Тайна эльвернитов (СИ)
— Слава Аллаху, с тобой все в порядке!
Со мной, шешен амы! Псих! Даже привстать попытался, но я не дала. Я же не стальная болванка, шешен амы! А потому следующие пять минут я ревела, как горный водопад — так же громко и мокро, прямо в него — сграбастала свою пропажу поперек груди вместе с одеялом и отводила душу и соленую воду по полной. А он улыбался, как дурак, и, такое впечатление, получал удовольствие от моего слезоразлива. Или не от него… Просто, прежде чем начать рыдать, я его поцеловала. То есть, сначала накинулась и целовала, куда придется — в лоб, в щеки, в нос даже! А потом он как-то так повернулся, что я попала прямо в губы, и… И не помню, что дальше. Но, кажется, это было долго… Сладко… Ой-бай… Есть о чем поплакать.
Я рыдала ровно до того момента, пока этот безмозглый не выдал куда-то в пространство над моей головой:
— Извини, что тебе опять пришлось меня спасать. Понимаю, что тебе неприятно… Но я не специально, корзалып!
— Ты дурак?! Дурак, да?! Ишак безмозглый, тыква твоя пустая и звонкая, как базарный барабан! — похоже, мои нервы пошли в разнос, и то, что не вылилось слезами, теперь выскакивало ругательствами.
— Да я ж говорю, что не специально! Я за тобой шел, даже не оглядывался по сторонам. А надо было, может тогда эту бы… увидел.
— Да причем тут приятно-неприятно! — все, меня заклинило, и пока я не разнесу все, как тайфун, дальше не двинусь. — Ты знаешь, как я испугалась?! За тебя, с-собака ты собачья! А если бы они не захотели денег?! Что я делала бы, штурмовала эту дурацкую планету?! — ух, а голос ко мне вернулся… Зато слушатели, пока я орала, незаметно так слиняли из комнаты, слава Аллаху, а то потом стыда не оберешься. — Шади-и-и… я за тебя испугала-а-сь! — ага, водопад снова с нами. — Знаешь, как мне страшно было, знаешь?!
Шадид только вздохнул, хотя вроде бы промелькнула на его лице довольная такая ухмылка, но может, мне показалось.
— Я им столько раз эти деньги предлагал, езумдун! Если бы я знал, куда бежать, голым бы оттуда ушел, только я не знал. А по их лесам бродить мне было страшно. Честно, страшно! И за тебя было страшно, потому что я не сразу понял, зачем они меня выкрали. Так что ты прости…
— Ты-то тут при чем… — ох, и вид у меня сейчас. Красная, зареванная, нос распух, волосы дыбом… Это какие же ужасы с ним творили, если он на меня смотрит и не пугается?
— Ой, извини… — спохватилась, шешен амы, индюшка. Лежу тут практически уже не просто с ним на одной кровати, а непосредственно на нем самом. Обнимаю, как… А вот и буду! У меня стресс еще не кончился! Раз он моей страшной красной личности не боится, значит, буду реветь дальше. Ой-бай, извинилась, главное, но не слезла.
— Это ты меня прости, я постараюсь больше не доставлять тебе неприятности, — и приобнял осторожно, чтобы не упала с кровати. Да я и так не собиралась падать. Я собиралась скандалить дальше!
— У-у-у, ишак с ушами! Причем тут мои неприятности, если тебя самого чуть не законопатили навсегда!
— Ну, если бы я был осторожнее, если бы мозги включил и не только ушами по сторонам хлопал, но и анализировал… Я ж эту телку, озуналып, еще в ДИСе заприметил. Так что ты права — ишак. Опять на тебя все свалил. Давай, ругайся. Правильно! — и глаза закрыл с обреченным вздохом.
— Если бы МЫ были осторожнее, а, главное, умнее, мы бы вообще, сюда не прилетели. Одни… Шади, Саяна тут нет. Он остался на Бируни, — и я коротко рассказала о своем визите к местной гюрзе и о том, как гюрза помогала мне его выкупить.
— Ты у меня молодец! — произнес Шади с улыбкой, чуть посильнее приобняв меня за плечи, а потом сразу стал серьезным. — Только мы же боялись Саяну навредить, помнишь? Я тоже об этом много думал. Но вот видишь, мы все правильно сделали. Иначе как бы мы с Мицарэ узнали, что он не на Венге?
— Как-как… как два умных человека. Продали бы твои кристаллы сразу и наняли частного детектива. С дядей твоим посоветовались бы, — я поежилась от неуютного воспоминания. — Ох, он орать умеет. Я думала, из планшета выскочит и меня отшлепает сразу сходу, как глупую девчонку.
