Волки и боги
Наконец, все было готово. Те, кто собирался идти далеко, собрали необходимые для похода вещи. Подростки, вроде Ивана и Драго, устроились следить за приближением человеческой армии, а дети, не способные пока участвовать в боевых действиях, раздавали воинам еду и воду.
Получив паек, Заэль отдал часть Сьерре, которая вся дрожала от волнения и странной внутренней щекотки, будто внутри нее поселился муравейник.
– Значит, ты не можешь сделать нас сильнее? – спросила Калим.
– Моя сила ограничена огнем, – ответил Заэль с улыбкой, похожей на насмешку. – Я могу охватить тебя пламенем, и, поверь, это будет очень красиво, но я думаю, что лучше оставить это для врага.
– Я слышал о магах, которые наделяли своих союзников такой силой, что они казались гигантами.
– Магия капризна. Я мог бы рассказать вам одну длинную и красивую историю, но у нас нет сейчас времени на истории, верно? Может быть, позже, если мы выживем…
– Скольких людей ты сможешь остановить?
– Задержать или убить? – уточнил Заэль, нервно взглянув на Сьерру.
– Слушай, маг, мы тут не в игрушки играем, нас ждет битва, – грубо вторгся в разговор Варус, – Будут жертвы с обеих сторон. И поэтому нам надо знать: скольких врагов ты сможешь обезвредить?
– Я не уверен… – Заэль пошевелился, и Сьерре показалось, что его щеки немного побледнели. – Пятьдесят?
– На поле боя тебе лучше не колебаться.
– Напоминаю, – строго произнес кто-то. – Маг – наш союзник, а не пленник.
Появление Фернера – а это был именно он – заставило всех опустить глаза.
– Маг сражается вместе с нами. Наравне с нами, – медленно, будто пытаясь лучше поселить эту мысль в головах воинов, произнес Фернер.
– Мы просто еще не привыкли к нему, – попыталась извиниться Калим.
– Не забывайте, – продолжал Фернер, – что мага привел наш провидец. Вам следует лучше прислушиваться к тем, кто способен общаться с богами и видеть больше нас.
На этом обсуждение Заэля прекратилось, но маг по-прежнему оставался бледным как полотно. В руках у него был кусок фруктового пирога – легкий перекус, который раздали всем перед походом. Но кусок явно не лез ему в горло: несколько раз он подносил его к губам, но, не решаясь откусить, снова опускал руку.
Сьерра наклонила голову и тихонько спросила его:
– Ты раньше убивал?
– Да, – коротко ответил он. Не было нужды спрашивать Сьерру о том же. Она так хорошо помнила те страшные минуты, что готова была описать их секунда за секундой. Звук вспоротой плоти. Жуткое влажное шипение вместо дыхания. Ее запредельная сила, и те два удара, которые она нанесла. Сможет ли она повторить это вновь? Горло Сьерры предательски сжалось, голова закружилась, подступила тошнота.
К счастью, вскоре послышался звонкий голос Ветерка, и это отвлекло Сьерру. Вместе с другими детьми, девочка раздавала еду и питье воинам. Белое платьице, которое было ей уже слишком коротко, грязные коленки, растрепанные волосы и глазки, которыми внимательно смотрела в лицо каждого, к кому подходила, будто ища сочувствия и понимания. Глядя на нее, Сьерра вдруг отчетливо вспомнила другую Ветерка – с синими губами и слабым, как ниточка, пульсом.
Сьерра сжала кулаки и крепко вонзилась ногтями в ладони, пытаясь сдержать чувства. Но ярость все равно кровавой волной поднималась у нее в груди. Да, она могла сделать это снова. Могла убить. Могла пережить смерти близких, Заэля, Фернера и даже Нестора. Была только одна смерть, которая могла сломить ее. И это была смерть Ветерка.
– Ты в порядке? – спросил Заэль, отрывая ее от тяжких раздумий.
Сьерра решительно кивнула. Стоило потерять в жизни все, чтобы понять, что она любит сестру изо всех сил. Если бы отец мог слышать ее мысли из мира мертвых, он бы, наверное, радостно рассмеялся.
* * *Варус молчал. Калим чувствовала себя неуютно. Никто из них по-настоящему не доверял Заэлю. Они шли в угрюмой тишине, не решаясь нарушить ее. Если бы Сьерра могла быть услышана, она бы разрядила обстановку. Но ей ничего не оставалось, кроме как молчаливой тенью следовать за ними, изредка переглядываясь с Заэлем. Грело душу в этом неуютном походе только одно: Нестор был в безопасности. Будет кому, в случае чего, позаботиться о Ветерке.
