Invincible! I'm Invincible! (СИ)

Его интеллект, навыки и ненависть к завоевателям, на которых он переложил вину за поступок Софи, в конечном итоге привели его в Сопротивление. Теперь он едва ли не каждый день делал то, чего избегал всю свою юность — рисковал жизнью, чтобы добыть сведения, материалы и инструменты для повстанцев.
Вот и сейчас, под уже год как несмолкающую речь Непобедимого на Таймс-Сквер, он крался по улицам великого города промеж горящих машин и паникующих людей.
— Со временем вы поймёте, что всё это зло, творящееся от нашего имени, не просто так! — нёсся ему в спину голос Непобедимого с огромного экрана, размещённого на стене небоскрёба. В былые времена на таких крутили рекламу, сейчас — только пропаганду. — Наше присутствие здесь способствует развитию вашей цивилизации. Мы сделаем ваш мир лучше. Мы хотим сотрудничать с вами для достижения наилучшего результата. Перемены должны быть максимально безболезненны. Но все, кто оказывает сопротивление интеграции Земли в Межгалактическое Сообщество как части Вилтрумитской Империи, будут наказаны без какой-либо жалости.
Сам же ксенос завис в воздухе прямо рядом с экраном, окидывая начавших разбегаться при его появлении людей надменным взглядом.
«Чёртов урод, — в который раз уже костерил его про себя Леви, пряча лицо за капюшоном и старательно смотря в пол. — Засунь свою сраную империю себе в очко! Никто вас не просил помогать нам! Никто вас не звал!»
Наконец самый опасный участок площади был пройден, и Ангстром неприметной тенью скользнул в замусоренный проулок. А вот и нужная коробка, а под ней — вход в тайное убежище Сопротивления.
Крошечный лифт, вроде кухонного, доставил сжавшегося в комок Леви сквозь тьму на несколько этажей вниз.
— С возвращением, Ангстром, — сразу же поприветствовал его как всегда дружелюбный Робот. Наверное, единственный, кто всегда, какой бы ужасной ни была ситуация, сохранял человечность и оставался вежливым.
Само убежище центра мирового сопротивления не могло вызывать ничего кроме жалости. Обшарпанные стены, устаревшее, а зачастую и вовсе неисправное оборудование и такие же люди: обветшалые, с потухшими глазами — тени прежних себя.
— Тебя преследовали? — вместо приветствия спросил Бессмертный, глядя на Леви точно таким же взглядом, который он неоднократно видел от популярных парней в колледже.
Вот, наверное, единственный, в ком ещё горели какие-то внутренние уверенность и сила. К сожалению, по какой-то никому не ведомой причине Бессмертный сразу же невзлюбил Леви и при малейшей удобной возможности бил словами и отношением.
— Конечно нет, — поспешил заверить его Ангстром, скидывая капюшон плаща. — Я понимаю всю важность ситуации, и я уверяю тебя, что принял все необходимые меры предосторожности.
Хотя главной его защитой всегда была неприметность. Кому вообще интересен Леви Ангстром? Вот именно, никому.
— Ты уверен? — не унимался Бессмертный.
— Ангстром обладает почти таким же интеллектом, как и я, — вступился за товарища Робот. — Эта вражда между вами имеет высокий уровень контрпродуктивности.
— Верно, — подхватил за механическим героем Леви. — Нам нужно работать. Пацан снова балаболит на Таймс-Сквер.
— Узнал точное местоположение Вездесущего? — уточнил Робот.
— Нет. И меня это беспокоит.
— Нам нужно найти способ, как его вычислить. Их всего лишь двое, если мы сможем следить за их действиями, то получим преимущество, — встрял так, будто от него был какой-то толк в этом, Бессмертный.
— Я делаю всё, что могу. Правда, — в тысячный раз уже начал объяснять придурку Леви. — Нужное оборудование почти невозможно найти. Посмотри на это место? Как мы собираемся сделать хоть что-то с таким дерьмовым оборудованием? Мои руки связаны.
— С каждым днём ты становишься всё бесполезнее, — грубо ответил Бессмертный. — Если бы ты не обслуживал Робота, тебя бы здесь уже давно не было.
После смерти остальных Защитников и начала противостояния с вилтрумитами Бессмертный стал совершенно невыносим. Леви жутко бесило, что такой безмозглый качок, как он, который может только летать и махать кулаками — и то в этом он безбожно сосёт по сравнению с их врагами, — смеет поучать его. Всё это Сопротивление возможно только благодаря ему и Роботу, это они координируют действия повстанцев по всему миру. Именно их интеллект является единственным преимуществом, которое до сих пор не позволяет Непобедимому и Вездесущему победить!
 
