Замок Короля Пауков (СИ)

Воздуха едва хватало, чтобы дышать. Генерал Грайден наклонился, достал из воды Продавца Иголок и вернул меч хозяину.
— Принимаю командование на себя, — всё тем же спокойным голосом произнёс Грайден. — Лес! К обороне! Общий строй! Эти говноеды не пересекут реку!
Он грубо подтащил Каса к стене из солдат и втолкнул внутрь квадрата. Знаменосцы смотрели на сына своего лорда с удивлением. Лес остался и готов продолжать бой. Но остальные бежали, трусы… но неужели они подумали, что их командир струсил? А если генерал Грайден и, что намного хуже, Сэджин Лидси тоже так решат? Он же не струсил, надо всем сказать…
Кас потёр болевшую голову, вытряхивая землю из волос. Все видели, что Кастиель Дренлиг бежит и их никак не убедишь в обратном. Такой позор. Армия отступила, потому что увидели, как их бежит назад их командир. Чувство стыда стало таким, словно это тяжёлый столб, давивший на макушку, будто вот-вот вобьёт его в землю. Кажется, что все сейчас начнут над ним смеяться.
* * *
— Пики вперёд!
Феликс наклонил длинную тяжёлую пику и с трудом протиснул её сбоку от стоящего впереди солдата. Древко так и норовило выскользнуть из рук. Если повезёт, кто-нибудь на неё наткнётся.
— Держать строй! — кричали офицеры.
— Второй батальон, держать строй! — где-то позади раздаётся голос Гилберта.
Феликс не знал, что случилось. Всего за несколько минут атакующая армия бежала. Сначала мимо них промчались рыцари, пешие и конные, следом за ними обычная пехота. Все бежали так быстро, будто от этого зависела их жизнь.
Стоящие рядом давили на плечи, сзади кто-то шумно дышал. Остатки пехоты перешли через реку. Что же случилось на поле? Со своего места Феликс видел только реку. Один из немногих бродов, но самый широкий. Если что-то случится, враг пройдёт именно здесь. Единственное, что защищает Феликса — это пика, дешёвый доспех и стоящий впереди мужик, который громко икал.
— Лес! Выдвигаемся! — кажется, это кричал отец. — Они не должны перейти реку.
Пехота Леса выдвинулась вперёд мелкими шажками, не ломая строя. Феликс наступил в воду, немного зачерпнув в сапог. Стало очень холодно.
— Голову наклони, — посоветовал стоящий сзади ветеран.
Феликс послушался и тут же в макушку шлема прилетело что-то увесистое, отскочившее со звоном. Будто это дождь, только с неба падали не капли, а стрелы. Ещё одна ударилась в шлем и разбилась, другая попала в наплечник соседа и в лицо Феликса отлетело несколько щепок. Стоящий впереди пикинёр захрипел, залил всех фонтаном горячей ярко-красной крови и упал лицом вперёд. Стрела торчала из горла, войдя туда почти до оперения. Кровь вытекала в воду, но её уносило течение реки.
— Ну чего ты встал? — кто-то крикнул в ухо, забрызгав его слюной. — В первую линию, живо!
Феликс сделал шаг вперёд. Теперь, когда тот мужик умер, больше ничто не мешает обзору. Впереди долина, но из-за невысокого холма у берега не видно, что происходит дальше, видно только облако пыли. Где-то впереди скачет кавалерия, её очень много. Видно и замок, над ним поднимается белое облако дыма. Наверняка стреляют из пушек.
На другом берегу появились всадники. Очень много, несколько сотен. Неслышно ничего, кроме топота копыт.
— Лёгкая конница знати кланов, — сказал ветеран позади. — Эти не смогут прорвать строй. Они привыкли крестьян гонять, а не с пикинёрами воевать.
Всадники, в основном в кольчугах, на скорости влетели в реку, поднимая тучу брызг. Феликс сжал копьё. Сейчас они атакуют и прорвут… но нет. Лошади ржали и останавливались, увидев перед собой ощетинившийся острыми пиками строй. Всадники пытались их понукать, но бесполезно отправлять в бой коня, которого не учили атаковать пикинёров.
— Идиоты, — кто-то хмыкнул.
— Стрелки! Готовимся.
Альбийские всадники потрясали оружием и выкрикивали оскорбления. В нескольких шагах от пики Феликса какой-то паренёк сидел на вороном жеребце с белой звездой на лбу. Такой же конь был и Грайдена-младшего перед прошлым боем. Конь нервничал, видя пики, и вперёд лезть не собирался.
 
