Invincible! I'm Invincible! (СИ)

Сломать закалённое стекло изнутри клетки можно было двумя способами: нанести удар такой силы, чтобы превзойти внутреннюю напряжённость его структуры, или создать вибрации, которые разрушили бы менее прочную часть стекла, вследствие чего оно просто взорвётся. Привычное уже мне вилтрумитское «эх, раззудись плечо, размахнись рука» сочетало оба этих способа.
Волна искажённого пространства создала в стекле сеть мелких трещин, а кинетическая энергия удара закончила начатое, спровоцировав мощный взрыв, высвободивший колоссальный уровень внутренней напряжённости структуры.
Шквал стекольной пыли прокатился по рядам сражающихся. Кого-то защитила броня, и они отделались переломами и сотрясениями, когда их смело взрывной волной, кому-то повезло меньше, и вдобавок к ударам они получили смертельную дозу стекла в организм. Благодаря моему вмешательству удар, который должен был лишить девушку-полукровку головы, ушёл вбок, и она отделалась жуткой раной на лице.
— Скажете что-нибудь перед смертью? — не стал отказывать заговорщикам в древнем праве приговорённых я.
— Ты! — взревел, вскакивая на ноги, полурептилоид в мантии. — Я знал, что ты вернёшься! Разрушитель!
Он тоже получил свою порцию стекольного крошева, отчего правая сторона его лица покрылась кровавой пеной, но это его, похоже, не слишком беспокоило.
— Мы знакомы? — спрашиваю тоже на флаксанском, хотя некоторые предположения у меня уже были.
— После того, как я убью тебя, уже никто не посмеет оспорить мою власть, — проигнорировал мой вопрос он.
— И ты потратил свои последние слова на это… — покачал головой я.
Вместо ответа он бросился на меня с мечом, одним длинным прыжком преодолевая разделявшее нас расстояние. Смелый и безрассудный… слабоумие и отвага, как говорится, а может, просто привык быть самой большой жабой в болоте.
Да, он явно попадал под определение сверхчеловека или сверхфлаксанца, но до обычного вилтрумита, увы, не дотягивал.
Я сделал быстрый шаг вперёд, прямо под лезвие его меча, и схватил парня за шею. Он попросту не успел среагировать, а его ковырялка оказалась заблокирована моей рукой. Долю секунды мы смотрели друг другу в глаза, а затем я сжал ладонь в кулак, раздавив как мягкие ткани шеи, так и позвонки этого идиота. Вот и всё.
— Так просто… — с неверием выдохнула девица в костюме. Собственные серьёзные раны волновали её меньше судьбы моего противника.
Отбросив бездыханное тело в сторону, я обвёл взглядом оставшихся в живых солдат. Секунду они колебались, а затем словно по команде начали бросать оружие и сдаваться.
— Слава вселенной, что вы вернулись, — ещё один знаток английского нашёлся среди красных.
Хм, знакомый голос, да и рожа, если убрать этот ожог на глазу… Да это же главный инженер моей лаборатории! И он, похоже, был на стороне верных и этой девушки.
— Вот ты мне и расскажешь, что за херня тут творится!
— Как пожелаете, — с готовностью отозвался ученый… или теперь уже скорее солдат.
Как я и предполагал, убитый мной полукровка оказался одним из личинусов Бессмертного. Собственно, он и эта раненая девка были теми самыми близнецами, которые первыми продемонстрировали наличие суперсил. Они отзывались на имена Билл и Хлоя. Все дети Бессмертного от его флаксанских жен унаследовали способности отца, вот только оказалось, что с его силами всё не так просто. Ведь с каждым новым народившимся гибридом как сам Бессмертный, так и его старшие детки становились слабее. Как будто их сила имела общий источник и равномерно распределялась между всеми её пользователями. Что, в общем-то, согласуется с тем, что, по словам самого Бессмертного, изначально виной всему было какое-то проклятье.
Таким образом, в скором будущем, когда уже дети Бессмертного начали бы заводить собственных детей, вся их сила должна была раствориться практически полностью. Удивительно, но, со слов Хлои и главного инженера, сам Бессмертный легко смирился с такой судьбой, вот только, увы, решение принимал уже не он один.
 
