Будем жить! (СИ)
День полулежит в собственной крови; ног у него, можно считать, нет – дикое месиво из осколков костей, кусков металла и обрывков мяса начинается сразу от пояса; правой руки нет тоже – раскромсанная культя чуть выше локтя… если бы он ещё был; в живот глубоко воткнулся большой кусок стекла, не оставляя даже призрачных шансов – тут не всякий хирург справится, будь он даже вот прямо здесь! В стекло выпущеными коготками вцепился Рычик – он принял этот удар первым, и сейчас на груди Дэна только его половина – ниже передних лап стекло полностью перерубило котёнка-недоросля, до последнего сражавшегося с врагом… с тем, что малыш посчитал непосредственной угрозой! На стекле глубокие следы когтей, мёртвый Рычик оскалился в яростной гримасе… День вдруг вздрагивает и открывает глаза! Я судорожно сдираю с подвески ававрийную аптечку, проворачиваю иглу на шприц-тюбике, зубами сдёргиваю колпачок и всаживаю иглу в плечо Денису – промедол должен снизить болевой шок, пытаюсь наспех скрутить из чего-то жгут, чтобы затянуть… хоть что-то, такие обширные раны не перекрыть, я это понимаю… День тянется левой ладонью, одними пальцами, и хрипит:
- Не…на…да… Не помх-кх-хо…жет… н-кхе…ч-кх-хм-устф…ую нох…и… Рычих-кхм… я… ехо… Бе-хи… кх-хф… глуп-кх-кх… ма-хмлыш…
Сжимаю мокрую от крови ладонь – День слабо улыбается и шепчет:
- Нх-ет… но-хи… не чустф…ю… Ком-кх…дир… Рыч-шикх… фмес-те…
Я сглатываю слёзы и чётко проговариваю:
- Я понял, День – так будет, обещаю. И – эти твари поплатятся, слышишь?!
День едва ощутимо дрожит, пальцы ледяные – кровь уже почти не вытекает из перерубленых жил:
- Сна…ю… про…
Тишина. Что он хотел сказать?! Прощаться? Извиниться перед кем-то? Что-то передать? Весло, стоящий рядом, тянет меня за разгрузку:
- Командир, тут эта гнида живая – дорезать?! – только голос выдаёт эмоции Коляна, да расширенные зрачки, в которые я секунду смотрю, перед тем как мотнуть головой:
- Погоди, сначала поспрашиваем, что это было… Я очень хочу знать, с кого взять расчёт!
На брусчатке валяется связанный водитель – Весло не потерял голову, в отличие от меня, и упаковал подонка качественно. Ублюдок лежит и скалится нам в лицо свжевыбитыми осколками зубов – щуря и без того узкие глазки и пытаясь прижать плечом кровоточащий обрывок уха. Красная кровь на жёлтой шкуре смотрится… странно, неестественно, игрушечно даже… Косоглазый, азиат. Китаец…
35-е число шестого месяца, Нойехафен, кабинет шефа полиции, вторая половина дня.
- Что значит – отпустили под залог?! Ты, морда синяя, что несёшь?!! Ты, гадина, в сговоре с этим подонком?! – Весло обхватил меня за плечи и тащит назад, постепенно сдавая сантиметр за сантиметром. Я же хочу дотянуться до глотки этого… урода в кресле! Вторые сутки с момента гибели Дениса пошли… всё очень плохо.
Вчера нас с Веслом макнули мордами в унитаз в представительстве ПРА. Мы обратились туда с официальным прошением об участии Протектората (в лице ответственных лиц) в расследовании обстоятельств гибели гражданина ПРА от рук гражданина другого Анклава. Зря мы это сделали… Оказалось, что «международными отношениями» в немецком Анклаве занимается небезызвестная нам с…ка-Диана, капитан Гурвиц, и она, действительно, настоящая гадина!
- И чего вы хотите от меня-а, господа-а-аа? – в глазах паскудины торжество, она наслаждается нашим горем, унижением, собственной властью…
- Повторяю. – я уже давно вспорол бы ей глотку, но в кабинете ещё двое – Мейеркин (не удержалась, с…ка, позвала и этого позлорадствовать), и неизвестный мне сержант, похожий на вставшего на задние лапы медведя – сейчас прячущего от наших взглядов глаза. Ему стыдно – но прикончить обоих подонков он нам не даст, по крайней мере, прикончить тихо… – Убит гражданин ПРА. Убит сознательно и преднамеренно, пожертвовал собственной жизнью ради спасения детей! Преступник захвачен, живьём; мы требуем его наказания. Согласно законам Анклава, предусмотренным за умышленное убийство. Необходим официальный запрос Представительства на выдачу преступника.
