Сеульская шестерка (СИ)

Дану нравилось, как Дэджун ведет разговор. Профессионализм всегда ему импонировал, и то, что Дэджун заранее находит информацию о гостях, собирает в социальных сетях мемы и забавные мнения о приглашенных — это действительно ценно. Дан сам написал ему сообщение в стиле «Дэджун-ним, а вы не хотите взять интервью у меня и, предположим, Юджина? Нас интересуют даты в районе двадцать первого марта.» Собственно, с этого сообщения Дэджун и начал свое интервью. Как только они представились и расселись за столом, он рассказал эту историю:
— Представляете, как я удивился? Обычно это мне приходится уговаривать своих коллег поболтать со мной за ужином. Я еще всячески рекламирую себя: вкусно накормлю, вырежу при монтаже все, что вы случайно скажете по пьяни, не буду задавать неудобных вопросов… а тут мне — без уговоров! — сами пишут молодые айдолы, популярность которых сейчас на пике… моим друзьям должно быть стыдно.
— Не смущайте нас, — попросил Дан. — Я же сам был блогером долгое время, мне кажется, что в таком формате разговор получается… правдивым?
— Искренним, — подсказал правильное корейское слово Юджин.
Дэджун тут же уловил этот маленький нюанс:
— У тебя все еще проблемы с корейским?
— И да, и нет, — улыбнулся Дан. — Я неплохо говорю, но думаю преимущественно на английском… сны мне снятся на английском. Поэтому мне не всегда удается найти в памяти правильное слово. Самое обидно, что теперь я и на английском слова забываю…
Дэджун расхохотался:
— На это жалуются многие билингвы. Типа: ожидание — хорошо говоришь на двух языках. Реальность — забываешь слова на обоих.
Дан засмеялся, соглашаясь. Он действительно частенько забывает отдельные слова то на том, то на другом языке.
— Но вы в группе все хорошо говорите на двух языках? — уточнил Дэджун. — Я посмотрел несколько ваших видео… ничего не понял, но по-английски говорите красиво.
Дан с Юджином засмеялись.
— На самом деле, английский Минсока… своеобразный, — признался Дан. — У него малый срок обучения, он не всегда правильно строит предложения и не знает многих слов. Мешает ли ему это трещать без умолку?
И они с Юджином оба иронично покачали головой, а Дэджун расхохотался в голос.
— Это ценное качество, — заметил он. — Вот я, вроде, неплохо знаю японский, но, как только нужно сказать пару слов перед камерой, забываю все слова разом.
— У Хэвона так же, — признался Дан. — С английским. Он неплохо его знает, учителя его хвалят, но на публике говорить стесняется.
Дэджун согласно покивал, а после продолжил:
— И все же. Вас шестеро и вы все можете, при необходимости, поддержать разговор на двух языках… это ценно в современном мире. Еще какие-то языки знаете?
— Дан говорит по-французски, — начал Юджин. — Я ужасно, но говорю по-русски, плюс учил японский.
— Погоди, — тряхнул головой Дэджун. — Вот ты, Юджин, в свои… восемнадцать лет. Можешь сносно общаться на… четырех языках?
Юджин расхохотался и покачал головой:
— Все сложнее. Давай начну с простого, потому что многие этого не знают. Я — корё-сарам, родился в Казахстане, приехал в Корею, когда был ребенком. Мы дома общались по-русски, поэтому я до сих пор знаю язык. Но… это очень урезанный уровень, я не сдам ни один экзамен, потому что могу только говорить на бытовые темы. Пишу и читаю с трудом, для меня язык существует преимущественно на слух. Но даже при разговоре делаю так много ошибок, что мои бабушка и тетя, которые не переехали в Корею, а остались в Казахстане, болезненно морщатся.
Дэджун свое шоу снимает не в студии, а в небольшом ресторанчике родственников, поэтому они могут себе позволить есть пулькоги — это замаринованные кусочки говядины, которые готовятся на жаровне прямо за столом. Корейцы не любят жарить мясо дома — запах ведь потом не выветрить, даже в ресторанах, и то на выходе ставят баллончики с освежителем воздуха.