С самого детства мать близнецов промывала им мозги россказнями о славном прошлом их рода (хотя она не была заксальской крови, но положение её семья занимала высокое). И если девочку больше привлекали истории о Земле и супергероях — она себе даже костюм, как у папы, сделала, — то вот пацан впитал идеи матери как губка. Этому способствовало ещё и то, что он всегда был сильнее и агрессивнее сестры и всех остальных детей, что часто доказывал в драках. Специально или нет, но одна из таких стычек закончилась убийством. Их тогда было чуть меньше десятка, и все остальные ощутили заметный прирост сил, когда один из конкурентов выбыл. После этого началась бойня.
Если опустить все подробности, дети Бессмертного устроили между собой королевскую битву, в ходе которой прибили папашу и разрушили несколько городов. Билл, победивший в бойне, получил всю силу, став как минимум равным отцу, и захватил мою резиденцию.
Тут-то выходит на сцену главный инженер. Он не только бежал, прихватив почти всё оборудование и верных людей, но ещё и выкрал останки убитой Биллом Хлои. Собрав то, что осталось от девушки, а недостающее реконструировав, он воскресил девушку так же, как это сделали с Бессмертным Маулеры на Земле. С тех пор они скрывались в подполье, выжидая момента. Что объясняет, откуда у девчонки мои игрушки и супергеройский костюм — всё это сделал для неё товарищ инженер.
— Я знал, что предатели установили ловушки в лаборатории и вашей спальне, поэтому попытался связаться с вами через измерения, но вы так ни разу и не воспользовались компьютером, который мы для вас сделали…
Ох, блядь, я же его на Марсе забыл!
— … Так что я мог только отслеживать активность вашего портального устройства. Благодаря этому мы узнали о том, что вы возвращаетесь, и попытались совершить диверсию и разрушить ловушку, но… как видите, едва ли преуспели.
«Да и смысла в этом не было, я и сам бы справился», — но говорить это вслух я не стал. По крайней мере, его рассказ помог мне разобраться в ситуации, и я более-менее представляю, что делать и кого наказывать. И начать стоит с того, чтобы сжечь нахуй останки этого, блядь, Билла, пока его тоже не воскресили. А потом уже будем разбирать последствия переворота…
Эх… А я ведь всего лишь хотел по-быстрому перезарядить телепорт…
  
Глава восемьдесят девятая
 
Всё-таки я стал беспечен. Угодил в расставленную ловушку, как кролик в силки.
Не то чтобы я не рассматривал возможность предательства в принципе, но не думал, что у кого-то из недовольных, во-первых, что-то действительно получится, а во-вторых, хватит духу.
Это ведь большое дело: предать императора. Осуществить подобное в одиночку вряд ли возможно, нужна какая-никакая революция и захват власти, ну и последствия в случае неудачи, в теории, должны были отрезвлять буйные головы.
Да и в целом возможностей у исключительно гипотетических на тот момент предателей было не так уж и много.
Первое, что могло бы прийти в голову, это перенос точки выхода. Но моё устройство полностью автономно и само создаёт разрыв в измерении, а не передаёт команду в центральный узел, как у Сесила. Взломать же его из другого измерения невозможно даже для его создателя.
Так что тут только ставить ловушку, надеясь, что я в неё угожу и не успею среагировать. Да и куда перемещать?
В местах со средой, достаточно экстремальной, чтобы представлять опасность для вилтрумита, практически невозможно открыть портал. Взять, к примеру, внутренности местной звезды — вполне опасное место, даже для меня. Но разорвать сжатое гравитацией звезды пространство — задача не из лёгких, для этого нужно столько энергии, сколько звёздный щит Флаксана не произведёт и за столетие — тут как минимум нужна полноценная сфера Дайсона. И так почти везде. Это ведь реальный мир с его беспощадной физикой, а не магия какая-нибудь.
А если просто попытаться выкинуть меня подальше, нужно, опять же, надеяться, что я не смогу вернуться, теперь уже зная, что меня предали… В общем, слишком много «если».