Будем жить! (СИ)

Я, коротко оглянувшись, постарался точно выполнить указанное – то есть, взял из приткнувшегося в углу кабинета маленького «гостиничного» холодильничка литруху минералки, подвинул стул (выбрав ту сторону стола, с которой мог видеть всех присутствующих – Чермис хмыкнул, а Золин почему-то скривился), и, положив на соседний стул автомат (приказа насчет личного оружия не озвучено? пускай под рукой будет!), приготовился внимать.
- Итак, сержант Злой… Кстати, к тебе как обращаться лучше – по фамилии или по прозвищу? – переспросил старлей.
- Как вам будет удобно, мне и то, и другое привычно. – на автомате ответил я. 
- Ну, тогда пускай будет прозвище. – чему-то хмыкнул «молчи-молчи», и, поерзав в кресле, вздохнул – Так вот… Следопыт. Ваш неудачный (Золин чуть вздрогнул) поход поднял одну давным-давно наболевшую проблему. Мы, кадровые, учим вас, призывников, воевать, как умеем и насколько можем, но… для этого, Нового, Мира наш Земной… подход, не совсем… подходит. – Хорь осторожно подбирал слова, ему явно непривычно было уговаривать, а не приказывать. – Что и показала ваша история, чудом не закончившаяся гибелью курсанта. Открою тебе небольшую… это не то чтобы тайна, скорее об этом не принято болтать… пускай и будет – «нетайну». Каждые год-два у нас на Базе происходит смертельный случай, иногда не единичный – причем по причинам, аналогичным вашей ситуации. Кто-то нарвался на хищника и не сумел вовремя открыть огонь, кто-то не туда задницу умостил, кто-то полез посмотреть/понюхать листик или травинку… Несколько раз мы пробовали организовать что-то вроде занятий по выживанию, тренировок по передвижению в дикой местности, как только не называли! Итог – можно сказать, никакой. Причина тоже известна – нет никого, кто мог бы обучить подобному для здешних условий. Не любит никто здесь путешествовать пешком по диким местам, а кто любит – долго не живет! Тем более нет таких специалистов в армии, по крайней мере – доступных… В сухом остатке – прошедшие обучение в УЦПП Ново-Одессы бойцы умеют стрелять, бегать, гранаты кидать… но в случае отрыва от подразделения и, самое главное, техники – почти беспомощны. Впрочем, в ППД немногим лучше, егеря-разведчики ценятся на вес золота, и то… в основном их забрасывают в буш или сельву на день-два, не дольше, и потери у них выше среднестатистических – в разы, как минимум. 
На мой недоверчиво-скептический взгляд ответил, получив согласие хозяина кабинета (буквально ведь – взглядами переговариваются!) Чермис:
- Именно такая ситуация и сложилась... Согласно статистике, которую мы собираем последние лет десять, после потери транспорта в первые же сутки гибнет от половины до двух третей личного состава, причем от наличия/отсутствия оружия и боеприпасов, продовольствия и медикаментов, да вообще снаряжения в любых количествах – итог практически не зависит. Естественно, более живучими оказываются крестьяне-фермеры, те, кто с детства имеет прямое отношение к местной природе… Но и они сразу же теряются, если, как бы это… попадают в неприятности… где-нибудь в незнакомой им местности! Недавно, в позапрошлом году, вообще произошел совершенно дикий случай – бойцы ухитрились загнать «бэтр» в промоину, да так, что застряли наглухо. У всех оружие, башенный пулемет в порядке, сухпая на неделю, боеприпасов по три комплекта… Связались по рации, получили приказ ждать помощи. Эвакуатор заблудился, а эти… эх, нельзя так про мертвых… короче, посадили аккумулятор и скорректировать спасателей не смогли. В итоге – до утра дожили из девяти только шестеро, до подхода помощи, на третьи сутки – вообще двое! Эти двое и рассказали – когда смогли внятно говорить, а не трястись в истерике: сначала командир отделения нарвался на укус какой-то ядовитой гадины, врачи так и не установили, то ли сколопендра, то ли скорпион, то ли вообще шипастая ящерица; второй придур… боец, попытался отсосать из укуса яд, почти у локтя укус был – отравился насмерть самостоятельно, даже до темноты не дожил; ночью уложенные в отдалении тела стали жрать падальщики, часовой ринулся защищать и… разделил их судьбу; на запах крови утром наведались виверны, воем и рыком спугнули девчонку, бывшую в составе отделения, она бежать дёрнула куда глаза глядят… её рванули спасать двое «влюбленных ромэо», одного прямо на глазах остальных виверны и сожрали, правда, у стрелка-башнёра хоть хватило воли перестрелять их, прямо вместе с бойцом; второй вообще пропал без вести – понятно, что где-то погиб, но и следа не нашли; девка, когда в память вернулась, кстати, дотопала обратно и осталась в живых… Но и такие потери их ничему не научили! Двое разоср… поссорились с остальными и решили идти пешком к цивилизации, одного даже нашли, обрывки амуниции и оружия; второй, судя по всему, в нору чью-то угодил… Выжил стрелок-башнёр и девка, которую уже никакие силы из «бэтра» выгнать не могли, если бы закончились продукты и вода – там бы и… осталась. 
 