– Здесь? – спросил Заэль, когда они остановились у высоких камней.
– Думаю, да, – ответила Калим, осмотрев укрытие.
Тем временем Сьерра взобралась на камни, чтобы посмотреть на дорогу. Она так привыкла быть невидимой, что чуть не забыла, что люди могут ее видеть.
– Итак, мы просто ждем тут. Ждем и все, верно?
Сьерра уже довольно хорошо знала Заэля, чтобы почувствовать в его голосе нотки волнения.
– Именно, – сказал Варо тоном, означающим окончание разговора. Сьерра осторожно слезла с камней, стараясь не наступать на больную ногу, и села рядом с остальными.
– Рано или поздно они придут сюда, и тогда мы нападем врасплох, – сказала Калим.
– Под «мы» ты подразумеваешь и меня? – пробормотал Заэль таким тихим шепотом, что охотница удивленно покосилась на него.
– Не волнуйся, мы прикроем твою спину, – сказала она. – Если все пойдет хорошо, Фернер первым нападет с другой стороны. Это их дезорганизует.
Заэль набрал в легкие воздуха, чтобы что-то сказать, но передумав, сомкнул губы. Плечи его напряглись. Думал он, конечно, о том же, о чем и остальные: какой бы бардак ни начался в армии врага, против них они ничто. Ведь их всего четверо.
Сьерра сжала рукоятку копья.
– Как думаешь, Селена поможет им? – спросил Заэль, обращаясь к Сьерре. Но, спохватившись, испуганно замолчал.
Калим и Варо выпрямились, каждый поняв вопрос как обращенный к нему лично. Фернер говорил, что даже он бессилен перед Селеной. И если богиня возьмется помогать людям, они однозначно проиграют. Чего Сьерра не знала наверняка, так это того, по какой причине первый воин так сказал. Потому что действительно был слабее Селены или потому что слишком сильно любил ее, чтобы решиться убить.
– Боги не могут напрямую помогать людям, – сказала Калим. – Это закон Рея.
– Селена не из тех, кто следует законам, – усмехнулся Заэль и Сьерра толкнула его в бок, чтобы он замолчал.
Ликантропы не ответили. Слишком сильно было их напряжение и слишком похожа на правду была шутка Заэля. Если это вообще была шутка.
* * *Солнце медленно садилось, впиваясь кровавыми когтями в пламенеющее небо. Несмотря на сухую погоду и вечернюю прохладу, лоб Сьерры весь покрылся потом. От неподвижной позы ноги быстро затекали, и она вставала, чтобы пройтись. Когда завывания ветра становились похожими на голоса, она вздрагивала. И капли пота вновь и вновь выступали у нее на лбу.
От того, с какой силой Сьерра держала копье, ее пальцы начали болеть. А ногти, которыми она давила на деревянную рукоятку, едва не ломались от напряжения. И тут ей показалось, что она услышала шаги. Один из ногтей, видимо, все-таки сломался, потому что взглянув на копье, она заметила каплю крови. Вид крови заставил ее вспомнить о том, как давно ликантропы не устраивали ритуальных жертвоприношений Селене. Не удивительно, что богиня отвернулась от них и решила обречь их на верную смерть. И тут, будто чувствуя ее состояние, Заэль взял ее за руку. У мага были длинные, тонкие и очень мягкие пальцы – гораздо тоньше ее собственных. Сами руки были очень теплые, а кончики пальцев перепачканы пеплом. Заэль поднял руку Серры на уровень своих глаз, чтобы осмотреть крошечную ранку.
– Это правда, что ты не умеешь лечить? – спросила Сьерра.
– Так и будешь спрашивать меня одно и то же? – вопросом на вопрос ответил Заэль. – Я не очень понимаю, как работает моя магия.
Маг спокойно осматривал палец Сьерры, поворачивая ее руку то так, то эдак. И это было с одной стороны очень естественно, а с другой – странно. Приходилось признать: рядом с магом она все еще чувствовала себя не совсем уютно.
– Я не могу тебя вылечить, – продолжил Заэль. – По крайней мере, я сделаю это не лучше, чем ты сама. Ранка маленькая, надеюсь, ты не получишь заражения.