Сеульская шестерка (СИ)

Для выхода на ковровую дорожку Louis Vuitton предоставил парням светло-серые костюмы-двойки и рубашки пастельных оттенков с разными цветочными узорами. Галстуки не были предусмотрены, в качестве обуви — кеды из новой коллекции бренда. По уровню работы и, откровенно говоря, итоговому виду, эти наряды заметно проигрывали тому, что они надевали для Грэмми. Но в толпе, где большинство людей выбирали темные тона одежды, они выглядели достаточно ярко.
Пруденшал-центр, где проводили церемонию в этом году, вмещал менее двадцати тысяч зрителей. Билеты платные, организаторы ожидаемо хотели бы продать больше, но нужно еще и звезд со стаффом как-то разместить.
Сцена выходила в зрительный зал острым углом, основная площадка была не такой уж большой по площади. Как часто бывает на таких премиях, выступления готовили в большей степени для зрелищности видео, поэтому все места вокруг сцены были отданы зрителям — так, чтобы камера показывала ликующих поклонников, а не скучные лица селебрити. Места для номинантов и просто гостей премии располагались сбоку сцены, к ним вел отдельный «мостик». Официальной рассадки не было, только некоторых самых популярных артистов просили занимать места в первых рядах, чтобы их было лучше видно на камерах.
Pop Heroes сели во втором ряду, перед ними расположились Сандра и Камария. О том, что эти девушки часто общаются и стали лучшими подружками, начали писать даже таблоиды.Сейчас они были заняты очень важным делом: обсуждали всех, кто попался им на глаза. Дан время от времени краем уха улавливал сплетни весьма сомнительного толка, что казалось ему даже немного не в стиле обеих: обычно они очень вежливы и аккуратны в выражениях. Но вдвоем, видимо, превращаются в главных сплетниц.
В отличие от селебрити, которых должны снимать камеры, другие номинанты могут и не видеть сцену. В том смысле, что всех не очень известных личностей, которые при этом не являлись фанатами, посадили на трибуны немного за сценой. Иногда такие билеты продаются и называются «местами с ограниченной видимостью» — это когда, в лучшем случае, видно спину выступающего.
Сону на премию приехал и тоже был отправлен в этот закуток «изгоев», что не помешало ему легко вступить в диалоги с участниками церемонии. Дан оставил с ним Сонхи — она хорошо знает английский, в отличие от самого Сону, и эти двое быстро начали находить знакомства. Частично им в этом помогал менеджер Сандры. Он был знаком и с Сону, и с Сонхи, и теперь повел их заводить «новых друзей» среди той части творческой тусовки, которая обычно не на виду: операторы, режиссеры, арт-директора, стилисты и другие «творцы экранной магии».
Китэ тоже приехал. Сначала он пытался занять место на трибуне для звезд, пристроившись позади PDS, но его попросили покинуть место перед камерами и уйти к своим коллегам. На трибунах для звезд стулья стояли отдельно, не прибитыми к полу и не соединенными между собой. Дан разворачивал стул, чтобы лучше видеть и слышать своих парней, но в итоге очень хорошо видел и все, что происходит в том закулисье, где оставили продюсеров и режиссеров. У Китэ была вроде бы неброская рубашка, но с деталью, о которой он вряд ли сам знал заранее: по краю воротника было пришито что-то вроде светоотражающего канта. Издалека не разобрать, что бликует на воротнике, но перемещение Китэ по ложе постоянно привлекало внимание, и это даже немного раздражало.
Китэ чуть больше сорока, он среднего роста, среди коллег-продюсеров выделяется худобой. Постоянно носит либо обувь на каблуках, либо специальные стельки. И одеваться старается… не то, чтобы стильно,все же под стилем подразумевается нечто большее, чем любовь к пиджакам и черно-белому гардеробу. Но мужчина в костюме всегда кажется аккуратнее и представительнее, особенно, когда второй корейский продюсер (то есть тридцатилетний Сону) уже успел оставить где-то ненавистный пиджак, снял галстук и стал похож скорее на потерявшегося мембера к-поп группы, чем на серьезного специалиста.