Золин, слушая рассказ капитана, местами менял цвет, весь пятнами пошел, но оправдываться не пытался – кажись, своё получил ещё у подполковника… вчера. Чермис продолжал:
- Понятное дело, это вопиющий случай. Но, к глубокому сожалению, далеко не единственный… Гибнут люди, много, очень много – для небоевых потерь. Соответственно, раз за разом мы пытаемся как-то изменить ситуацию. И на сегодня – есть мнение, что такую возможность можешь предоставить нам ты. – капитан замолчал, возможно, просто для того чтобы сделать пару глотков воды, но я воспользовался паузой:
- Простите, тарщ-каптан, я-то каким боком к этому?! Я ж рядовой срочник, ну, со вчерашнего дня не рядовой, но что это меняет? 
Капитан нахмурился, но промолчал. «Молчи-молчи» побуравил меня взглядом, потом вздохнул:
- Ну, давай попробуем подумать. Ваш взвод покинул территорию Базы и в течении двух суток – ладно-ладно, пусть полутора, не принципиально – находился на открытой местности без всякой поддержки. За время пребывания серьезно пострадал всего один курсант, да и тот в силу скорее неудачной случайности, чем из-за недостатков подготовки. Но даже этого курсанта вы ухитрились вернуть живым и с перспективой полного выздоровления! В основном, будем честными – благодаря твоим действиям, Следопыт. Другие и половины этого времени не выдерживают! До этого ты, во время учебных занятий, вовремя успел открыть огонь по хищнику, чем спас одного сослуживца как минимум. Да даже сейчас: ты уселся так, чтобы видеть нас всех сразу, да ещё и дверь контролировать – место специально так подготовили, и ты выбрал именно его; в отличие от – Хорь коротко зыркнул на «золушка», но пальцем тыкать не стал – многих других!
Я, слушая Хоря, убедился в правильном понимании того, чего хочет от меня родимая армия, а заодно и откуда «растут ноги» у неожиданной щедрости подполковника с его «раздачей слонов»! И старлей меня не подвел:
- Исходя из вышесказанного, мы считаем, что именно твои таланты, соответствующим образом оформленные в учебный курс, могут дать курсантам то, чего нам всем крайне не хватает – а именно, базовые навыки пребывания в дикой местности без особенной защиты. 
Я попытался «соскочить» с почетного задания вытирать сопли малолеткам, а потому предложил:
- Простите – а как же конвойщики караваны сопровождают, неужели у них нет соответствующих навыков? А те же егеря – ведь есть те, кто уже немолод, но успел побродить по джунглям-вельдам? В конце концов – охотники гражданские тоже вполне могут многое показать-научить! Неужели совсем нет людей, могущих быть инструкторами такой нужной подготовки?! Настолько, что вы готовы поручить вести ее недавнему переселенцу, да еще и из-за единственного случайно удачного выхода?! 
 
Чермис опять хмыкнул, потом молча кивнул старлею, тот подался к столу и насмешливо сообщил:
- Слушай, может, хватит дурака валять? Следопыт… нет, ты конечно и следопыт тоже, но, может, правильнее тебя называть твоим более… известным… позывным? Ты и правда думал, что никто ничего не подозревает?! Единтвенный выход… да будь он единственным, мы бы даже не разговаривали на эти темы!