Тайна эльвернитов (СИ)

Тормоза… Где у моего мальчика тормоза?! Пока меня обследовали врачи, он провернул столько всего, что тетушке впору его усыновлять, тля!
* * *
Вечером, чтобы не портить ужин предвкушением разговора с тетей, я сначала отправилась в рубку и отчиталась о проделанной мною и моим мужем работе. У тетушки глаза заблестели, как у хищницы, почуявшей запах добычи…
— Так… Поблизости у меня, кроме тебя, никого из Альцейканов нет. Но ты не подходишь. Твой мальчишка взбрыкнет, — я даже на диванчик присела, услышав от тети такие рассуждения. С каких пор ее волнует, что будет чувствовать и как отреагирует зверек, даже если он муж ее племянницы и отец ее двоюродной внучки?! Но да, Сайян взбрыкнет… — Знаешь что, дорогая, оформи его на меня, по доверенности. Юйлайке только спокойнее с таким вторым мужем будет, а то он извелся весь, что я кого-нибудь еще заведу. И, кстати, бумагу, где он все права правительству Венги передает, ты пока придержи. Может, удастся исключительно на наш Дом оформить. Но это уже не твоя забота… Нотариуса и психиатра для оформления брака и переоформления гражданства я пришлю в течение двух-трех суток, пусть пока твой муж его развлекает. Он что-то полезное для служб Каганата сможет узнать?
— О да, — я усмехнулась, даже немного завистливо. Мой муж очень ненавязчиво умудрился вытащить из этого гениального профессора столько сведений, сколько не удалось получить после допросов Кайрима и его сестры. Теперь мы совершенно точно знали, что мозговым управляющим центром была именно Сайфира, Кайрим был ее генералом, а Айким совершенствовал технику и оружие. Милый семейный бизнес.
* * *
Когда я вошла в кают-компанию, Сайян сидел на диванчике, тихий и незаметный. Девочки, ожидая меня, резались в карты. Накрытый стол благоухал и манил, напоминая о том, что уже самое время ужинать. Тля! Неужели этот сумасшедший дом закончился, и я могу спокойно выдохнуть?
Заметив мое появление, муж тут же оказался рядом, чтобы отодвинуть стул, положить на тарелку салат, налить из графина сок… Я лишь улыбнулась и с ехидством уточнила:
— Не хочешь конфетку, зайя? Твои любимые, с вишневой начинкой.
Сайян смущенно улыбнулся и отвел взгляд:
— Доктор настоятельно рекомендовал вам еще неделю воздерживаться от активной сексуальной жизни, госпожа.
— Зато тебе он воздерживаться не рекомендовал, — ехидно фыркнула я. — Скушай конфетку. Я же безо всякой задней мысли предлагаю.
Муж насторожился, у него даже кончики ушей зашевелились, по-моему.
— Спасибо, госпожа, я лучше яблоко съем. Вам почистить?
Я кивнула, едва сдерживаясь, чтобы не улыбнуться. Вот сейчас Сайян был просто возбуждающе прекрасен, со своей провокационно-покорной вежливостью.
— Кстати, мы с тобой вчера один момент обсуждали, помнишь? — нож, тоненькой стружкой снимающий шкурку с яблока, замер на пару секунд, но потом снова принялся за работу. — И ты мне ответил: "все, что только захочешь". Помнишь?
— Да, госпожа Талитилана, — нож снова замер на секунду…
Помнит. И после моей мести на его "как угодно, только не так" знает, что с воображением у меня проблем нет. А раз у меня неделя воздержания, я должна себя как-то развлекать, правильно? И именно для этого у меня есть муж…
Аппетит у моего мальчика явно испортился, зато у меня никаких проблем не было — ела за двоих. Да так оно и было, на самом деле.
— Спокойной ночи, девочки, — улыбнулась я, кивая мужу в сторону двери. — Нам пора отдыхать. Доктор прописал покой…
Девочки понимающе покивали, с ехидством пожелав и нам "спокойной ночи".
— Раздевайся, — объявила я, едва дверь нашей каюты захлопнулась.
