Ешь. Молись. Разводись (СИ)
Смеюсь.
- Что?
- Ничего. Мне уже тридцать восемь, Север, какая я девочка?
- Моя. Моя девочка. Не спорь, я старше. Мне почти сорок. Скоро будем праздновать.
- Мужчины не отмечают сорокалетие.
- А мы тихо, только ты и я. Вдвоём.
- Ты и я вдвоём и тихо? – усмехаюсь, - Не получится.
- Да, это точно. Кого-то я заставлю покричать.
Я хочу кричать.
Срывая голос. Стонать, захлебываться эмоциями, отдавать и брать. Раскрываться.
Хочу вместе.
До конца.
Без остатка.
- Милана…
Люблю его. Как же это просто оказывается – любить!
Питер – Москва.
Два города без которых не получилось бы нашей истории.
Мы отдали дань одному. Погуляли, несмотря на мороз. Зато было на удивление солнечно. Да, да, в городе Санкт-Петербурге в самом конце ноября бывает солнечно!
Мы едим пончики. Пьём вёдерный кофе. Решаем, что он почти так же нам дорог как раф.
И всё-таки раф ближе.
Но раф мы пьём уже в «Азбуке».
По дороге заезжаем в Тверь к Ярославу, который хитро улыбается и снабжает нас в дорогу гостинцами – медом с собственной пасеки, настойки, соленья и варенья. Приятно.
- На свадьбу приглашение жду. Кстати, можете у нас отметить.
Это мысль. Нужно её обдумать. Хотя вести сюда толпу народа…
- Тебе хотелось бы? – спрашивает Арсений.
Свадьбу, в ресторане в Твери? В хорошем ресторане. Тут и отель есть. Собственно, у меня не так много тех, кого я хотела бы позвать. Ольга с семьёй, еще пара подруг, родные, конечно, мама, папа, брат, брат двоюродный с семьёй. Женя с мужем. Почему бы и нет?
Киваю. Подумаем и решим.
Время у нас есть.
«Азбука». Раф. Круассаны с лососем.
- Ты очень красивая.
Я бледная, круги под глазами, спали мы мало. Едем на машине Арса, моя осталась в Питере на стоянке у его дома. Не у той квартиры, где он жил с женой. Ту квартиру он оставил ей. Пока обитает в небольшой студии.
- Если мы решим переехать в Питер, то будем выбирать и район и квартиру.
Если…
Мне почему-то кажется, что всё уже решено?
Мне будет проще перевезти туда детей, чем ему. Пока не думаю об этом, пока нас ждёт знакомство с моими. Еще одно.
Дверь в квартиру открываю еле-еле, руки трясутся, кажется, что ключ выпадет.
Заходим. Я позвонила Никите, сказала, что мы подъезжаем, чтобы не было сюрпризов. Но сюрприз нас всё-таки ждёт.
- Добрый вечер.
- Мама?
- Добрый вечер.
Глава 42
- Нина Николаевна.
- Роман Данилович.
- Очень приятно, Арсений… Северов.
Мила похожа на маму, неуловимо как-то, что-то есть. И от отца она тоже взяла лучшее. Улыбаюсь.
- Теперь я знаю, в кого моя невеста такая красивая.
Мама Миланы качает головой, но улыбается. Папа усмехается, словно давая мне понять, что я действую в правильном направлении. А как же! Комплименты – наше всё.
- Спасибо, значит, невеста? И мать с отцом узнают обо всем последними? Мила?
- Мам, ну… если тебя это утешит я сама узнала несколько часов назад, так что вы первые после меня и детей.
- Ну, хорошо, что хоть не в день свадьбы ты сообщаешь…после детей, хм…
Мила говорила, что мама у неё орешек крепкий. Ну, что ж, моя будущая семья, придётся быть снисходительным.
Вообще, я сейчас в таком состоянии, что готов обнять и любить весь мир, что уж говорить про будущую тёщу? И тестя.
- Мам, мы только из Питера, что-то купили в «Азбуке»…
- Мы привезли пироги детям, папа еще запекал мясо с картошкой. Давай, стол что ли накроем?
Милана кивает, я вижу, что ей не просто, она устала, да и я, в общем. Но мы все равно собирались поговорить с детьми, так что на разговор настраивались.
- Мать, давай мы с тобой сами на стол, Рита, Никита помогут, а вы с дороги, это самое, умыться, переодеться. – отец Миланы решает вопрос мгновенно.
Она говорила, что он бывший военный? Мое мнение – бывших военных не бывает. Это навсегда. И как правило только в положительном ключе, особенно у тех, кто служил, что называется в поле, а не в штабе.
Милана утягивает меня в комнаты.
Спальня.
Морщусь, понимая, что тут она была с мужем. Оставаться на ночь я не планировал, да и её хотел забрать к себе на Патрики, вопрос, как быть с детьми? Квартира там не такая большая.
- Прости, я не ждала их.
- Всё в порядке.
Обнимаю. Глажу по спине. Похудела. Но выглядит шикарно, несмотря на немного усталый вид.
- Ты пойдешь в душ?
- Пойдём вместе, так быстрее.
- Арс…
- Обещаю просто помыть тебя. – усмехаясь смотрю в её глаза. Хочется, конечно, не просто помыть.
Я голоден. Во всех смыслах.
Я три месяца постился. И того, что у нас было в Питере мне совсем не хватило. Мало.
Мне теперь её мало.
Подозреваю – всегда будет мало.
И почему-то это очень сильно греет.
Счастье иметь такую женщину, к которой у тебя лютый голод и жажда, без которой ты не дышишь и не хочешь дышать.
Мы стоим под душем прижавшись друг к другу. Смываем с себя груз прошлого, который всё еще давит. Очищаемся.
Соединяемся, кожа к коже, волос к волосу.
Сплетаемся.
Просто рядом. Просто очень и очень близко. Одним дыханием на двоих.
- Мила…
- Арс… нас потеряют.
- Мы тут всего пару минут. Просто хочу сказать тебе спасибо.