Все ради тебя (СИ)

Откат.
Это в прямом смысле откат! Кровь вся резко рухнула куда-то в ад, а самого меня за пупок так дернуло, что я подавился вдохом.
Бдыщ!
Конечно, никакого стука не было. Дверь операционной открылась спокойно, но я настолько нервный, что слышу сейчас и вижу все ярче!
Врач. Зеленая форма. Маска. Он идет ко мне, снимая по пути, и я проваливаюсь куда-то под землю. Как будто все повторяется снова…
Нет-нет-нет! Нет! Она не умерла! Нет!
Резко вскакиваю и в один прыжок преодолеваю расстояния, хватаю его за руку и дергаю на себя.
— ЧТО С ЛИЗОЙ?!
Бедный мужик в ужасе. Я понимаю, правда. Наверно, я выгляжу сейчас как безумец. Нет, совершенно точно…
— Успоко…
Чувствую, что со спиной кто-то подходит. Отец. Он кладет руку мне на плечо и сжимает, тихо шепчет.
— Адам, спокойно. Дай доктору сказать…
— Она жива?! — перебиваю его, у самого голос ломается, как у девчонки, — Пожалуйста…пожалуйста, скажите, что с ней все нормально…
Я не могу дышать. Перед глазами все плывет, и до меня не сразу доходит, что он сказал…
— Что? — глупо переспрашиваю, и только потом вижу улыбку.
— Я сказал, что были кое-какие осложнения, но Лиза справилась со всем сама. Поздравляю, у вас родилась девочка.
— Как девочка? — переспрашивает отец, врач издает смешок и жмет плечами.
— Хитрая, маленькая малышка. Обманула нас всех!
— Ну...это она точно в маму...
Выдыхаю смешок. Чувствую, что теряю фокус, а еще огромную любовь, которая медленно разливается по всему телу…
— Я могу их увидеть? — шепчу, врач на меня взгляд бросает и вздыхает.
— Обычно мы даем мамам отдохнуть, но, боюсь, если я вам этого не позволю, вы возьмете палату с боем.
Это точно.
Слышу смешки, но не могу оторваться от врача — он кивает и приглашающим жестом указывает себе за спину.
— Пойдемте.
По итогу даже здесь все вышло несколько иначе… я буквально бежал до палаты, а врачу пришлось выкрикивать навигацию откуда-то со спины.
Несколько шагов — и я уже у двери. Врываюсь дикарем, а на пороге застываю.
Лиза лежит в кровати. Такая маленькая…волосы мокрые облепили лицо, уставшая, но…черт! Я никогда ее такой красивой не видел. Моя девочка держит на руках маленький сверток в розовом одеяльце и улыбается. Что-то говорит, а потом поднимает глаза, полные слез и выдыхает мое имя.
— Адам…
Я не знаю, как описать то, что дальше со мной происходит. Это такой взрыв…в груди печет, голову ведет, меня просто сносит!
Быстро подхожу к ее кровати, а вокруг ничего, кроме нее и нет… на колени встаю, прижимаю голову к плечику.
И говорю-говорю-говорю…
— Лиза…прости меня, умоляю. За все. За все мои ошибки, за все, что я сделал. Клянусь, я стану лучше. Тем, кто тебя заслуживает. Я буду им, чего бы мне ни стоило! И никогда…ты слышишь? Лиза, девочка моя любимая, малышка, мой Рассвет, я никогда больше не сделаю тебе больно. Всю жизнь одну тебя буду любить. Умоляю, прости меня…пожалуйста…
Задыхаюсь. Поток слов невозможно остановить. Слезы тоже. Но я их не стесняюсь. Это выше меня. Просто…выше…меня…
Она тихо шепчет.
— Адам? Что случилось?
Мотаю головой.
— Я…боже… Лиза, я боялся, что потерял тебя. Мне такое надумалось, я…а я же не успел тебе все сказать. Не успел исправить…я…я так боялся тебя больше никогда не увидеть.
— Малыш?
— Лиза, умоляю, прости меня. Клянусь, я буду любить тебя до последнего своего вздоха. Просто…пожалуйста, не оставляй меня никогда. Умоляю…
— Малыш, посмотри на меня.
Поднимаю глаза, вижу, как она обеспокоено на меня смотрит, хмурится. А потом вдруг тихо цыкает, кладет ручку на щеку и уверенно, четко говорит.
— Я никогда тебя не брошу, слышишь?
— Да…
— И я тебя простила.
— Лиза…
— Адам, я простила. А еще запомнила все твои обещания, — подтрунивает, потом слегка тянется, но я знаю, что она не может — сам подаюсь вперед и целую ее, шепчу.
— Ты — моя единственная.
Замирает.
Я убираю волосы с ее лица и заглядываю в глаза, киваю с улыбкой.
— Я люблю тебя больше жизни, Елизавета. Ты — единственная. Моя единственная…
 
