Сад для вороны (СИ)
Зато у нас уже готова идея для будущего ресторанчика тетушки Хэуй! И это не может не радовать. Юрист Чэнь еще подзаработает, опять же. Милейший дяденька с улыбкой радостного тираннозавра. И с такой же хваткой двуного хищника.
Еще о новостях из пищевого сегмента: второй ролик Вод Куньлунь стал хитом. Тоже, вслед за первым. Нас смотрели, нами умилялись. И — водичкой закупались.
Производственные мощности заводов дяди Яна (включая новые) захлебывались — так много поступало к ним заказов. Со всех частей Поднебесной. Счастью дельца не было предела, а вот свободного времени совсем не осталось. Успех с отягчающими обстоятельствами, если можно так выразиться.
Этот господин решил цепко держаться за удачу. И планирует постройку еще нескольких производственных линий. Его тут озарило, что на горе Куньлунь по легенде росли плодовые деревья. Вот он (мало ему забот с водичкой, угу) и заключил контракт на поставку гранатов. Гранат здесь — символ изобилия, ведь вон сколько под одной кожурой зерен собралось.
А у меня как раз случился приступ креатива. Ролик на сей раз дядя Ян просил сделать коротенький. Дело даже не в бюджете, а в том, что соки — это не основное производство. Пробный шар.
Нежелание останавливаться на достигнутом движет старшим Яном. И я его понимаю. Сходу вывалила на мамочку задумку… снова с элементом плагиата. Но, будем честны: наши рынки (продуктовые) не особо пересекаются. Едва ли у русских рекламщиков возникнут проблемы, ежели реклама от «Моей семьи» и в этом мире появится.
Так, начну с начала: мальчик и девочка сидят за столиком в ресторане с видом на ночной город. Перед ними бокалы — винные, на высокой тонкой ножке. Девочка допивает свой насыщенно-красный напиток. Пододвигает пустой бокал в сторону мальчика. Говорит: «Ещё!»
«Ты не лопнешь?» — с сомнением спрашивает мальчик. Тут уже пора узнать, откуда я сперла диалог. И нет, мне не стыдно.
«Налей и отодвинься», — задирает носик девочка.
Камера отдаляется, показывает бутылку с соком «Плоды Куньлунь». Абрис гор на ней тот же, что и у «Вод Куньлунь», но тут спереди добавится силуэт дерева, увешанного плодами.
Лянь Дэшэн дал наказ экспериментировать с разными образами. Так что немного комедийности Мэй-Мэй не повредит. Такой… своеобразной. С серьезной, даже требовательной мордашкой. Суровый китайский юмор, хе-хе.
Я сразу же предупредила (устами мамы): соки из цитрусовых пиарить не буду. Пусть меня только с цитрусами семьи Ли ассоциируют.
Еще один рабочий момент притащил нам Син. С тоскою во взгляде явился он у нас в конце марта. Оказалось, что мастер Ян озадачил все курсы. Как? Очень просто: он задал тему для отчетного студенческого кинофильма. Тема: лед.
— Лед! — сокрушался Син, и его нижняя губа дрожала от избытка чувств. — Уже весна, а начать снимать мы сможем только в апреле. Лед тогда можно будет разыскать разве что высоко в горах. А это же очень сложно… Ни у кого из нас нет подобного опыта!
— Син, — не удержалась я от тяжкого вздоха. — Мысли шире.
— А… М? — очень содержательно откликнулся студентик.
Замечено: китайцы нередко «мычат», когда не знают, что ответить.
— Зимой наш папа подарил маме цветок, — выпалила я, любуясь слегка порозовевшими щеками мамули. — Снежный. Подумай. Фантазируй!
Син заиграл бровями. Запускался, хоть со скрипом, мыслительный процесс. Даже у двухлеток есть занятия по логике! А он — в высшем учебном. Должен уже хоть что-то уметь.
— Зимние олимпийские игры, — додумалась раньше студента мамочка. — Фигурное катание, конькобежный спорт, хоккей.
— Кубики льда в напитках, — кто про что, а Мэйли на кулинарной волне — тогда как раз был самый пик. — Мороженое.