— Точно, только детектива к общему веселью и не хватало, — как-то горестно вздохнул Шади и потом чуть не подскочил: — Ты что, Камилю сообщила, что меня выкрали?! — и выдал в пространство длинную забористую руладу.
— Не прыгай, — недовольно завозилась я. — И не ругайся. Сам подумай, — даже руку для наглядности протянула и постучала пальчиком по упрямому лбу. — Тебя похитили. Да если бы у меня был номер президента галактического союза, я бы и ему сообщила!
— Как президенту повезло, — улыбнулся Шадид. Потом нахмурился и обреченно заерзал: — Камиль орал? Вот ведь… Плохо. Значит, прилетит сюда, к дервишу не ходи. Сиздинучун! Тоже будет рассказывать, как он устал меня из дерьма вытаскивать, в которое я постоянно вляпываюсь. И как ему это неприятно, и когда я поумнею… Хорошо, что ты раньше него успела.
— Слушай! — возмутилась я. — Во-первых, это не страшно, на самом-то деле. Покричит и перестанет. А во-вторых, усвой своим барабаном, что я не спасение твое имела в виду, когда про "неприятно" ругалась! Это я за ремень извинялась, чучундра ты непонятливая!
— А-а-а, ясно, — вот клоун, такую морду скорчил, будто то ли лимон съел, то ли зуб кольнуло, то ли все сразу. И нахохлился, главное, как индюшонок на снежинку, а потом ехидно уточнил: — А чего ты сразу за Саяном не полетела?
Я даже привстала на кровати, неверящими глазами глядя на этого… этого…
— Ты псих? — уточню на всякий случай, вдруг ему и правда мозги повредили? Ой-бай, а правда! Шешен амы-ы, надо доктора звать! — Ты не беспокойся, — заторопилась я, — это наверняка можно поправить!
— Что? Полететь за Саяном? Можно. Теперь уже и вместе можно. Только надо успеть до Камиля, а то он нас на буксир возьмет. Хотя, может, ты как раз с моим дядей улететь хочешь? Ты честно скажи, я пойму. Спокойно, надежно, никого спасать не надо.
— Дурной ты какой-то… — вздохнула я, укладываясь обратно. — Как есть дурной. Ну что ты ерунду городишь, то лететь за Саяном я должна, бросив тебя, то еще не легче. Вот ты бы меня бросил?
— Смотря где, — усмехнулся, а глаза серьезные. — Смотря с кем. Хотя нет, не брошу. Кто меня спасать будет?!
— Ладно, шайтан с тобой, договорились, — я самым серьезным образом настроилась заснуть прямо тут. — Буду спасать… сколько надо… давай поспим?
— Это намек или предложение? — Шади засмеялся, притянул к себе поближе, накрыл одеялом: — Спи! Сама ты… чучундра.
— Я не чучундра, я хорошая девочка… — засыпать носом ему в плечо оказалось так сладко…
Шади:
Несколько раз я приходил в себя, понимал, что нахожусь в своей палате, и рядом со мной сидит Бруйма. Мой орк-охранник. Выжила, значит, слава Аллаху. Странная она, конечно, но по-своему добрая. Один раз я даже настолько оклемался, что умудрился еще раз попросить у нее прощения. Не знаю, разобрала ли она хоть что-то, потому что губы и язык опять были тяжелые, вялые и двигались с трудом. А еще очень хотелось пить, как после наркоза, езумдун!
По-моему, Бруйма как раз и решила, что я прошу воды, потому что протянула мне кружку и даже голову придержала, пока я жадно глотал холодную, сводящую зубы жидкость. Потом я снова отключился, а в следующий раз очень удачно оклемался, чтобы послушать пререкания зайкофилки с кем-то довольно пожилым, похоже, тем самым одуванчиком, который заведовал всей богодельней. Старушка требовала, чтобы никакой психокоррекции не было, потому что заказчица против. А зайкофилка настаивала на "легкой аппаратной корректировке", потому что она не готова работать с таким опасным объектом, как я. На что старушка обозвала ее "некомпетентной дурой" и пообещала заменить на более умелого специалиста.
На этом сравнительно приятном моменте я снова провалился в забытье.
Потом мне мерещился силуэт Бруймы и рядом с ней еще кого-то, вроде бы даже мужчины, хотя ни слова из их тихого разговора разобрать не получилось, как я ни прислушивался.