Куда ведет соблазн

– Конечно, понимает.
– Тогда он запросит за женщин выкуп, – сказал Дункан.
– Может, мы подождем, пока Гилрой свяжется с нами и выдвинет свои требования? – предложил Коннор.
Гэвин провел рукой по волосам. Сидеть и ждать, пока объявится Гилрой? Да никогда!
– Мы все вместе поедем на то место, где было украдено зерно, разделим самых сильных своих людей на четыре группы и разошлем их в четырех направлениях – на север, юг, восток и запад. Каждый из нас возглавит одну команду. Мы прочешем все наши владения, если понадобится. Мы не вернемся, пока не найдем леди Фиону и леди Эйлин.
  
Трое братьев согласились с лэрдом.
– Мы вернем их. Целыми и невредимыми, – сказал Дункан.
Эйдан занялся экипировкой людей. Гэвин распорядился подготовить лошадей.
Гэвин уже сидел в седле, с нетерпением наблюдая за тем, как его люди готовятся покинуть замок, когда чей-то испуганный голос заставил его опустить глаза.
– В чем дело?
Перед ним стоял Спенсер. Братья переглянулись.
– Это из-за моей матери? – спросил Спенсер, вытирая нос тыльной стороной ладони. – Скажите мне, милорд! Пожалуйста!
– Леди Фиона и леди Эйлин пропали, – сказал Гэвин. – Мы сейчас поедем их искать.
– Но я слышал, как кто-то сказал, что обеим грозит серьезная опасность. Это правда?
Этот вопрос заставил Гэвина напрячься.
– Возможны неприятности, – согласился Гэвин. – Поэтому мы так и спешим.
Спенсер выглядел расстроенным.
– Это моя вина. Я должен был вам все рассказать.
Гнев снова охватил Гэвина, но он сдержался.
– Что ты об этом знаешь, Спенсер?
– Мама послала за мной рано утром, когда еще не рассвело. Она хотела попрощаться. Я просил ее не уезжать, но она настаивала, что это необходимо.
– Она сказала, куда едет?
– Нет. Сказала только, что напишет мне, когда устроится в безопасном месте. – Спенсер был сам не свой. – Мне очень жаль, что я скрыл это от вас, милорд. Простите меня.
Разочарование охватило Гэвина, но не потому, что Спенсер предал мать, а потому, что не получил от мальчика никакой дополнительной информации, которая помогла бы им найти Фиону.
– Никогда не извиняйся за то, что был правдив и честен. Но ты должен запомнить клятву рыцаря – защищать свою леди, даже если леди иногда этого не желает.
Спенсер кивнул, но вид у него был несчастный. К сожалению, у Гэвина не было времени и дальше наставлять и утешать Спенсера.
Он уже собрался выехать из конюшни, но вовремя успел натянуть поводья и остановиться до того, как наехать на что-то под копытами лошади. Все, кто это видел, хором выругались, и Гэвин был полностью согласен с ними. Но когда он рассмотрел, что это за существо перебежало ему дорогу, его раздражение как рукой сняло. Это был верный друг Фионы – лохматый пес. Словно понимая, что он только что избежал гибели, он послушно сел, бешено виляя хвостом.
– Сходите в комнату леди Фионы и принесите какую-нибудь ее вещь, которая сохранила ее запах, – приказал Гэвин.
– Я схожу, – вызвался Спенсер.
– И поторопись! – крикнул Гэвин ему вслед.
Хромота Спенсера была еще более заметна, когда он попытался бежать, но все же мальчик вернулся довольно быстро с голубым шелковым платьем, которое Гэвин сразу же узнал.
Сердце лэрда тревожно сжалось, когда он понял, что Фиона нарочно не взяла с собой его подарок. Но платье поможет им в поисках.
– Давай его сюда, – нетерпеливо сказал Гэвин, протягивая руку за платьем. – Мы доедем до того места, где захватили телегу с зерном, а потом будем надеяться, что пес возьмет след, который приведет нас к Фионе.
– Возможно, это сработает, – скептически заметил Эйдан. – Собаки умеют брать след оленей и кроликов.
– Стоит попытаться, – сказал Гэвин, поспешно скатывая платье в комок и запихивая его в седельную сумку.
Спенсер схватил поводья коня Гэвина.
– Пожалуйста, милорд, могу я поехать с вами?
Это было исключено. Они поскачут во весь опор, и Спенсер будет их только задерживать, но было бы жестоко так грубо убивать надежду в глазах мальчика.