Вижу, как ее подбородок начинает дрожать, но мотаю головой.
— Не плачь. Хватит на сегодня моих слез, окей? Познакомь меня с дочкой лучше…
Лиза издает тихий смешок и смотрит на малышку, которая с интересом наблюдает за этой сценой.
— Она нас всех обманула, да, малышка?
Я застываю. Никого красивее не видел…маленькая крошка с моими глазами, которая тянет ко мне ручку и улыбается.
— Мои девочки…
Сердце щемит. Разрывает. Снова щемит…я так счастлив. Это бесконечно и до конца моих дней — теперь я это понимаю…
— Ты не расстроился? — слышу тихое, — Хотел же мальчика?
— И какой от них толк? На меня посмотри... — улыбаюсь своей дочке, сам глаз от нее отвести не могу, — Можно я подержу ее?
Лиза передает мне ребенка, и я, как учили на курсах, поддерживаю головку, поднимаю ее на руки и понимаю. Я уже никогда не буду прежним. Никогда.
— Я так долго ждал тебя, доченька... Как я мог жить без тебя все это время? А? Малышка моя, как? — спрашиваю у своей девочки тихо, — Я тебя безумно люблю. Моя маленькая девочка...
— Вы так трогательно смотритесь вместе...
Бросаю на Лизу взгляд, она слезки вытирает. Счастья, конечно, и это греет душу. Но все равно не нравится...
— Не плачь, Рассвет...
— Прости...
— Я...
— М?
— Я бы хотел назвать ее Амала.
— Амала?
— Да, — снова смотрю на доченьку и улыбаюсь, — Оно означает «надежда». Она — моя маленькая Надежда...ты не против?
— Нет, — тихо говорит Лиза, и когда я бросаю на нее взгляд, она снова смахивает слезы.
Ну ничего. Я все сделаю, чтобы она никогда не плакала больше, а если и случится, то только, как сейчас, от счастья...
— Спасибо тебе, Рассвет. Ты дала мне все, о чем я даже не мог мечтать…
— Я бы одна не справилась, малыш.
— Не уверен в этом, но приму твои слова за аванс…
Потому что моя жена — самая сильная женщина из всех, кого я только встречал, а я? Мне еще многому нужно научиться, чтобы хотя бы немного приблизиться к ней…но у меня есть Надежда, ради которой я буду очень стараться. Всю свою жизнь и даже больше...
  
Эпилог
 
Лиза 
Когда ты взрослеешь, ты перестаешь верить в сказки.
Знаете, иногда я их даже ненавижу. Конечно, они учат нас, что хорошо, а что плохо. Как правильно, а как нет. Показывают очень наглядно зло и добро. Делят. На черное и белое. Только в жизни так не бывает. После «долго и счастливо» — вы не сможете взобраться на коня и скакать в закат. Точнее, сможете, конечно, только ваша дорога никогда не будет прямой, как лист бумаги. Этого в сказках не говорят, опускают. Наверно, злонамеренно все-таки, ведь когда ты сталкиваешься с диссонансом, ловишь дикий ступор.
Как в моем случае.
Прошло больше двух лет с тех пор, как я впервые узнала, что мой муж мне изменяет. Это было больно. Очень больно. Но кому я рассказываю? Вы все и сами видели. И мой ступор, и мой диссонанс тоже видели. Ведь никто меня не учил, что делать, когда ты натыкаешься на кочку.
Уходить! Кричат гордые и смелые, да и я того же мнения. Если вас предают — надо сразу уходить! Без шансов! Но что делать, если тебе изменяли, но при этом не предавали? И где найти сил, чтобы хотя бы попробовать разобраться?
Я не знаю. Прошло больше двух лет, с тех пор как я узнала, но этого ответа так и не нашла. Потому что я не знаю, правда! Где я нашла силы, чтобы бороться за нас.
Хорошие, добрые сказки этому не учат. В них все поделено и разбито, в них нет полумер, нет других оттенков: только белое и черное. А жизнь…она не такая. В ней намешано столько, что черт голову сломит! И этому нас никто не учит, этому мы учимся сами.
Каждый принимает свое решение. Исходя из своих данных, и я приняла свое. Бороться и стараться. Как бы страшно ни было, как бы ни грозились, что он непременно сделает то же самое на всех женских форумах — я их не слушала. Только себя.