Дух Древнего (СИ)

— Не хватило, но Орлов минимизировал остатки техники, сбил их аурой ещё на пять гран, — Конрад отошёл от нас подальше, — и легко отделался. Это, то, к чему все должны стремиться. Повторим! — он резко взмахнул рукой и в мою сторону полетел огненный шар.
Сердце ухнуло и забилось чаще. Он запустил заклинание ровно на мой вчерашний результат, только так, чтобы я не пострадал.
Руки сами выполнили для вида нужные действия. Огненный шар пробил щит земли, щит огня и распался на искры от удара моей ауры.
Резервы двух стихий опустели, а Конрад Бергсон довольно хлопнул в ладоши и прокричал:
— Отличная родовая подготовка! Это Ваша цель, — он обвёл взглядом студентов, — вот такие рефлексы и координация. Приступаем к отработке!
Студенты, бросая на меня кто-то недовольные, а кто-то восхищённые взгляды, разделились на пары. Разошлись в стороны и понеслась. Для меня же занятие окончилось. Отошёл на край полигона и уселся на лавочку. Аура развернулась навстречу воздуху Богов.
Часы показывали четырнадцать ноль ноль. Я должен успеть восстановиться до встречи с Поваром.
Мыслей не было. Я просто сидел и ни о чём не думал. Это лучше, чем гадать, зачем Бергсону этот спектакль? Вообще логики не вижу в его поведении. Он, что, примкнул к левым? Или к правым и пытается показать мою силу? Поднять мой престиж?
Странный он. Как там говорил директор института — боевое безумие? Может, у него контузия какая обострилась?
Может, всё же попытаться соскочить с этих тренировок? Ну, правда же, время теряю.
Тяжёлый вздох принёс понимание, что нельзя. Сейчас формировалось моё алиби. Академия неизбежный тормоз моих планов. Придётся терпеть.
К концу занятия, резервы восстановились наполовину. Вернулся в общежитие, забрал артефакты-образцы. Нацепил на палец «родовой» щит, взял с собой пару недавних заготовок из сарая, и артефакт магической анонимности — трофей с Осокина.
Учебные корпуса остались позади. Я миновал поворот к клубному сараю. Вспугнул на одной из дорожек Жорика с кабанчиками. Они приставали к каким-то первокурсникам, и я погрозил им пальцем. Жорик с компанией тут же испарились, а благодарные студенты проводили меня взглядами.
Не понимаю, как Жорик умудряется не попадать под нарушение внутреннего распорядка? На него не жалуются что ли?
На выходе с территории Академии я остановился. Огляделся по сторонам, не увидел ничего интересного, и направился к станции метро.
Подземка встретила меня прохладным дыханием сквозняка. Эскалатор спустил на платформу, а поезд домчал до нужного района. Там я вышел на поверхность. Поплутал по улицам меж домов и увидел Слона.
— Наконец-то, — дёрнулся ко мне гопник, отрываясь от стены размалёванной граффити. — Пять минут до встречи, я думал, Вы опоздаете.
— Ты чего нервный такой? — спросил я, проходя мимо него.
— На стрёме стоял, — поморщился он и отступил в тень, от чего неестественная бледность его кожи стала ещё сильней. — Я провожу.
Он дёрнулся вперёд меня и, перебежав дорогу, направился к чугунным воротам местного кладбища. Дёрганное поведение усилилось.
— Ты могил боишься что ли? — спросил я, когда вокруг нас потянулись надгробия, а дорожка увела уже далеко вглубь территории погоста.
— Не люблю такие места, — пробурчал Слон. — В дрожь бросает.
— Так выбрали бы другое место, — хмыкнул я, ощущая, что кладбище мертво. Нет на нём ни одного духа. Ни одной заблудшей души. Только живые люди впереди. Причём много.
Я предполагал, что они попытаются сделать засаду, и подготовился. Так что неожиданного нападения у них не выйдет. Что ж, пусть покажут мощь своей банды. Интересно, среди двух десятков бандитов найдётся хоть кто-то третьего ранга? Мне бы силы проверить в бою.
Захотел подколоть Слона о засаде, но не успел. Мы выскочили на пятачок перекрёстка, где нас уже ждали.
— Он один, — выдохнул мой провожатый.
— Свободен, — махнул рукой крепкий мужчина моего роста.