– Мне нужно, чтобы ты остался здесь на тот случай, если женщины вернутся в замок. Сделаешь это для меня?
Хотя было видно, что Спенсер разочарован, он согласно кивнул. Гэвин нагнулся и потрепал его по плечу.
– Мужайся, Спенсер. Я не прекращу поиски, пока твоя мать не найдется.
Фиона и Эйлин сидели в стороне от лагеря и с растущим беспокойством прислушивались к разговору Гилроя со своими людьми.
– Если они начнут драться, надо этим воспользоваться и улизнуть, – пробормотала Эйлин.
– У нас не будет шанса сбежать, если мы не доберемся до своих лошадей. А они на другом конце лагеря, – ответила Фиона.
Обе женщины, вздохнув, посмотрели на два ряда привязанных к деревьям лошадей, до которых невозможно было незаметно добраться, а тем более быстро.
– Может, нам удастся спрятаться в лесу до того, как бандиты схватятся за мечи? – продолжала фантазировать Эйлин. – Они будут так заняты своими распрями, что не сразу обратят внимания на то, что нас нет, и мы этим воспользуемся.
Фиона взглянула на ссорящихся мужчин. Хотя они с жаром обсуждали свои проблемы, она заметила, что некоторые из них не выпускали пленниц из поля зрения.
– Там слишком много зорких глаз. Будем надеяться, что Гилрой удержит своих людей от кровопролития.
Лязг выхваченных из ножен мечей, раздавшийся минутами позже, опроверг высказывание Фионы. Двое стояли с оружием наготове, а Гилрой – напротив.
– Двое на одного? Неужели никто не встанет рядом с ним, – в гневе воскликнула Эйлин.
– Очевидно, никто, – ответила Фиона, и ее охватило страшное предчувствие. Опершись руками о колени, она обхватила голову руками. Думай! Должен же быть выход из этого кошмара!
– Святая дева Мария! – Эйлин быстро перекрестилась и, побледнев, придвинулась ближе к Фионе.
Фиона зажмурилась, но при первых звуках ударов мечей ее глаза непроизвольно открылись.
Фиона пыталась увидеть тех, кто дрался, но люди стояли вокруг них плотным кольцом. Дрались без щитов, что делало поединок еще более смертельным. Гилрой наносил удары справа и слева с невероятной точностью и так же умело отбивался. Один из соперников попятился назад, но следившие за поединком толкнули его обратно в круг.
А Гилрой тем временем расправлялся со вторым человеком. Каждый его удар сопровождался чудовищным рыком, который был таким же мощным, как оружие. Он парировал один удар за другим, потом, отбросив со лба пропитанные потом волосы, стал ждать, от которого из двоих стоявших перед ним противников следует ждать нападения.
А те многозначительно переглянулись между собой.
О Боже, только не это! С бьющимся сердцем Фиона смотрела, как оба соперника одновременно напали на Гилроя. Гилрой поднял обеими руками тяжелый меч высоко над головой и взмахнул им сначала налево, затем направо.
Кровь брызнула во все стороны. Мужчины упали на землю – один держался за живот, другой – за плечо и шею. Смертельно раненных людей оттащи ли в сторону. Яркая красная кровь окрашивала их последний путь.
Фиону чуть было не вырвало. Сколько крови! Но еще более ужасным были какие-то лающие звуки дыхания, вырывавшиеся из горла Гилроя. Видно было, что он выбился из сил. Именно на то и рассчитывал этот презренный червь Магнус. Теперь только Фиона поняла, что все было так и задумано: сначала было разрешено драться этим двоим, притом что это уже был явный риск. Тот, кто убил бы вожака, должен был занять его место.
Магнус знал, что Гилрой лучше всех владеет мечом и может справиться с двумя противниками сразу. Но Эван все же устанет, а это увеличит шансы Магнуса, если он будет биться с измотанным Гилроем.
  
Фиона заметила, что перед тем, как Магнус вступил в схватку против Гилроя, он бросил плотоядный взгляд на Эйлин. У Фионы пресеклось дыхание.
Это из-за нее их схватили, и они оказались в смертельной опасности. Правда, Фиона не знала, что Эйлин поедет за ней вслед, но вина все равно на ней. Она должна сама отвечать за свои грехи. Эйлин ни в чем не виновата и не заслуживает столь страшной участи.