Да, китайца у нас отобрали почти сразу. Какие-то немцы в форме, я не очень понял, откуда они взялись настолько быстро – я только-только успел притянуть пойманную тварь к остаткам ограждения и для начала рубануть берцем, сверху вниз, всем телом, по правому колену; хруст и верещание ублюдка музыкой прозвучали! Весло приготовил свою аптечку – не дать подохнуть гниде слишком быстро… Нас скрутили почти сразу, даже переводчика притащили, что-то болтали… А на следующий день нас начали «отфутболивать» по инстанциям! Попытка просто узнать судьбу захваченного урода обернулись многочасовыми странствиями из кабинета в кабинет, в итоге нас прямым текстом послали в представительство за подтверждением наших личностей… личности подтвердились, а после в мою дурную голову пришла идея привлечь ПРА к свершению справедливого возмездия над преступником; в итоге, прошатавшись кучу времени по различным кабинетам, встретились с этой проб…дью!
- Ну, насколько мне известно, обвинения в предумышлении на убийство не доказаны… Всего лишь авария, поломка автомобиля. А потому не вижу никаких причин участвовать в ваших фантазиях, да ещё и официально вмешивать в эту, не слишком для меня печальную (не удержалась, мразь! ну погоди, я тебя не забуду… до конца года ты не дотянешь!) историю, власти ПРА. – она сейчас от восторга обоссытся, до того довольна её харя. Её пёсик тоже едва не до обморока счастлив, разве только не подскуливает. Эх, вот и пара новых трупов на моём личном кладбище… такие жить не должны. Но не сейчас, главный виновник ещё не наказан…
- Вы готовы замять убийство гражданина ПРа по личным мотивам?! – на всякий случай пытаюсь пугануть, но и сам понимаю, что бесполезно. Видно, эти крысы имеют лапу достаточно мохнатую, чтобы тупо игнорировать некоторые неписаные правила и даже кое-какие писаные рекомендации…
- Про какое убийство идёт речь? – «включает тормоза» Гурвиц, я молча разворачиваюсь и ухожу под злорадный смех парочки. Ну-ну, пока что смейтесь…
В полицейском управлении Нойехафена, куда мы опять явились уже почти в сумерках, нас мурыжили на удивление недолго – просто вручили бумажку-пропуск на следующий день, и предложили уматывать, ночь на носу… То, что наше время пришлось на вторую половину дня, мы тогда посчитали занятостью этого сраного шерифа… Эх, знать бы! Когда мы всё же попали в кабинет шерифа – начальник полиции почему-то носил англоязычное звание – то после первого же ответа просто опешили! Китайскую крысу отпустили под залог – мол, имела место быть авария, а вовсе не сознательное покушение, а потому задерживать его оснований нет и он имеет право пользоваться свободой перемещения наравне с прочими законопослушными гражданами и гостями города!
- Я не мошть удофлетворяйт ваш требований, полиций Нойехафен нихт претензий к водъитель грузовой афтомобайл, за случайный аварий! После уплата штраф и возмешений ушщерб все претензий сняйт. – заявил мне в лицо этот козёл с опухшей рожей, добавив – Мы не хотеть ненужный кровопролитий, значит, требовать вас покидать город за время ближайший три сутки. Иначе выслать вас из Нойехафен… принудить… заставить ехайт! Вы иметь вопрос?
Такого… удара в спину, иначе не назовёшь, я не ожидал… Теперь – действия властей Нойехафена выглядели заранее спланированным издевательством! Нас просто «загоняли», а пока мы носились в поисках возможности разрешения выдуманных вопросов – спокойно выпустили убийцу. Местное правосудие во всей красе – убитый являлся резидентом другого Анклава? Запросов со стороны властей этого другого не последовало? Всё, у местных к убийце претензий не имеется! Как же я ненавижу этот Новый Мир… сам бы отгеноцидил половину туземцев ко всем …беням!
Из Управления нас просто выкинули – без членовредительства, почти вежливо, но… короче, практически выволокли, зафиксировав руки обоим, по два архаровца на каждого. Рыпаться смысла не имелось – максимум, займём место косоглазого урода в камере, и не факт, что выберемся оттуда так же быстро, как и он. Хорошо ещё, котов оставил кемпер охранять – а то кровь точно полицаям бы пустили…