Оба — и Сону, и Китэ — быстро нашли себе собеседников. Только разных. Сону интересовали арт-директора, операторы и режиссеры, в то время как Китэ пытался познакомиться с продюсерами и представителями крупных телеканалов и стриминговых площадок. Дан подумал, что ненависть Китэ к их группе станет еще сильнее после этих разговоров. Дэн Штейн, креативный директор MTV и организатор многих крупных музыкальных событий в США, едва поздоровавшись с Китэ, быстрым шагом направился к Сону, хотя они не были знакомы. Все же Columbia Records была права: Грэмми многое дает. Как минимум — уважение таких людей, как Дэн Штейн.
 
Церемония еще не началась: осталось минут пять до конца прохождения приглашенных по красной ковровой дорожке, но все ждали Тейлор Свифт, и до ее появления, скорее всего, проход не закончится. Иногда Дану приходилось вставать, чтобы либо поприветствовать знакомых исполнителей, либо познакомиться с кем-то новым. Если Грэмми было местом для встреч серьезных людей, то на MTV приходило много молодых артистов, исполнителей одного-двух недолговечных хитов. Из-за этого и атмосфера тут была свободнее. Но забавно было видеть, что артисты, не считая некоторых исключений, делились на две большие группы. Противостояние Sony и Universal в этом времени ощущалось большим напряжением, что влияло и на исполнителей.
Долгое время именно Universal была наиболее влиятельна в мире музыке. У нее больше хайповых артистов: тут и Тейлор Свифт, и Эминем, и Билли Айлиш, и Maroon5, немало популярных рок-групп и тех, кто ярко сиял непродолжительное время, вроде Линдси Лохан или Нелли Фуртадо. Это позволяло компании иметь около тридцати процентов всех доходов музыкальной индустрии. У Sony в то время было примерно двадцать процентов, у третьего гиганта — Warner — менее двадцати, остальное приходилось на малые лейблы по всему миру.
Но сейчас доходы Sony стремительно растут, ее основной американский лейбл — Columbia Records — продвигает троих очень популярных сольных исполнителей — Сандру, Лиама и Камарию (через малый лейбл Бейонсе). Плюс контракт с Pop Heroes и Flower. При этом Universal так и не смогла договориться с Китэ о похожем контракте для PDS — не сошлись в количестве выплат за американское продвижение… Потеряли и Pink Venom — в конце прошлого года представители UQ начали готовиться к переходу под один из лейблов Sony, планируя продвигать музыку уже через них. Как часто бывает в моменты активного роста «молодежи», многие старожилы индустрии решили тряхнуть стариной, поэтому из своих загородных особняков многие когда-то популярные артисты вернулись в студии… Следующий год обещает быть реально жарким.
Получилось так, что одна трибуна отошла Sony, другая — Universal, но с некоторыми исключениями. Просто у Universal все еще количественно больше артистов, поэтому все на одну трибуну не влезли и PDS, например, посадили неподалеку от корейских коллег. Впоследствии получилось забавное «противостояние»: на одной трибуне Сандра и Камария увлеченно перемывали всем косточки, на другой этим же самым занимались Тейлор Свифт и Селена Гомес.
Но до момента, пока не появилась главная звезда, Дан был вынужден скучающе рассматривать окружение, здороваться с коллегами и иногда удивленно хмыкать доносящимся до него совсем уж странным фразочкам Сандры и Камарии.
И еще он постоянно отвлекался, поглядывая на раздражающий воротник Китэ. В частности, подумал, как многое изменилось просто из-за того, что теперь не коллектив Китэ является самой влиятельной к-поп группой. Как сильно заработок и успех артистов Ssag зависел от связей Китэ в США? Съемки клипов, продвижение, коллаборации с популярными артистами, мягкое подсуживание стриминговых платформ. Все это сейчас есть у Pop Heroes, просто в большем количестве, потому что Канджи не жадный и с легкостью соглашается отдавать больше денег ради большей популярности групп.
Премия началась с пятиминутного забавного монолога ведущего… Затем первым номером выступила та, кого больше всего ждали — Тейлор Свифт. Потом следовали шутки от ведущего, объявление номинантов и снова выступления. Но это было не так скучно, как на Грэмми. Выступления более раскованные, рассадка знаменитостей не такая строгая, многие вставали и танцевали, да и зрители были ближе к сцене, что давало выступающим больше концертного куража. Большое количество автоматических камер позволяло делать качественную съемку, не демонстрируя зрителям спины операторов, что тоже сказывалось на настроении. Уже ко второму номеру макнэ-лайн начал пританцовывать, а потом и полноценно танцевать. Вообще, было ощущение, что Инсон с Юджином уже и в зрительный зал ушли бы, если бы увидели свободный проход.