— В космосе так холодно… — мечтательно пробормотал наш знакомый проглот.
Сильно же его занесло. Не с ресурсами студентов на фильмы о космосе замахиваться. В горах они снимать не могут, а в космосе — почему бы и не да? Бред же. Графика… Сложно для второго курса, как мне кажется.
— А еще человек может быть ледышкой, — подкидываю еще один вариант.
Самый очевидный, как по мне. И самый простой в реализации. Герой, назначенный на роль «льда» будет всю дорогу ходить с каменной (примороженной) физиономией. Так это же врожденный (или натренированный в рамках обязательной программы обучения) скилл чуть ли не каждого китайца.
— О-о-о, — протянул Син. — Столько идей! Как хорошо, что я к вам пришел.
Надо ли уточнять, что вскоре будущая звезда синематографа (в мечтах) завалился к нам повторно? С уточнениями по сценарию… или, что вернее будет, по его написанию?
Сначала личинка режиссера отнес кипу наших идей к сокурсникам. Те посоветовались и решили, что ледяной человек — это круто. Одна девушка высказалась, что умеет кататься на коньках. Так что сцену-другую на льду (чтобы уж наверняка зачли тему) нас тоже попросили вписать.
И мы с моей замечательной взялись за работу. Как раз и новый ноутбук — я эту задумку протолкнула в итоге — опробовали в деле.
Мэйхуа немножко поворчала, что от руки быстрее и привычнее. Но довольно быстро адаптировалась. Говорю же: умница она у меня.
У меня-прошлой была история про девушку-ледышку. Но с учетом нынешних реалий я решила взять парня с травмирующим эпизодом в прошлом, после которого он не может испытывать эмоции.
К ледяному красавчику (жирными иероглифами слово красавчик) для контраста прибавляется девочка-зажигалка. Ей взбредает в голову расшевелить героя, но это как пытаться расковырять лед ногтями.
Девчонка не сдается, и устраивает герою разнообразные встряски. Другой бы прибил, наверное, но этому фиолетово. Эмоциональные качели мы разгоним осознанием влюбленности со стороны героини. Холодным расставанием, когда она ему признается…
Тут-то лед у нас и тронется, господа и дамы из психиатрии. Парень, лишившись общества зажигалочки, почувствует некий дискомфорт. Вроде как с него сняли теплую куртку в промозглый день.
Начнет анализировать: у него проблема с эмоциями, а не с мозгами. Пройдет по местам, где они бывали с той девушкой. Погоняет на коньках (она его научит в рамках попыток растормошить).
Осознает. Проникнется. И треснет… в смысле, втрескается. Останется только романтично свести эту парочку вместе и показать, как он улыбается, смеется, в общем, сделать льдину человеком.
Попутно вписать парочку забавных друзей. Они же — жилетка для слез (девочка) и собутыльник (юноша) в грустные моменты. Завернуть в красочную упаковку красивых локаций. Приправить легким юмором — блюдо готово!
Пик кулинарной волны, как он есть. Простите.
Мэйхуа придумывала имена героям, места для задумок вспоминала интересные. С разными деталями для моих фееричных идей помогала. Образцовая командная работа!
Работа над сценарием не отменяла занятий в садике. Во втором семестре нагрузка на неокрепшие умы только возросла. И на тела: за прокачку выносливости взялись первым делом. Бегать нас заставили с приходом весны, да так, что некоторые падали и двигались ползком.
Тех, кто падал и не полз, шлепали по попе и лишали солнышек. Не могу определиться с тем, что было больнее.
А еще новые занятия с мячами. Вдобавок к уже более-менее освоенному «встаньте дети, встаньте в круг», а потом бейте по мячам на счет со смещением.
Новое выглядело так: мы садились на попы. Брали по два мяча. И заставляли прыгать мячики, двигая ножками: то вместе, то врозь. Сложность в том, чтобы мяч стукался об пол, а не о нижние конечности. Наука постигалась через боль — не все сходу освоили новую задачу.
Зато и польза от упражнения была солидная. Одновременно задействовались разные группы мышц. Нервные окончания в ладошках и пальчиках. Даже оба полушария мозга — и те в деле.