Одержимость (ЛП)

Поморщившись, Самаэль стал подниматься, держась за свои рёбра.
— Есть риск. Если высосешь яд, то можешь переварить его и впитать в себя. От этого заболеешь.
Моё сердце сжалось при виде того, как ему больно.
— Ты пошёл на этот риск. Ты сказал, что от яда можно сгнить изнутри. Мы не можем допустить этого.
Он нахмурил брови, и в его глазах мелькнуло беспокойство.
— Высасывание яда будет последним средством. Сначала нам надо найти Туру.
Глава 20. Лила
Пока мы шли, я осознала, что лес оживает под моими ногами. Снег становился тоньше; сосульки на деревьях таяли, создавая капель. Янтарный свет лился сквозь ветки, танцуя на замшелых камнях.
Лилит вновь оживляла мир.
В воздухе пахло плодородной почвой и жизнью, на ветках появлялись зеленеющие почки. Никогда в жизни я не представляла, что весна может наступать так быстро.
Я мельком увидела лосей, бегущих вдалеке между деревьями. Лосей. Реальных лосей, а не моих светящихся демонических животных. Эти создания веками не водились в Альбии, но Лилит накормила лес, и лес дал ей свои дары.
— Ты трансформируешь мир, — сказал Самаэль с нотками благоговения в голосе.
— Я не хотела хвастаться.
Он прищурился.
— Нет, хотела.
— Ладно, в следующий раз буду хвастаться открыто, — шагая по мшистой земле, я была уверена, что не только я пробуждаю весну, но и почва пробуждает меня обратно к жизни. Сила лилась в моё тело из земли, помогая мне окрепнуть. Лопатки больше не болели и вибрировали силой. Я была практически уверена, что вновь могу летать.
— И если мне разрешается похвастаться ещё раз, думаю, мне хватит силы лететь и нести тебя.
— Исключено.
Я закатила глаза.
— Я думала, ты более уверен в своей мужественности, чем Освальд.
— Я абсолютно уверен, но не надо меня нести. Я сам могу лететь, если понадобится.
Я подняла руку.
— Ладно, погоди. У меня идея. Просто подожди здесь секундочку. Я взлечу, чтобы осмотреть окрестности, и тогда мы хотя бы будем знать, далеко ли идти. И я поищу дом предсказательницы, — я прищурилась от света. — Есть идеи, как выглядит её дом?
Он покачал головой.
— Я не знаю, но сдаётся мне, лесная предсказательница должна жить в какой-то лачуге из палок, покрытой мхом, костями и птичьим помётом, с раздражающей музыкой ветра.
— Звучит подходяще, — я выгнула спину, подставив лицо лучам солнечного света, лившимся между деревьями. Я чувствовала, как напитываюсь силой в золотистых лучах, пока мои ступни стояли на замшелой земле. Когда за спиной показались тёмные крылья, я взмыла в воздух.
Мои крылья задевали листву, пока я взлетала сквозь кроны. Теплеющий воздух проносился по моему телу, весенний ветерок развевал волосы. И пока я парила, весна расстилала свой зелёный покров подо мной. Листья и цветы распускались, лучи солнца сверкали в капельках тающего снега. Создавалось такое впечатление, будто тысячи мерцающих драгоценных камней усеивали лес подо мной.
Единственная проблема заключалась в том, что вдалеке от Самаэля я снова начала слышать Свободный Народ.
«Знание — это сила. Примкни к нам, и ты будешь контролировать мир».
Образ книги расцвёл в моём сознании — купающаяся в свете, лежащая на деревянном столе. Я чувствовала её как глубинную ноющую боль в груди, потребность обладать ею, листать страницы… Тяга вела меня к северо-западу отсюда, в университет Белиал, где полки с древними книгами покрывали стены, а окно выходило на золотистый город.
— Отвалите, — заорала я на видение.
От звуков моего голоса стайка скворцов вспорхнула с дерева внизу и принялась летать вокруг меня кружащей россыпью.
Я снова сосредоточилась на мире передо мной, стараясь переориентироваться… я находилась в Уилде, искала дом Туры. Я должна сосредоточить внимание здесь, вернуться к Самаэлю, пока эти пронырливые фашисты не завладели моим разумом полностью.