До этого перед ними постепенно выставляли все закуски, а последним принесли сырое мясо. Дэджун первым взял кусочек красивой мраморной говядины и положил на жаровню. Кусочки очень тонкие, поэтому жарятся быстро. Дан и Юджин повторили то же действие за ним.
 
— Я понял, — кивнул Дэджун, возвращаясь к разговору, — Это потому, что ты ни дня не учил этот язык по учебникам. Наверняка ни одного правила не знаешь.
Юджин согласно кивнул:
— Ага. Я вообще хорошо только еду прошу, — признался он. — И комплименты бабушке говорю.
— Комплименты бабушке? — удивился Дэджун.
Юджин в этот момент как раз жевал свой кусочек мяса, поэтому ответил на сразу:
— Дети хитрые, это общеизвестный факт, — начал объяснять он. — Мы в Корее первые годы жили не очень хорошо, едва сводили концы с концами, но родители не хотели брать деньги у своих родителей. Ну и… бабушка отдавала их через меня. Только я этого не понимал: мне казалось, что она мне доллары высылает, потому что я хороший внук и говорю ей кучу приятных вещей. Но, на самом деле, бабушка так делала, потому что я был… достаточно сознательным ребенком. Я на эти деньги покупал все к школе.
— А, я понял. Она помогала вроде как тебе, а ты, по сути, родителям. Это действительно интересно.
Дэджун поражал своим любопытством. Ему было интересно все. Как в Person проходит обучение трейни? Какие еще необычные уроки у них были? Как именно они получили приглашение на Грэмми — им позвонили или прислали письмо? Как проходил первый день стажировки Дана в Columbia Records? Как он стал частью школьной рок-группы? Из-за этого казалось, что Дэджун перескакивает с темы на тему, но зато интервью получалось небанальным.
— Почему Бонгхен? — спросил Дэджун, когда они вскользь затронули тему продюсерского псевдонима Дана.
— Ну… это мое второе имя, я в документах официально Даниэль Бонгхен Хан.
— Нет, это я знаю. Просто… необычное имя…
— Вы хотели сказать — старомодное? — расхохотался Дан. — Знаете, почему бабушка меня так назвала? Она сказала, что я все равно в США не буду им пользоваться, зато оно сильное.
— С такой характеристикой не поспоришь, — весело заметил Дэджун.
По сути, всё время, пока они ели, — а это более двух часов — они говорили обо всем подряд, не особо выбирая темы для разговора. Но зато не устали. Еще и накормили их действительно вкусно. В общежитие ехали с ощущением, что наелись на несколько лет вперед.
На следующий день они отправились на шоу Всеведущие братья. И для этого им пришлось нарядиться в школьную форму. Наряды им стилизовали, чтобы добавить индивидуальности, но все равно довольны были не все. Минсок из-за заметно накачанного торса был похож на бандита-второгодника, Джинхо в школьной форме — ну чисто ботаник, а Хэвон недовольно надул губы, потому что совсем недавно забрал документы из настоящей школы. Несмотря на популярность шоу, особой радости от участия они не испытывали.
Но было неплохо. Поболтали с ведущими, в сотый раз рассказали о Грэмми, исполнили хореографию титульного трека, спели. Из забавного для фанатов — их попросили продемонстрировать растяжку. Наверное, прежде ни одна мужская группа не показывала столько шпагатов. У Джинхо это было как приложение к нескольким черным поясам по разным боевым искусствам. Дан от природы гибкий. Юджина хореографы учили делать трюки, попутно занимаясь растяжкой. Минсок немного растерял гибкость из-за того, что сделал упор на качалку, но до пола ему не хватило совсем чуть-чуть. Инсон и Хэвон тоже почти могут сесть на шпагат. Для ведущих это было потрясением.
— Есть вообще что-то, в чем вы не идеальны? — спросил ведущий.
Он намекал на то, что парни сегодня во время шоу показали, что и танцуют хорошо, и поют, и на вопросы викторины легко ответили.
— Честно говоря, у нас полно слабых мест, — признался Юджин. — Если что-то ломается в общежитии, мы даже не знаем, куда звонить. Без менеджеров мы как дети.
— Я не смог сварить себе кофе в кофеварке с интуитивным управлением, — вздохнул Дан.
— Недавно я сжег полотенце, когда готовил рамен, — поделился Инсон.