Полы кожаного пальто разошлись в стороны. Под ними, в наплечной кобуре, блеснула хромом рукоять пистолета. Мужчина поправил высокий, стоячий воротник и шагнул мне на встречу. Четверо его спутников остались на месте.
  
Слон моментально развернулся и рванул назад. Скрылся с глаз за одно мгновение.
— Ты Повар? — проводив гопника взглядом, я обратил внимание на пальто крепыша. Оно мне понравилось. Эффектно выглядит.
Резервы по пути сюда восстановились полностью. Вчерашняя часть духа дала отличное ускорение к этому процессу. По мои каналам заструились элементы стихии и энергии. Воля приготовилась к сражению.
— А ты граф Орлов? — ответил он вопросом на вопрос, и, когда я утвердительно хмыкнул, продолжил: — я бы с тобой поболтал, но за тебя дают сотку золотых. Так что, ничего личного, парень.
Он отступил назад, а со всех сторон стали выходить его люди.
Поднялись среди надгробий полтора десятка двухранговых бойцов. Отрезали путь к отступлению трое солдат третьего ранга и, к моему удивлению, на пятачок перекрёстка вышли два бакалавра.
— Зря ты пришёл один, парень, — покачал головой Повар. — Зря.
* * *
Конрад Бергсон. Территория Академии.
Конрад Бергсон, в своих мыслях, довольно потирал руки. Он стоял на дорожке около студенческого общежития и смаковал последние события.
Вчера он снова встретился со своим страхом. Преодолел его и подошёл к Аэтосу в холле факультета. А сегодня он не только смог заговорить с Аэтосом на паре, чего не позволял себе целую неделю до этого, так ещё и смог провернуть тактический манёвр.
Конрад атаковал Аэтоса. Ровно на столько, чтобы Кириллос опустошил свой резерв. Радость от этого события сводила с ума. Конрад пребывал в восторге от себя.
Он смог преодолеть все барьеры страха, которые свалились на него, стоило впервые увидеть врага. Не только преодолеть, но и победить.
Сейчас Аэтос ушёл в свой клуб. Он опустошён. Значит не сможет вовремя засечь Генри, ассистента Конрада, в своей комнате.
Артефакты ордена пришли раньше назначенного срока. Конрад определил, что божественный портал открывался на третьем этаже общаги и приготовил всё, чтобы узнать, кто тот самый Бог.
Дождаться, когда Аэтос и его сосед по комнате уйдут из общежития оказалось не трудно. Проблемой стала вахтёрша. Она не пускала преподавателей в общагу. Вставала стеной между Конрадом и комнатой Аэтоса.
Действовать силой Бергсон не решился. Придумал другой план. Генри поселили в одном общежитии с Аэтосом, Конрад снабдил его артефактом определения Бога, и стал ждать.
Но и тут противная бабка мешалась. Генри никак не мог пробраться на третий этаж, когда Аэтоса или его соседа нет в здании. Целый день ушёл на попытки, но ничего не вышло. Вахтёрша постоянно бдила. Словно подозревала что-то.
Но сегодня! Сегодня всё изменилось. Очкарик сосед в больнице. Аэтос без магии в клубе, а старой мегере кто-то подарил котёнка.
Хороший человек это сделал. Конрад готов был его расцеловать. Он закинул высоко на дерево около общежития приманку для кошек (специально ходил в магазин за это вкуснятиной, как сказал продавец) и принялся ждать.
Время тянулось медленно. Конрад ходил туда-сюда. То возвращался к себе на факультет, то двигался обратно к общежитию студентов.
Он старался лишний раз не попадаться никому на глаза, чтобы не вызвать подозрений. В голове зрела отговорка, что он ждёт ассистента — вдруг, кто-то спросит, какого рожна Конрад забыл около общаги?
Но отговорка не пригодилась. Всем оказалось наплевать на заведующего кафедры. Преподаватели не подходили с вопросами. Студенты постоянно куда-то спешили и не смотрели по сторонам. А, если видели Конрада, то старались обойти его стороной.
Котёнок сбежал из-под надзора мегеры только вечером. Слетел с крыльца. Стрелою метнулся к дереву и полез за угощением.
— Стой, Лаврушка, стой, — выскочила на улицу вахтёрша и побежала за питомцем. — Эй ты! — она заметила Конрада и махнула ему, — Полезь наверх, достань Лаврушку.