И я уже видела что-то… но не то, чего я ожидала. Вместо маленькой лачуги из палок и грязи, в поле зрения появился грандиозный особняк из стекла и песчаника. Он возвышался на три этажа перед стремительно несущейся рекой Брин.
 
Я описала круг, всматриваясь в огромные стеклянные окна. Внутри было полно людей. Когда я пролетела по дуге над домом, снег подо мной начал таять. Почки на деревьях вокруг стали набухать, птицы запели на ветках.
Опустившись ниже, я заметила надпись на камне над дверью: Особняк Туры.
Ну, это всё значительно упрощало. Нам нужно просто идти на север, и мы найдём нашу странную лесную предсказательницу. Я полетела по дуге назад, направляясь обратно к Самаэлю. Пролетая над лесом, я боролась с тягой, которая манила меня к Белиалу.
***
Я обнимала Самаэля рукой за талию, когда мы наконец-то приблизились к особняку. От реки к дубовой двери вела изогнутая каменная дорожка. Ярко-зелёный мох рос под нашими ногами подобно природному ковру.
Над нами огромные арочные окна выходили видом на леса. Один угол особняка был полностью стеклянным и давал идеальный вид на реку. Я видела, что люди стояли у окон и таращились.
Самаэль кивком указал на них.
— Они, наверное, гадают, как это весна наступила за пятнадцать минут.
— Это место выглядит изумительно, чёрт возьми.
Прежде чем мы успели постучать, дверь открыла женщина, просиявшая от восторга. Она была почти такой же высокой, как Самаэль, у неё была тёмно-бронзовая кожа и глаза орехового цвета. Её длинные волосы спадали на татуированные плечи, и она носила тонкий топик размером с носовой платок и кожаные брюки.
— Что ж, приветствую, — её взгляд скользнул от Самаэля ко мне и обратно. — Пришли ангел смерти и Лилит! — крикнула она. — Я же говорила вам, что у нас будут гости. Карты очень ясно дали это понять, — она с улыбкой поманила нас. — Прошу, заходите. Я Тура, которую вы ищете.
Тура пошире открыла дверь, и я шагнула внутрь, а Самаэль последовал за мной, не отставая.
Я улыбнулась.
— Можешь звать меня Лила.
Она повела нас по каменному коридору.
— Лила, ты выглядишь так, будто тебе не помешает выпить.
Было ещё утро, но она проявляла гостеприимство, и я не собиралась спорить.
— Ты правда можешь предсказать будущее?
Она пожала плечами.
— Конечно. Какой бы я была предсказательницей, если бы не умела этого? — маленькая сова приземлилась на её плечо.
— Но как твои карты сообщили тебе наши имена? — спросила я.
Она повернулась и улыбнулась мне.
— Карты мне этого не говорили. Но мало кто обладает такой внешностью, как граф, и моя сестра описывала его мне. Она всё рассказала мне про его тёмную любовницу Лилит, вестницу весны и смерти, — она прикусила губу. — И похоже, наступила весна, за что я бесконечно благодарна. Нахер зиму. Серьёзно.
Вздохнув, она завела нас в просторный зал с бассейном и изогнутым мезонином. Полуголые люди отдыхали у бассейна, пили что-то вроде фруктовых коктейлей, и солнце светило в окна.
— Моя сестра также сказала, что если Самаэль не женится на смертной женщине, по улицам потечёт кровь, и причиной тому будет Лилит.
В зале воцарилась тишина, все уставились на меня. «Вот и познакомились».
— Она могла ошибиться, — возразила я в качестве оправдания.
Тура покачала головой.
— О, она никогда не ошибается. Самаэль подтвердит это тебе.
— Я не стану жениться на смертной, — сказал Самаэль с окончательной убеждённостью.
Похоже, он верил предсказательнице, но готов был пожертвовать толпами смертных, лишь бы не жениться на Харлоу.
Тура пожала плечами.
— Тебе стоит жениться на той, которую ты хочешь взять в жёны. Мы же не знаем, вдруг кровь, текущая по улицам — это не плохо. Это как карта смерти. Иногда это просто означает перемены!
Я нахмурилась.
— Прошу прощения, но как залитые кровью улицы могут означать что-то позитивное? Это реально вызывает… — но как только вопрос слетел с моих губ, в груди зажглась надежда. Я повернулась, схватив Самаэля за руку. — Что, если это кровь армии Свободного Народа? Что, если мы с тобой сможем победить их вместе?