Похоже, это любовь (ЛП)

– Что насчет работы? – спросил Ксандер. – Аренда недвижимости или чем он там занимается…
Меркс кивнул:
– Стэнтон – единственный владелец компании, специализирующейся на инвестициях в недвижимость, с собственными объектами для сдачи в аренду. У него небольшой офис в Лэйквью с двумя сотрудниками. Во всяком случае, мы видели двоих. Стэнтон каждый день приходит на работу в восемь-тридцать, уходит в шесть. Полчаса тратит на обед в одной из закусочных, вроде бы предпочитает «Джимми Джонс». Не уточнил, что он любит больше, индейку или ростбиф, – для отчета это показалось несущественным.
Ксандер нахмурился, не оценив шутку.
– А его отношения с Джордан?
– Мы следили за ним с самой вечеринки, как ты и просил. Ту ночь они провели вместе, у нее. Утром отправились пить кофе. Вчера вновь встретились – ужинали у ее друзей в Андерсонвилле. Около полуночи он привез ее домой, провел внутри двадцать минут и уехал.
– Не ночевал?
– Может, у нее голова болела.
– Может, ей стало с ним скучно.
Меркс пожал плечами:
– Сам решай. Мы немного их поснимали. – Он бросил на стол бумажный конверт. – Все в хронологическом порядке.
Ксандер достал фото. Первое было сделано сразу после вечеринки, судя по фиолетовому платью, что выглядывало из-под пальто Джордан. Она целовалась со Стэнтоном на крыльце и совсем не выглядела скучающей.
Ксандер пролистал остальные снимки. Вот парочка, держась за руки, покидает «Старбакс». Вот они же на крыльце незнакомого дома – предположительно, друзей Джордан, – Стэнтон обнимает ее за талию и что-то шепчет на ухо. И наконец, Стэнтон уходит, а Джордан смотрит ему вслед со своего порога.
– Последнее снято вчера вечером, – прокомментировал Меркс.
Ксандер убрал фотографии обратно в конверт и оттолкнул в сторону.
– Не убедили. А знаешь, почему? Я знаю многих в этом городе и порасспрашивал тут на досуге о Нике Стэнтоне. Никто никогда не слышал об этом парне. И я должен поверить, будто ничего не соображающая в вине пустышка появляется из ниоткуда, случайно заходит в магазин Джордан и сходу ее завоевывает? Я на это не куплюсь.
– Люди все время так знакомятся, – заметил Меркс.
– С Джордан Родс никто так не знакомится. – Для убедительности Ксандер ткнул в стол пальцем. – Сейчас ее отец стоит уже два миллиарда долларов. Миллиарда! Так что я уверен: все это подстава. Стэнтон охотится за ее деньгами. Он, скорее всего, мошенник или типа того. – Он указал на Меркса: – Не прекращай слежку, пока я не скажу. Что-то не так в этой истории, печенкой чую.
***
На следующий день Ник в своем фальшивом офисе откинулся на спинку кресла и улыбнулся, позабавленный последним отчетом.
– Значит, Экхарт думает, что я аферист и охочусь за деньгами Джордан. Отлично. Это его ненадолго отвлечет.
Прослушав запись, Ник сразу позвонил Хаксли. Тот уже оправился от желудочного гриппа и теперь ежедневно торчал в фургоне в паре кварталов от «Бордо». За эти полторы недели между ними выстроились отличные рабочие отношения: Хаксли слушал разговоры Экхарта в режиме реального времени и отсылал Нику по электронке цифровые аудиофайлы, не забывая отметить особенно важные для расследования моменты.
Вечером и ранним утром Хаксли сменяли другие два агента, в том числе Симмс, которую благодаря Экхарту после вечеринки уволили с должности бармена. Эти агенты тоже отправляли Нику аудиозаписи, но пока в их смены удалось зафиксировать не так уж много полезного. Если не считать второй разговор Экхарта с Трилани – большой прогресс.
Особо волнующей работой ничего из этого не назовешь, но Нику нужно было занять себя хоть чем-то, и прослушивание записей отвлекало. Так все и текло: Хаксли семь дней в неделю отсиживался в фургоне, часами перелопачивая утомительную болтовню Экхарта о вине, ресторане и ночном клубе, а Ник все будни торчал в душном офисе с двумя стажерами, обозначенными как «менеджер Итан» и «личный помощник Сьюзи».
Ник посмотрел через стеклянную перегородку, отделявшую его кабинет от приемной, где трудились стажеры. Ну они хотя бы получили возможность удаленно заниматься делами со своих ноутбуков, так что ресурсы Бюро не растрачивались впустую. Хотя Ник представлял себе возбуждение на лицах молодняка, когда Дэвис предложил им поработать под прикрытием. Вряд ли они надеялись на протирание штанов в офисе.
  