— Может, сначала душ? — поинтересовался Сайян, при этом послушно выполняя мой приказ.
— Душ будет потом. Сначала мы обсудим кое-какие моменты, чтобы они не мешали нашей дальнейшей семейной идиллии, — говоря это, я демонстративно вытащила из брюк широкий гвардейский ремень.
Сайян немного нервно сглотнул. А в его глазах появился самый настоящий страх. Так боится боли? Вряд ли… Именно порки? Да нет, на панику не похоже.
 
— Тали, послушай…
Я отложила ремень на кровать, подошла к мужу, успевшему стянуть рубашку и расстегнуть джинсы. Погладила его по плечам, провела пальцами по выступающим ключицам, потом мягко проскользила по ребрам, вниз, до плоского живота и тоненькой едва видной полоски волос от пупка…
— После всего того, что ты вчера и сегодня наделал, во мне борются два очень противоречивых желания.
Сайян вновь сглотнул, но взгляд стал более спокойным.
Я обрисовала контур его полуоткрытых губ. И продолжила:
— Конечно, больше всего мне хочется тебя выдрать.
— Я понимаю. Но, Тали, если ты…
— Если я сделаю это, то потеряю тебя, — улыбнулась я ему, проводя пальцем по напряженной скуле.
— Не потеряете, но я очень сильно обижусь, — Сайян проговорил это с какой-то тихой грустью. Да, наверное, это его расстроит. Он у меня только воспарил, а тут я крылья подрезать пытаюсь.
— Но если ты еще раз… — тут я задумалась, пытаясь сформулировать, что именно мой мальчик сделал не так, и за что я бы хотела его выпороть. Вот расплывчато-неуловимое ощущение неправильности происходящего было, а когда начинала формулировать — фигня выходила, тля. Не делал ничего, не посоветовавшись со мной? Не проявлял инициативу? Не лез не в свое дело? Не разговаривал с моей тетей?
— Я буду стараться действовать без вашего согласия очень редко и максимально осторожно, госпожа. А сбегать и рисковать своей жизнью больше не буду вообще! По крайней мере, постараюсь никогда больше так не делать, ведь нас скоро будет трое.
— Хорошо, потому что почти все, что ты сделал по своей инициативе, было правильным и принесло ощутимую пользу нашей семье, нашему Дому и моей планете. И единственное, что меня во всем этом злит, кроме того, что ты провернул все это, не посоветовавшись со мной, так это твой побег и…
— Я сам испугался! Сначала, когда он целился в меня. Но еще больше потом — когда он все же выстрелил в тебя. Если бы я не знал о его разработках, ни за что бы ни заставил себя зайти в ту комнату. Мне больше хотелось его удушить, чем сидеть и выслушивать песни о его гениальности. Только я понимал, что это вам надо. Чтобы ваша тетя не сильно сердилась. Она ведь вас простила?
Я кивнула, продолжая гладить своего мужа и буквально чувствуя, как мне все больше и больше плевать на рекомендации врача. Сексуальное воздержание? Неделю?
— Ну и что же нам делать? — с притворной растерянностью спросила я. — Согласись, нехорошо, если я буду на тебя злиться. А все мои принципы возражают против того, чтобы оставлять тебя совсем без наказания.
— А вы все равно на меня злитесь? — расстроенно уточнил мой наивный мальчик. Все же еще очень наивный. Умный, расчетливый, хищный, но пока еще слишком юный.
— Конечно. Из-за твоей глупости я чуть не осталась без тебя! Представляешь, как бы ты меня подставил?
Сайян кривовато улыбнулся и вдруг притянул меня к себе, поцеловал, потом подхватил на руки и отнес на кровать.
— Вы говорили, что в вас борются два желания. А какое второе?
— Затрахать тебя так, чтобы ты до завтрашнего вечера не мог встать, — хмыкнула я, усаживаясь на него сверху.
— У вас неделя воздержания, доктор очень рекомендовал…
— А мы доктору не скажем, — усмехнулась я, облизывая губы. — Я просто тебя отымею. От души, не сдерживаясь. — И с ехидством добавила: — Пожалуйста!
The end