— Уходи, кретин, — прошептал Феликс, глядя на коня. — Уходи, а то умрёшь.
Сзади начали толкаться.
— Стой смирно, парень, — стрелок, небритый мужик с повязкой на левом глазу, положил тяжёлый мушкет на плечо Феликса. От тлеющего фитиля шёл едкий вонючий дым. — Смирно стой, кому говорят.
Феликс замер, затаив дыхание.
— Дышать можно, — сказал стрелок рассмеявшись. — Мой тебе совет. Рот открой и не закрывай, пока не выстрелю. А то будешь таким же глухим, как и я.
— Хорошо, — ответил Феликс.
— Чего? Всё равно ни хрена не слышу. Замри!
— Строй плотнее! — кричали офицеры.
Соседи стали так плотно, что можно поднять ноги и всё равно держаться. Если бы не доспех, было бы сложно дышать. Мушкет выдвинулся вперёд. Чёрный конь с белой звездой на лбу бил ногой по воде, а его всадник пытался развернуться.
— Убегай, — прошептал Феликс.
— Рот открой, — напомнил мушкетёр. — Да не так широко.
— Залп!
Мушкет на плече дёрнулся, а ухо от резкого громкого звука заболело так, будто кто-то воткнул туда иглу. Всё скрылось в густом белом дыму. Неслышно ничего, кроме звона.
Вонючий дым унесло ветром. Стрелок убрал мушкет. Уцелевшая после залпа конница отступала, но тот конь, чёрный с белой звездой, лежал в воде без движения вместе с седоком. Река перекрашивалась в красный.
Звон прошёл, слышно команды, крики. Лёгкая конница убежала, но на другом берегу показались пехотинцы. Воины бежали на пики, некоторые в стёганках и меховых куртках, некоторые в кольчугах, а кто-то вообще голый по пояс. У многих выкрашенные синей краской лица. Они бежали по воде, жутко завывая при этом.
На правое плечо опять лёг мушкет.
— Залп!
В этот раз уху было не так больно, но оно всё равно не слышало ничего, кроме звона. Но кто-то заорал в левое:
— Коли!
Феликс начал колоть, ничего не видя перед собой. Опять оглох после очередного выстрела и почти ослеп в этом вонючем белом дыму. Но продолжал колоть, как учил отец, держа пику правой рукой, а левой тыкал, направляя остриё на уровень лица. И уже скоро понял, что оружие во что-то уткнулось.
  
Глава 6
 
Сэджин готовился к плохому, но всё вышло ещё хуже, чем он ожидал. Вопрос о том, достигнут ли они каких-то целей, больше не стоял. Теперь всё идёт к тому, проиграют ли союзники окончательно или смогут продержаться ещё хотя бы день.
«Сопляк обосрался», — показал Бьёрн жестами.
— Не спорю.
«Оставишь его дохнуть?»
— Нет, мой друг. Совсем не вариант.
«Тогда тебе надо было скакать вместе с ним»
Сэджин рассматривал переправу, где вот-вот начнётся бой. Это узкое горлышко, через которое хочет пролезть вся армия в долине, а их оказалось очень много. Многие погибнут от давки, но они всё равно смогут пробиться через пехоту Леса, какими бы дисциплинированными ни были гвардейцы. У них не получится обороняться вечно.
— Если я пересеку реку здесь, — Сэдж взглянул в свои записи и ткнул пальцем во второй брод. — То смогу напасть на них с тыла. Или разделить кавалерию и атаковать вражеский лагерь. Но кто знает, какие подарки они оставили нам на том поле? Я буду плохим полководцем, если потеряю всю кавалерию на этих кольях.
«А ты что, считаешь себя хорошим?», — Бьёрн ухмылялся.
— Придётся действовать грубо. Тебе понравится. Значит, кавалерия Ветра, — Сэджин улыбнулся. — Первое и второе крыло, к той переправе! Поддержите пехоту!
Командиры конницы Ветра и Макграт вместе с ними поскакали в бой. Сотня стрелков поможет генералу Грайдену продержаться какое-то время, но исход битвы это не решит. Знать бы, где вожди кланов Альбы, наверняка они все на поле. Если бы их достать.
 
— Значит, у меня два варианта, — продолжил рассуждать Сэджин. — Переправиться, найти их вожаков, убить их всех и закончить войну одним ударом… но при этом потеряю кучу всадников в ловушках, а наши друзья из Леса погибнут. Или ударить в тыл атакующим. Тогда победа останется за нами, но… слишком много но, да, Бьёрн?