас можем вести сельское хозяйство, взяв под контроль несколько ранее существовавших плантаций и разработав новые поля.
— Как в США отреагировали? — спросил Макс. — Что-нибудь предприняли?