– Пока вы с Джордан продолжаете изображать влюбленных и водите Экхарта за нос, нам ничего не грозит, – согласился Хаксли. – И все равно я жду не дождусь, когда мы покончим с наблюдением и закроем дело.
Ник провел руками по волосам. Он испытывал сходное желание. Ситуация с Джордан начала казаться слишком реальной, заставляя нервничать. В любое другое время, поймав себя на привязанности, он бы просто отступил, но сейчас деваться было некуда. Значит, оставалось только вести себя как обычно: как парень, который не позволит игре перерасти в нечто настоящее, который всегда готов поразвлечься, но не способен на глубокие чувства.
Потому что так и есть. Агенты под прикрытием не позволяют себе привязываться к делу или к тем, кто в нем замешан.
Для того Ника и наняли, и он не жаловался. Он упорно трудился, чтобы добиться нынешнего положения, и считал звание лучшего секретного агента в чикагском оперативном отделе весьма значимым достижением. Ник специализировался на работе под прикрытием, это и отличало его от всех коллег. Иначе он был бы просто еще одним парнем со значком, пушкой и клевой щетиной. Черт, он был бы Палласом.
Такой мотивации оказалось более чем достаточно, чтобы быстренько вернуться в игру.
– Как и я, Хаксли, – сказал Ник напарнику. – Чем быстрее мы со всем покончим, тем лучше. Для всех нас.
  
Глава 19
 
Джордан притворно улыбнулась клиентам:
– Ну что?
Пара лет под тридцать переглянулась.
– Мне нравится, – сказала женщина, взбалтывая в бокале чуточку шардоне.
– Мне тоже, – поддержал ее спутник. – Оно не такое маслянистое, как шардоне, которое я пробовал прежде. Мы возьмем бутылочку.
– Прекрасно.
Отдав заказ, Джордан направилась к угловому столику, где компания женщин, разменявших пятый десяток, распивала вино.
– Как у вас дела? Может, возникли какие-нибудь вопросы о вине?
Закончив с этим столиком, она пошла к следующему, затем к стеллажам, где определялись с выбором другие посетители, а после поспешила обратно к стойке, чтобы обслужить завсегдатая.
– Оживленно сегодня, – прокомментировал он.
Джордан поставила в пакет четыре заказанные бутылки.
– Грех жаловаться.
Вообще-то она могла бы пожаловаться – даже с легкостью, – но не стала. Во всяком случае, не когда кругом покупатели.
«Погреба ДеВайн» поразил желудочный грипп.
Оба продавца-консультанта с понедельника ушли на больничный, и Джордан с Мартином разделили между собой их смены. Обычно это не было проблемой, но утром Джордан как всегда навещала Кайла, так что магазин открывал Мартин, а ей пришлось взять на себя вечернюю смену – самую оживленную – в одиночку. Начиная с половины шестого она крутилась как белка в колесе, не ела и даже минутку на туалет улучить не смогла, так что чувствовала себя весьма раздражительной.
Но не перед покупателями.
Приклеив на лицо очередную улыбку, Джордан обогнула стойку и устремилась в другой конец зала. Кажется, ближайшие тридцать секунд все прекрасно проживут без нее – вот он, шанс ненадолго отлучиться.
Звякнул колокольчик.
«Сукин сын. Если еще хоть один долбаный клиент войдет в эту долбаную дверь до того, как я успею пописать, я вгоню ему штопор прямо в…»
Джордан рванула за угол, чтобы проверить, кто явился, и впечаталась прямиком в высокое крепкое тело.
Ник.
Он поймал ее за руку и поддразнил:
– Ух ты. Похоже, кто-то по мне скучал.
Джордан уставилась на него умоляющим взглядом: