Одержимость (ЛП)

Я уставилась на него, пока он затягивал жгут на моём бедре.
— Поправь меня, если я ошибаюсь. Соуриал недавно заинтересовался ядами, и он единственный, кто знал, что мы придём сюда. Я дала ему детальное описание места, где мы будем, и он единственный, кто был в курсе.
Самаэль прищурился.
— Он бы никогда не помог Свободному Народу. Свободный Народ убил его детей-нефилимов.
Что-то в моей груди разжалось.
— Точно.
Но сомнение всё ещё змеилось во мне. Потому что иногда узнаёшь, что близкие люди врали тебе во всём.
Я сделала глубокий вдох. Я не собиралась настаивать. Самаэль знал его намного лучше, чем я.
Он притих, и на его подбородке дёрнулся мускул. Всё ещё стоя на коленях, он остатками разорванной рубашки вытер кровь с рук.
Затем он поднялся и достал из кармана кусочек бумажки. Он посмотрел на неё, и завитки золота заскользили по его щекам. В таком освещении они выглядели темнее, казались почти медными. Огонь в очаге затрепетал, и его глаза потемнели.
— Я нашёл это у одного из убитых мною мужчин, но до этого момента мне не представилось шанса прочесть.
— Что там говорится, Самаэль?
— Вот откуда они знали о нашем приходе. «Лилит и Самаэль направляются к подземному туннелю у реки — к Проходу Призрачного Монаха. Вход у старой виселицы, покрыт лианами. Они могут выйти в переулке возле вашего местоположения. Будьте готовы», — его глаза превратились в озёра теней, когда он встретился со мной взглядом. — Это явно почерк Соуриала, и записка подписана его именем.
В моём нутре зародилась тошнота, и я откинулась на спину стула. Я побарабанила ногтями по столу.
— И ты по-прежнему уверен, что он не стал бы работать со Свободным Народом?
Самаэль покачал головой, нахмурившись.
— Я не понимаю.
— Ты когда-нибудь видел его детей? Тех, что умерли?
— Нет, — он бросил на меня резкий взгляд. — Но он не стал бы врать мне, — он смял бумажку и бросил в огонь. — Всё возможно, да? Нам надо немедленно вернуться в Железную Крепость. Нам нужен антидот, и нам надо найти Соуриала, если получится. Надо узнать, что случилось на самом деле.
Я кивнула на окно напротив нас.
— Давай пойдём домой другой дорогой, ладно? Там мы сможем пройти тайно, и я доведу нас до реки без Прохода Призрачного Монаха.
Я подошла к окну, и мышцы моего плеча горели огнём, пока я открывала ставни. Мы выскользнули на ледяной зимний воздух, стараясь держаться в тени на случай, если кто-то ещё подстерегал нас с целью напасть. Я провела Самаэля по узкому переулку, пока мы не добрались до набережной. Должно быть, ему было холодно без рубашки, но он этого не показывал.
— Ну, кто-то со знанием конфиденциальной информации подставил нас, так?
Самаэль не ответил, но я чувствовала, как его ледяная ярость делает воздух ещё холоднее, и моё дыхание клубилось вокруг головы.
Одну вещь Самаэль ненавидел больше всего на свете, и это предательство. Может, это был не Соуриал… но кто-то его предал.
Глава 10. Лила
Словно день выдался недостаточно ужасным, по возвращению мы обнаружили, что Харлоу ждёт на лестнице с цветочным венком в своих светлых кудрях.
Её глаза удивлённо распахнулись.
— Что с вами случилось? Вы в порядке? — я не могла не заметить, как её взгляд блуждает по обнажённой груди Самаэля.
Она хмуро посмотрела на меня.
— Я думала, вы отвезёте её в новый дом. Я примеряла свадебные венки.
Не доверять никому. И уж тем более этой абсолютной засранке.
— На нас напали бандиты, — сказала я. — Знаешь Разбойника из переулка Дьявольского Креста?
Она побледнела.
— Он всё ещё разбойничает?
— Это была засада, — добавила я. К счастью, врать я умела хорошо. Дважды к счастью, Харлоу была идиоткой. — У Разбойника Дьявольского Креста есть целая команда лучников. Мы попали под перекрёстный огонь.
— Я слышала про его лучников, — Харлоу заметно задрожала. — Похоже, Самаэль вёл тебя не в лучшую часть города, но, наверное, такая, как ты, может постоять за себя, — она скользнула взглядом по моему телу, запачканному кровью и грязью, и снова задрожала, отчего деликатное кружево её платья затрепетало.