Но выказать своё недовольство Леви не успел. Ведь в следующую секунду после того, как Бессмертный договорил свою обвинительную речь, стальной потолок убежища вдруг порвался, словно сырая бумага, и с неба на них обрушилась смерть в обтягивающем трико.
  
Глава семьдесят вторая
 
Леви даже не успел понять, что происходит, когда всё уже практически закончилось. Собственно, исход стычки был предрешён в тот момент, когда она началась. У двух героев, пусть один из них и входил в лигу сильнейших, не было никаких шансов противостоять тем, кто уже на протяжении года успешно подавлял сопротивление целой планеты.
— Ты же сказал, что тебя никто не преследовал! — только и успел выкрикнуть Бессмертный, прежде чем до него добрался Вездесущий.
Ещё через мгновение голова бывшего президента и лидера сильнейшей команды героев планеты взорвалась, словно перезрелый арбуз, под ладонями вилтрумитского завоевателя.
— Урок для твоей следующей жизни, — безразлично сказал Омнимен, обрывая жизнь того, кого он некогда называл своим другом.
— Тебе нужно почаще смотреть вверх, — усмехнулся Непобедимый, бросив на Леви насмешливый взгляд.
Но Ангстром его на самом деле совершенно не интересовал, ведь он уже бросился вслед за попытавшимся сделать ноги Роботом.
— Я разочарован, Робот! — воскликнул Марк, одной рукой разрубая корпус машины в районе талии. — Тебе следовало подумать дважды, прежде чем снова бросать мне вызов! Ты ведь уже проходил через это!
Другой рукой он схватил голову Робота и играючи оторвал от тела, что, впрочем, не помешало тому ответить:
— И я буду реконструирован снова. Я не позволю вам победить.
— А я не оставлю тебе ничего для восстановления! — заявил Непобедимый, сминая голову собеседника в компактный металлический шарик, затем процедуре зверского вандализма путём втаптывания ногами в пол подверглись также и остатки корпуса.
Бросив на сына одобрительный взгляд, Нолан повернулся к забившемуся в угол Леви.
— Теперь ты, Ангстром Леви — мозг операции, — угрожающе произнёс он, подходя к мужчине. — Ты плохо сделал математику — мы никогда не проигрываем.
— Нет… нет, пожалуйста, не надо! — трясущимися губами залепетал Леви, пытаясь отползти на заднице ещё дальше, прямо в стену. — Что угодно, только не убивайте меня! Умол-я-я-я-ю…
Когда оживший символ смерти — Вездесущий с руками по локоть в крови — смотрит на тебя бесчувственным взглядом… это намного страшнее, чем все побои и издевательства, которые он перенёс за всю свою жизнь.
«И чёрт бы с ней, с этой сукой Софи… Зачем я только послушал Робота?! Я ведь мог спокойно жить в новой империи…» — мысли, словно чумные, с ужасом метались в его голове. Как никогда остро он понимал бессмысленность своих поступков и всего этого Сопротивления. Он просто в очередной раз обманул сам себя, совсем как тогда, в детстве. Просто внушил себе, что во всём виноваты вилтрумиты, когда дело было в нём самом и в Софии…
— Пожалуйста, чувак, — вдруг раздалось прямо над ухом Леви. — Ты позоришь нас.
— Ха… — только и успел выдохнуть Леви, поворачиваясь на звук, когда пара чёрных рук схватила его за одежду и рывком втащила прямо в стену… точнее, в портал, в ней открывшийся.
— Какого хера это сейчас было? — опешил Непобедимый, глядя туда, где только что был последний сопротивленец.
— Это что-то новенькое для меня, — не менее недоумённо ответил Нолан.
*** То же место, другое измерение ***
Ошеломлённый Леви упал на лопатки в светлом помещении, в котором, прояви он немного наблюдательности, узнал бы штаб Сопротивления, каким он был до того, как началась война всего мира с Вездесущим и Непобедимым.