 
Видимо, они позволяли ей свободно разгуливать здесь. А я была заперта в комнатах, под охраной. С таким же успехом она могла быть чёртовым Бароном.
Я прищурилась, и ярость Лилит начала вымораживать мои вены.
— Самаэль, ты не считаешь, что твоей маленькой смертной нужен надзиратель или цепи, чтобы уберечь её от проблем? Я думала, ты предпочитаешь связывать своих женщин, — в моём голосе звучали резкие нотки, и притом не мои собственные. Это был голос Лилит, сочащийся ядом. И как только слова слетели с моих губ, я пожалела об этом. Я слышала в них ревность.
Харлоу ахнула.
— С чего бы меня сажать на цепь? Я за всю свою жизнь не нарушила ни единого закона.
Я чувствовала, как Самаэль сверлит меня взглядом.
Я пожала плечами, овладев некоторым контролем над Лилит.
— Это меры безопасности, — поспешно сказала я. — Разбойник может быть где угодно. И если его цель — Самаэль, ты тоже можешь попасть под раздачу.
— Она права, — сказал Самаэль. — Для твоей же безопасности тебе лучше пока что оставаться в комнате, под охраной. Я поговорю с нашим сенешалем.
Она моргнула, покраснев.
— Такой оберегающий. Тогда я немедленно вернусь в свою комнату, — она хмуро посмотрела на меня. — Но разве демон не представляет для меня опасности? Без обид.
— Сказал же, тебе безопаснее всего в твоей комнате, — Самаэль начал подниматься по лестнице.
Харлоу развернулась и спешно засеменила по ступеням рядом с ним.
— Мне не терпится спланировать нашу свадьбу и помогать вам с правлением Альбией, — когда она обернулась и посмотрела на меня через плечо, клянусь, на её губах играла триумфальная усмешка, от которой я заскрежетала зубами.
И всё же я больше не могла быть уверена, что реально, а что плод безумной ярости Лилит. Харлоу пыталась сделать так, чтобы я лишилась разума? Или это всё озлобленная, помешанная на мести демоница, живущая в моём сознании? Сложно сказать.
Наверху Эмма вышла из-за угла на лестничную площадку, держа светильник, который заливал каменный коридор золотистым светом.
Плечи Самаэля заметно расслабились.
— Сенешаль, прошу, проводи Харлоу в её комнату. И проследи, чтобы она охранялась. Сомнительные личности в этом городе желают причинить ей вред.
Эмма кивнула, и её взгляд быстро метался между Самаэлем, мной и Харлоу, словно она пыталась выяснить, насколько именно всё неловко. Давайте посмотрим… Самаэль без рубашки. Бывшая невеста заливает кровушкой лестницы. Новая невеста примеряет цветочки для свадьбы.
Да уж, весьма неловко.
— Вы оба в порядке? — спросила она.
— Да. Пока ты не ушла, Эмма, — позвал Самаэль. — Ты давно видела Соуриала?
— Освальд сказал, что он ушёл. Наверное, в Замок Аида.
Харлоу просияла.
— Другой ангел? Я видела, как он уходил. Он сбежал по лестницам так, будто за ним гнался дьявол. Вдруг он услышал о нападении Разбойника Дьявольского Креста? Может, он побежал на помощь.
Эмма нахмурила лоб.
— Прошу прощения? Разбойник Дьявольского Креста? — с сомнением переспросила она.
К сожалению, Эмма была не такой тупой, как Харлоу.
— Не обращай внимания, — Самаэль посмотрел Эмме в глаза. — Я направляюсь в свою библиотеку вместе с Лилой. Эмма… будь осторожна с тем, кому доверяешь.
Она пожала плечами.
— Я всегда доверяю тебе. Помимо этого, никому.
— А я доверяю тебе.
Харлоу улыбнулась.
— И мне, конечно же.
— Пошли, Харлоу, — сказала Эмма. — Тут могут разгуливать разбойники, — она взяла Харлоу под руку, и они свернули в коридор.
Мы пошли в другом направлении, и я хромала по каменному полу, всё ещё истекая кровью.
Самаэль остановился у двери, затем посмотрел на моё бедро.
— Давай займёмся твоими ранами, — пробормотал он. — Нам нужно посмотреть, что удастся выяснить об антидоте. И как только мы снова сможем летать, нам нужно уходить.